Эволюционирующая бездна - Гамильтон Питер - Страница 162

— В данной Вселенной это не так уж и важно, — сказал Иниго. — Решающее значение имеет лишь конечный результат.

Параллельно с разговором с Экспедитором Гор усваивал информацию, тайно собираемую пакетом внедрения. По мере проникновения волокон вглубь структуры механизм вознесения начал внутреннее сканирование. Гор запустил первый комплект программ, низкоуровневый торрент, который мгновенно проник в программу интерпретации сканирования, чтобы фальсифицировать результаты и не позволить механизму вознесения обнаружить никаких изменений на молекулярном уровне.

Сон — Маккатран в красочном цветовом вихре перешел на сверхсветовую скорость.

Визуальное наблюдение — Тизак пробирается через площадь, стараясь не наступить на негромко гудящие черные блестящие нити.

«Это все, что мне нужно», — пронеслось в высшем вторичном сегменте разума Гора.

В ячейке памяти активировалась программа перевода аномийского наречия.

— Пришли другие, — сказал Тизак.

— Из твоей деревни? — выдал ответную трель Гор.

— Нет. Другие. Путешественники среди звезд, похожие на вас, но совсем другие. Я не знаю их историй.

— Покажи мне, пожалуйста.

Тизак повторил свой путь через площадь в обратном направлении. Одна из его конечностей показала на широкую улицу.

Их было восемь, стоящих поперек дороги в ста метрах от площади. Мягкий свет из зданий с обеих сторон сверкал на необычных одеяниях, щедро украшенных драгоценными камнями. Один из чужаков поднял длинное белое копье и слегка поклонился.

— Сильфены, — вздохнув, буркнул Гор. Он с трудом удержался, чтобы не показать в ответ поднятый средний палец, но затем вежливо наклонил голову. — Не обращай на них внимания. Это самые рьяные соглядатаи в нашей галактике.

— Зачем они пришли?

— Чтобы подсматривать за мной.

Пакет внедрения сообщил о проблеме с аналитической программой, которую он пытался модифицировать. Похоже, дело было в скрытой охране, поскольку программа анализа отказывалась отозвать эти факторы. С тревожной поспешностью началось переформатирование сегмента анализа. А охрана загружала в сканер все более сложные программы распознавания. Это могло привести к тревоге в базовом сознании механизма вознесения.

Гор плотно сжал золотые губы.

— Вот дерьмо, похоже, приехали.

В двух миллионах километров над звездой аномийского мира Марий, оставаясь в трансмерном погружении, направил информацию с корабельных сенсоров на обработку группе вторичных полуавтономных программ. Корабль Экспедитора, хоть и совершил практически невозможное, погрузившись в конвекционный слой, не был главным поводом для беспокойства. Марий не понимал сна Джастины.

Усилия Гора, добившегося появления в Бездне Иниго и Араминты–два. привлекли его внимание, но не надолго. Объяснение с Ядром, о котором говорил Гор, явно было отвлекающим маневром. В этом он не сомневался.

Затем произошло возрождение Идущего–по–Воде.

— Поразительно, — признал Марий.

Но и это было мелочью по сравнению с пробуждением Маккатрана и его взлетом из гигантского, наполненного лавой кратера, образовавшегося при падении корабля во время вторжения армады райелей.

А потом Гор заявил, что они должны обогнать Иланту на пути к Ядру. Маккатран совершил невозможное: в Бездне он вышел на сверхсветовую скорость.

— Нет, — воскликнул Марий.

Какими бы ни были намерения Гора при достижении Ядра, он не имел права этого допустить. Риск, пусть и неизмеримо малый, все же существовал.

Марий отодвинул сон на задний план, предоставив его анализ вторичным программам, а основное внимание сосредоточил на показаниях сенсоров. Корабль Экспедитора оставался в неподвижности у закрытого щитом округлого объекта в конвекционной зоне. Какое отношение его действия имели к Маккатрану, понять было невозможно, но Гор явно преследовал какую–то цель. Никто не стал бы прилагать такие усилия без особой причины.

Проблема заключалась в том, что он не знал, находится ли Гор на корабле или остался на планете. Соответственно, процесс уничтожения будет простым и последовательным. Сначала корабль. Если сон не прервется, значит, Гор остался в мире аномийцев.

Марий дал команду интел–центру сбросить маскировку. Включившиеся активные сенсоры дали ему более подробную информацию о корабле в конвекционной зоне. При том что технология «Стардайвера» давала ему возможность выжить в этом пекле, общее усиление многослойного защитного поля увеличилось всего на двадцать процентов. Корабль был уязвим для боевых орудий. Марию осталось только решить, какой снаряд способен поразить цель в такой необычной среде. Он начал перебирать варианты.

В ожидании все остались на центральной площади Сампалока, перед входом в особняк. Иниго и Корри–Лин, держась за руки, обменивались закрытыми для других мыслями. Араминта–два почти не отходил от Оскара, эти двое, казалось, поддерживали и успокаивали друг друга. Трое Рыцарей–Хранителей, настороженные и нетерпеливые, держались плотной группой. Гор и Джастина стояли рядом, излучая гордость и решимость так же ярко, как мелькающие мимо звезды. Поэтому, как ни странно, Эдеарду пришлось довольствоваться обществом Троблума, надувшегося и мрачного, словно обиженный ребенок.

Вихрь света угас так же быстро, как и появился. Эдеард, подняв голову, изумился великолепию открывшегося за прозрачной поверхностью вида. Маккатран скользил в пустоте над центром Моря Одина. Над куполом сплошной пеленой блестящей голубой пыли сверкало покрытое рябью озеро, оживляемое глубинными течениями и пылающими ореолами протозвезд. Вдоль берегов на много световых лет тянулись алые рифы, различимые в виде тонких двойных светящихся нитей, которые раздувались на концах, образуя серебристые вуали вокруг окружаемых ими звезд.

— Благая Заступница, я никогда не видел ничего подобного, — едва веря своим глазам, простонал Эдеард.

И вот наконец его разума коснулся соблазнительный призыв. Не пение, но ощущение бесчисленных разумов, в мире и согласии соединившихся друг с другом и неуязвимых в своем единстве. Все вместе они составляли одно целое и на самом высоком уровне существования были частью материи Бездны. Обещание присоединения к их союзу наполнило сердце Эдеарда восторгом. Усталость и страдания физической жизни закончатся, и он станет частью более прогрессивного сообщества, стремящегося к совершенству. Стремление к единству с ним было таким сильным, что, если бы третья рука Эдеарда обладала достаточной силой и подняла бы его сквозь прозрачный купол, он бы тотчас улетел к Ядру. Здесь не было ничего похожего на глупые сказки о небесном царстве, где души обретают свои прежние формы и живут в свое удовольствие в городе с золотыми башнями. Такой жизни можно было достичь и на Кверенции, стоило только хорошенько постараться и не бояться возвращать прошлое, чтобы убрать с пути все огорчения и разочарования. Нет, предлагаемое Ядром будущее отличалось от всего, что он успел испытать. И он мог стать участником его творения.

— И вот к этому сумасшествию все стремятся? — пренебрежительно фыркнул Гор. — Упаси Боже.

Эдеард постарался сдержать свое негодование по поводу подобного святотатства.

— Это великолепная награда за верность себе на протяжении всей жизни.

— Угу. Только не забывай, ради чего мы сюда летим. Нам надо попасть внутрь.

«Физического местоположения не существует, — ответил Маккатран на просьбу Эдеарда приблизиться. — По крайней мере, на этом уровне по отношению к ткани Бездны. Ядро лежит за пределами, а не вдали. Последний барьер, который нам не удалось преодолеть в прошлом».

— Попроси принять нас, — предложил Оскар.

Эдеард медленно кивнул. В последний момент ему вдруг расхотелось принимать участие в уничтожении всей Бездны. А вдруг они солгали? Он понимал, что это слабый довод. «Старый добрый эшвилльский оптимизм даже теперь. Иниго не лжет, тем более мне».

— Как может столь блистательное создание быть настолько извращенным, чтобы угрожать всем видам жизни?