Эволюционирующая бездна - Гамильтон Питер - Страница 118

На мгновение установилось вежливое молчание.

— Из всего того, что происходит, вмешательство Иланты тревожит меня больше всего, — сказал Иниго. — Коррупция и манипуляции были неизбежны для Воплощенного Сна после того как я передал движение Духовному Совету — в этом и состоял смысл моего ухода. Но ничего подобного я не мог и предположить. Ультрадвигатели, непробиваемые силовые поля… ничего такого не должно было быть.

Аарон повернулся к Оззи.

— А тебе известно что–нибудь об этих технологиях?

— Они не совсем по моему профилю, — тихо ответил Оззи и замолчал.

«А когда–то ты в таком разбирался», — неизвестно откуда раздался голос.

Оззи раздраженно вздохнул. Это был его собственный голос.

— Заткнись и не вмешивайся, — приказал он.

«Не нравится? Никому не удастся убежать от своего прошлого. Можно спрятаться лишь на время. Стари–и–ик».

— Что это было? — спросил Аарон.

— Я же говорил, старик, мне очень много лет. Человеческий мозг не способен вместить такой длительный период времени. Представляешь, что значит держать все «в уме»? В первую эпоху Содружества, когда у нас не было ничего, кроме омоложения, мы редактировали воспоминания и то, что не считали важным, оставляли в хранилище. Потом появились ячейки памяти и добавочные чипы. Биононики тоже увеличили объем памяти. Кроме того, есть еще система расширенной ментальности. — Он поднял голову и уставился куда–то в потолок. — Это для тех, кто хочет держать весь хлам при себе и отравлять свое тело. Я не хочу. Больше не хочу.

«И потому он вывалил меня, — произнес голос. — В буквальном смысле слова. А я Оззи. Настоящий Оззи».

— Ты, черт побери, мой мозг–в–кувшине, и не задавайся, — сердито бросил Оззи.

«Нет, серьезно, — настаивал голос. — Я — это твои воспоминания за полторы тысячи лет, а что ты? В лучшем случае лет двадцать, не так ли? Так кто из нас настоящий?»

— Личность сохраняется только в одном из нас, — закричал в ответ Оззи. — Я человек биохимически и гормонально, я обладаю душой, какой бы нелепой она ни была, чтоб тебя. А ты запрограммированная копия, оставшаяся в прошлом.

«Ты можешь говорить что угодно, но именно я обладаю знаниями и талантом, в которых так нуждаются отчаявшиеся до предела люди. Ты избавился от серьезных вещей вроде физики и математики, и теперь в твоем маленьком плотском мозгу одно дерьмо. Признай, что это так, ты же мужчина. В той степени, в которой ты можешь им быть, лишившись большей части своего разума».

— У Оззи есть все необходимое, — невозмутимо заявила Майрайан. — Он очистился на духовном уровне, чтобы снова стать цельной натурой. А ты только помеха, тащившая его назад и мешавшая ангелу расправить крылья. Он живет в чистоте не один десяток лет и потому снова растет.

Она широко улыбнулась.

Оззи перехватил настороженный взгляд Аарона, заметившего, что блистательная улыбка обнажила и крошечные клыки.

Аарон тряхнул головой и положил руки на стол.

— Ну, хорошо. Скажи мне, пожалуйста, ты можешь получить доступ к необходимым знаниям и извлечь информацию из… себя?

— Из моего мозга–в–кувшине? Конечно. Я установил автономное сопряжение для интел–центров и загрузил его — меня — туда.

Иниго смущенно и с оттенком уважения улыбнулся.

— Я не сомневаюсь, что тебе это ничего не стоит. Но подумай вот о чем: есть я, ты и он. — Он ткнул пальцем в сторону Аарона. — Великолепный интел–центр и не менее великолепный репликатор. Не важно, насколько мы хороши в любой комбинации, нам все равно не слепить супероружие, чтобы разбить барьер вокруг Солнечной системы, или скоростной ультрадвигатель, чтобы добраться до Бездны раньше Араминты. И это еще без учета произведения Иланты.

— Верно, — признал Оззи. — Но есть и положительные факторы. Я могу вывезти всех нас отсюда в безопасное место. Кватукс мне кое–чем обязан. Высокий Ангел захватит нас по пути к Андромеде, или куда он еще надумает направиться.

— Нет, — вмешался Аарон. — Нельзя терять надежду в первые же полчаса. И я даже не думаю, что мне придется кому–то угрожать, чтобы вас в этом убедить.

— Верно, — со вздохом согласился Иниго.

— У нас есть цель: наладить контакт между тобой и Ядром Бездны, — продолжил Аарон. — И, хотя себя я не могу считать выдающимся мыслителем, есть вы, умнейшие парни с довольно странными способностями. Вы что–нибудь придумаете.

— Попробуем, — сказал Иниго. — Оззи, как насчет твоего телепатического эффекта? Можем мы отсюда говорить с Бездной?

Оззи отодвинул пустой стакан и потянулся к тарелке с тостами.

— Послушай, как это работает. Гея–сфера — передающая среда. Ты через гея–частицы посылаешь свои мысли, и они носятся в пространстве, попадая в гея–частицы всех остальных людей. Узлы восприятия — просто мощные усилители и ретрансляторы. Они превращают пространство в «сферу». Надо признать, она довольно обширна, но стоит шагнуть за пределы Содружества, и ты остаешься наедине с самим собой. Есть и другие подобные сферы, и самая мощная — коммуникационная сеть сильфенов. Вот она точно распространяется на всю галактику. Можешь не сомневаться, я сам к ней подключен. Только она не такая плотная, как Гея–сфера. Это зависит от психологии расы. Суперэльфы не испытывают потребности делиться каждым мимолетным движением мысли, как люди.

— И что же? — спросил Аарон.

— Гея–сферой мы воспользоваться не можем. Она не дотянется до центра галактики.

— Не совсем так, — возразила Корри–Лин. — С флотилии паломничества по пути следования станут запускать узлы восприятия. Таков был план с самого начала, и Этан не станет его менять. Для Гея–сферы это приблизительно то же самое, что трансмерные ретрансляторы для станции «Центурион». Цель в том, чтобы установить постоянно действующий канал передачи снов из Бездны, чтобы верующие, не попавшие на корабли, могли видеть, как достигается самореализация, и стремились повторить путешествие.

— И как только мы попытаемся этим воспользоваться, Этан мгновенно прикроет канал, — сказал Иниго.

— Это крайний случай, — ответила Корри–Лин. — Обман может длиться довольно долго, особенно если станешь действовать ты, настоящий Сновидец. Твое влияние в движении до сих пор сильнее, чем у кого бы то ни было другого.

— Что ж, информация полезная, — признал Оззи. — Ну, а теперь о ментальном поле. Это нечто другое. Я изменил квантовую структуру пространства–времени, так чтобы оно стало проводником мысли, как воздух является проводником звука. Должен признать, что эта идея лучше всего работает с человеческими мыслями. По ним я синхронизировал процесс с самого начала. Чужаки тоже чувствуют его, но для них это все равно, что послания Исток–острова сильфенов для людей: смутные ощущения. И только чертовы чикойя считают, что слышат мысли своих предков. Не пойму: что такого особенного в их птичьей цивилизации, что они до сих пор всерьез преклоняются перед своими прародителями? Прошло сто тысяч лет с тех пор, как их крылья были достаточно большими, чтобы удерживать вес тел, но в каждом их поселении по–прежнему отсутствует сила тяжести, чтобы они могли порхать с грацией падающего со стены цыпленка. Даже здесь в их сегменте гравитация почти нулевая.

— Когда–нибудь и их коснется просвещение, — заявила Майрайан. — Ты этого добьешься. Твоя галактическая мечта всех нас выведет из тьмы к свету.

— Спасибо, детка, — поблагодарил ее Оззи. — Смысл моей идеи в том, чтобы люди могли свободно обмениваться мыслями. Узлы восприятия оскверняют чистоту разума. Они вносят искажения, и отдельные мысли по желанию источника могут преобладать над истиной.

— А нам обязательно сейчас это обсуждать? — с обманчивой беззаботностью спросила Корри–Лин.

— Я просто рассказываю об основных принципах, чтобы вы знали, с чем имеете дело. И знали причину создания ментального поля. Но оно имеет то же самое слабое место: дальность действия. Проще говоря, для увеличения радиуса распространения требуется дополнительная мощность.