Эволюционирующая бездна - Гамильтон Питер - Страница 158

Третья рука у него сжалась, готовая нанести удар.

От странной группы отделился один человек и пошел к нему, излучая спокойствие и ободрение. Высокий мужчина с приятным лицом — знакомым лицом, хотя оно стало темнее, чем прежде, и волосы, всегда светло-рыжие, стали каштановыми. Но это было лицо человека, который не мог появиться в реальном мире.

Третья рука Эдеарда немного расслабилась.

— Нет, — прошептал он. — Я не верю. Ты сон.

Человек улыбнулся. На его глазах блеснули слезы.

— И ты тоже.

— Иниго?

— Эдеард!

— Мой брат. — Они обнялись. Эдеард так крепко сжал руки, словно цеплялся за жизнь. В этом мире Иниго был единственным, кто что–то значил, его единственным якорем. — Держи меня, — умолял Эдеард. — Не позволяй мне пропасть. Мир рушится.

— Все не так страшно, даю тебе слово. Я здесь, чтобы помочь тебе все преодолеть.

Мысли Эдеарда затянуло туманом, они разбегались и путались.

— А твоя жизнь, — всхлипывая, пробормотал он.

— Пустяки по сравнению с твоей жизнью, — заверил его Иниго.

— Но… эти миры, что ты мне показывал, эти чудеса. Все реально?

— Да. Все настоящее. Вселенная за пределами Бездны. Место, где созданы корабли, принесшие сюда Раха и Заступницу.

— О великая Заступница.

— Я знаю, как сильно ты потрясен. И сожалею об этом. Но я никак не мог тебя предупредить.

Эдеард медленно кивнул и снова поднял недоверчивый взгляд на человека, которого считал недостижимым.

— Я думал, что тебя послала мне Заступница, чтобы успокоить мой сон. Ты показывал жизнь, которую и мы могли бы построить, если бы попытались. И я пытался, пытался изо всех сил…-

Голос у него прервался, задушенный подступающими рыданиями.

— Ты сделал больше, Идущий–по–Воде, намного больше, — заговорила молодая женщина. У нее были темно–рыжие волосы, миловидное веснушчатое лицо и взгляд, исполненный такого благоговения, что он удивился. — Ты добился успеха.

Эдеард смущенно оглянулся на Иниго.

— Тебе ведь известно, что я наделал и от чего убегаю.

— Твоя жизнь известна нам всем. Именно потому мы и здесь.

— Вы можете мне помочь? Вы для этого прилетели?

— Ты не нуждаешься в нашей помощи, — сказал Иниго. — Ты достиг головокружительных вершин. Твои достижения здесь, в Маккатране, вдохновляют людей многих миров.

— Я не понимаю. Я все испортил, как и утверждали Овейн, Буат и им подобные. Я стал таким же, как они. И попаду в Хоньо.

— Нет, не попадешь, — решительно возразила женщина. — Эдеард, послушай меня. После провала объединения тебе удалось привести жителей всей Кверенции к миру и самореализации. Ты больше никогда не прибегал к перезагрузке Бездны, тебе это было уже не нужно. Ты, и Кристабель, и твои друзья, все вы приняли руководство Небесных Властителей в преклонном возрасте. Это было восхитительное зрелище.

— Вы как будто говорите о том, что уже произошло.

Эдеард вопросительно посмотрел на женщину, а в его голове уже начали зарождаться неприятные мысли.

— Эдеард. — Иниго успокаивающим жестом положил руку на его плечо. — Мы только что прибыли в Бездну. Время здесь течет быстрее, чем снаружи. И поэтому там прошло несколько столетий, а здесь — несколько тысячелетий. Ты наше прошлое. Я вернул тебя из памяти Бездны.

— Ты хочешь сказать, что я уже прожил свою жизнь? Все мои жизни? — Да.

— Но… — Его про–взгляд скользнул по городским улицам в надежде отыскать хоть кого–то еще. — Где все? Если я, как вы говорите, добился успеха, что случилось с людьми, которым я старался помочь? Их правнуки должны быть еще здесь. Или они покинули город?

Иниго не смог скрыть замешательства.

— Ты создал общество, где каждый достиг самореализации. И со временем все люди приняли руководство Небесных Властителей. Последний из них отправился в путь к Ядру несколько тысяч лет назад.

— Умерли? — Он не мог в это поверить. — Все умерли? Но на Кверенции жили миллионы людей.

— Я знаю.

— Зачем вы вернули меня? — горестно воскликнул Эдеард.

— Нам нужна твоя помощь.

— Ха! Тогда, клянусь Хоньо, вы выбрали не того человека. Финитан более достоин, чем я, и даже Динлей. Даже если у вас не было выбора, вам следовало вернуть того Эдеарда, о котором вы рассказывали, того, кто добился успеха.

— Я выбирал очень тщательно. Ты именно тот Эдеард, что нам нужен.

— Почему?

— Из–за твоей решимости, — просто сказал Иниго. — Ты решил больше не уступать обстоятельствам, несмотря ни на что. Ты, ты из того дня и есть лучший Идущий–по–Воде. Этот момент и определил все твои дальнейшие победы.

— Мне как–то трудно поверить, — жалобно протянул Эдеард.

— Мне действительно очень жаль, что пришлось встретиться таким образом. Но нам очень нужна твоя помощь.

— Но как? Именем Заступницы, как я могу помочь людям, способным странствовать между Вселенными?

Он смотрел на Иниго, обдумывающего ответ, как вдруг вперед вышел человек с разбитым лицом.

— Я Аарон, и я прибыл сюда с целью просить тебя направить нас к Ядру.

Эдеард чуть не рассмеялся при его словах, но человек явно испытывал такие сильные муки и такое отчаяние, что стало ясно — он говорит правду.

— Зачем?

— Ядро управляет всей Бездной. Я должен поговорить с ним, или это сделает Иниго, или даже ты. Любой, кого оно согласится выслушать.

— И что ты намерен ему сказать?

— Ты убиваешь нас. Отключись.

Иниго снова обнял Эдеарда за плечи.

— Я должен еще многое тебе объяснить, — мягко произнес он.

Яркое солнце уже склонялось к западному горизонту и окутывало башни Эйри знакомым красноватым сиянием. «Не совсем знакомым», — печально отметил Эдеард. Этот Маккатран, в котором он оказался, навевал грусть. Здания остались все такими же, и так же не изменились улицы и каналы. Грандиозный город не был подвержен разрушению — его не тронуло время, — но, увы, Маккатран казался ветхим.- Без его жителей он стал жалким призраком прежних дней. В нем так мало осталось от людей, всего лишь жалкие безделушки да вездесущая пыль. Они исчезли, не оставив после себя почти ничего, и это создавало удручающее впечатление. Как и сознание того, что теперь он навсегда с ними разлучен. Хотя Эдеард предполагал, что мог бы еще раз перезапустить Бездну, но почему–то будущее, о котором ему рассказали, его не привлекало. Кроме того, по словам Корри–Лин, он уже выиграл битву своей жизни. И если он правильно понял своего брата по разуму Иниго, он несет ответственность за возможный крах Вселенной, которая находится снаружи.

— И придут еще корабли? — спросил он.

— Да, — подтвердил Иниго. — Боюсь, это моя вина. Я был очарован твоей жизнью.

Они сидели на ступеньках у входа в центральный храм Заступницы, и все пришельцы, как могли, старались помочь ему разобраться в том, что происходит за пределами Бездны и что собой представляет сама Бездна. На разъяснения ушел не один час.

— Ты показывал людям мою жизнь, — сказал Эдеард, не то чтобы обвиняя Иниго, но…

— Да, показывал. А ты никому не говорил обо мне.

— Они сочли бы меня сумасшедшим, даже Кристабель. Летающие экипажи. Люди, живущие вечно. Сотни обитаемых миров. А вместо ген–форм — машины. Города, где Маккатран мог бы стать всего лишь небольшим районом. Общество, где справедливость доступна всем. Чужаки. И звезд на небе столько, что их не сосчитать. Нет, чудеса моего воспаленного воображения не стоило выпускать из черепа. Вот только это было не воображение, это были твои сны.

— Я надеюсь, что смог хоть немного помочь, чем–то утешить тебя.

— Ты смог.

Эдеард наконец–то набрался храбрости задать мучивший его вопрос:

— А в том будущем, где я наконец принял руководство Небесного Властителя и ушел к Ядру, был Бурлал?

— Нет. Мне жаль, Эдеард. но он жил только в одном том времени.

— Понятно. Спасибо за честный ответ.

— Идущий–по–Воде, — заговорил Аарон. — Отправь нас, пожалуйста, к Ядру. Я прошу тебя.