Ген бессмертия. Трилогия (СИ) - Алексеева Оксана - Страница 164

      Про сотню лет я немного преувеличил, но годиков эдак пятнадцать, действительно, кинотеатры не посещал. И мне очень понравилось! За исключением того момента, когда я вынужден был отойти к кассе на пару минут, а по возвращении заметил, как двое парней пялятся на мою Наташу. С точки зрения смертного, она, наверное, красавица, хотя я бы к ней относился точно так же, будь она старше лет на семьдесят и страшнее вяленой рыбы. Обнял девушку одной рукой, а из-за ее плеча взглядом указал тем парням, где их место. Они безропотно ретировались. До сеанса оставалось еще полчаса, которые мы тоже провели отлично — Наташа поглощала мороженое, а я глазел на это, делая вид, что и сам поглощаю мороженое. Хотя поглощать хотелось совсем не его.

      Фильм длился один час сорок семь минут, и все это время я перебирал ее пальцы. Она руку из моих ладоней не вынимала, но возможно, пришла к окончательному диагнозу о моем психическом состоянии. Кстати, сама экранизация оказалась невероятным дерьмом — не спасали даже неожиданные кадры и громкие звуки, будто окружавшие зрителя. В общем, мне понравилось.

      Смеркалось, когда мы наконец-то выбрались на свежий воздух. Я решил рискнуть:

      — Может, ко мне? Или в ресторан? Куда ты хочешь?

      Она улыбнулась, но покачала головой.

      — Спать, только спать. Отвези меня домой, а то я прямо тут с ног свалюсь.

      Мне пришлось подчиниться. Едва она скрылась в подъезде, причем как-то молниеносно, даже не дав мне возможности снова почувствовать ее губами, надвинулась тоска. Что еще я должен сделать, чтобы быть с ней постоянно? Мир полон всякой пакости — несанкционированных вампиров, маньяков, насильников, симпатичных охотников. Разве я могу оставить ее наедине с такой опасностью? Зайти и просто завалиться с ней спать, несмотря на ожидаемые протесты? Усыпить внушением, снова обменяться с нею кровью, а потом испариться в рассвете, чтобы она даже не заподозрила, что я там был? Несмотря на всю глупость сделанного выбора, я просто уснул в машине. Сделаю вид, что приехал за ней утром, чтобы отвезти на работу.

      Но когда услышал, как дверь ее квартиры открывается, отпуская хозяйку на вольные плантации нового рабочего дня, я завел мотор и уехал. Мое поведение — абсолютно правильно и естественно, но, вполне возможно, она еще не готова к такому же пониманию, а значит, лучше все-таки быть терпеливее.

      В офисе я оказался за две минуты до ее прихода, успев за это время и душ принять, и переодеться — скорость вампира очень полезна в быту. Поздоровался со Светланой, которая всегда находилась на рабочем месте, во сколько бы я ни пришел. Не удивлюсь, если узнаю, что там она и ночует. А вот и моя девочка. Уверенные шаги, шумный вдох и монолог, достойный Гамлета:

      — Здравствуйте, Светлана Александровна! Да, мы с Алексеем Алексеевичем встречаемся. Вчера утром не встречались, а теперь встречаемся! Мы ходили в кино. И не только. Наши отношения пока настолько неопределенные, что и рассказывать нечего. Живем мы не вместе, как видите, приезжаем по раздельности. Очень надеюсь на ваше понимание… — речь иссякла на уже почти жалкой ноте.

      Поскольку звука рухнувшего тела не последовало, очевидно, что секретарша на тот момент сидела. Я тихо смеялся, пытаясь расслышать, как отчаянно бьется сердце моей Наташи. Кстати, а почему мы не живем вместе? Это сильно упростило бы мне жизнь.

Наташа

      К счастью, вернувшись из кино, я почти мгновенно уснула — сказалась предыдущая бессонная ночь, но зато вскочила задолго до звонка будильника и начала свои метания по пустой квартире.

      Получается, теперь у меня есть парень? Который думает, что я всего лишь пару дней как рассталась со своей любовью, но его это не смущает. Его вообще ничто не смущает. Вчера он поцеловал меня — я прижала пальцы к губам, пытаясь воспроизвести в памяти это ощущение — но так мимолетно, как будто просто нехотя ответил на мое требование. Он вел себя завораживающе странно, но теперь мне не казалось, что это просто игра. Каждое его действие предельно непосредственно, похоже, что он просто повинуется любому своему порыву. Если бы не его внешность и умение держать себя во всех других ситуациях, я бы решила, что он ведет себя как маленький ребенок — не боящийся отказа, потому что еще не успел узнать о том, что ему могут и отказать, но и не знающий, что конкретно нужно делать. От каждого его поступка за версту несет эгоизмом. И как ни странно, именно эта незавуалированная естественность и покоряет. О, я неплохо знаю мужчин, в особенности тот их подвид, что называется «Очаровательный бабник». Каждый из таких поначалу умен и уникален, но по мере получения первых же реакций на свои манипуляции они становятся на удивление похожи: резкая смена тепла и холодности, давления и равнодушия. Пока их «жертва» сама не посадит себя на поводок. А потом постель и быстрая развязка. Лично я с такими до постели ни разу не доходила, потому что понимала, как скоро закончится эта игра — мне нужно было выживать, а не играть с мальчиками в их игрушки. В Кае давления было в переизбытке — но не как часть какой-то стратегии, а как суть его природы. Во всем остальном он совершенно другой. Может ли быть такое, что он до сих пор ни разу не заводил серьезных отношений с девушками? Вообще никаких отношений. Это бы многое объяснило. И тем не менее, отчего-то внутри росла твердая уверенность, что я со своей стороны все делаю правильно. Может быть даже, нужно быть еще мягче.

      Светлана Александровна на мое откровение отреагировала упавшей челюстью. Уже до обеда весь офис будет знать о моем «романе» с начальством. А я даже не знала, продлится ли он до этого самого обеда. Ладно, теперь кофе. Но я не успела ничего приготовить, как шеф сам показался в приемной.

      — Наташ, мне нужно уехать, — как всегда, без стеснений, он обратился прямо ко мне. — Дела в Москве. Вернусь дня через два. Светлана, у меня на столе все распоряжения, свяжитесь с Русланом Дмитриевичем.

      Я не знала, что ответить и должна ли вообще отвечать. Он часто уезжал и действительно занимался там работой, как говорил Макс, но я теперь ощущала неловкость, связанную со своим новым статусом. Заторможено кивнула.

      Он уже направился к выходу, но неожиданно развернулся и снова подошел ко мне, притянул и поцеловал в висок.

      — Два дня. Хорошо? — он разрешения у меня, что ли, спрашивает? — Я позвоню тебе, как доберусь.

      Я улыбнулась. Невинный, эгоистичный, дерзкий и сильный ребенок.

      — Конечно.