Эволюционирующая бездна - Гамильтон Питер - Страница 104

— Сновидица, его допрашивали весьма тщательно.

— Тщательно? Вы имеете в виду…

Ей не хотелось вникать в подробности. «Я становлюсь настоящим деспотом».

— Да, он подвергся прочтению памяти.

— Хоньо! Приведите его.

Вошедший человек, вынужденный опираться на руки двух здоровенных охранников в форме констеблей, выглядел как прежний Ликан, но дух его был сломлен. Вся злость, накопившаяся в душе Араминты, мгновенно улетучилась. Она встала и выдвинула стул рядом с собой. Охранники помогли Ликану сесть. Никаких следов повреждений на его теле не было, но руки у него постоянно дрожали, а плечи поникли, как будто он съежился, опасаясь вездесущего мучителя.

— Мне очень жаль, — сказала Араминта. — Я не знала об этом.

— Ты, — с горькой усмешкой бросил он. — Я знал, что ты не такая, как все.

— Ты и сам всегда был выдающейся личностью.

— При расставании ты говорила совсем другое. — Он обвел взглядом просторную комнату. — Теперь это не секрет и тебе известно, что я не лгу.

— Они отдадут тебе все копии. Я так хочу, — повелительным тоном добавила она. Ринченцо с готовностью кивнул. — Ты можешь их уничтожить, если захочешь.

— Ха. Какой смысл, если скоро Бездна поглотит все звезды и уничтожит нас?

— Я думаю, ты задавал себе этот вопрос, когда содействовал договору между правительством Виотии и Этаном. Чудовищное вторжение имело одну цель: найти меня. А как ты думаешь, что должен был сделать Второй Сновидец, оказавшись во Дворце–Саду?

Он сумел покачать головой, превозмогая подергивание мускулов.

— Подобно всем неверующим, ты считал нас заблуждающимися глупцами, — продолжала Араминта. — И превыше всего ставил возможность наживы.

— Я не позволял жадности управлять своими действиями. У меня была стратегия. Я подчинялся только логике и собственным планам.

— Ликан… Это меня не интересует. То, что случилось между нами, давно прошло. Ты здесь для того, чтобы устранить несправедливость.

— Иди ты к дьяволу со своими извинениями. Надеюсь, что райели–воины разнесут в щепки весь паломнический флот. А мы устроим грандиозный праздник.

— Я не собираюсь извиняться за это расследование. Ты сам навлек на себя беду.

— Правда? Ну, тогда я буду умолять райелей отдать тебя праймам. Ты ведь знаешь, как они поступают с людьми, не так ли?

Она ощущала, как многие другие поддерживают его, желая, чтобы это желание осуществилось.

— Я готова освободить тебя, — сказала Араминта.

— Что?

— Отправить на Виотию, если тебе этого хочется. Все мои последователи уже вернулись домой, так что наша червоточина закроется сегодня или завтра. И пусть власти Виотии разбираются, какую роль ты играл в переговорах между клириком Пелимом и продажным правительством о сдаче планеты. Да, Пелим тоже возвращается на Эллезелин, чтобы принять участие в паломничестве. И, как ты думаешь, кто тогда предстанет перед судом? А я благосклонно отнесусь к любой просьбе предоставить следователям твои воспоминания. Разве это не свидетельство твоего предательства?

Он задрожал всем телом.

— Ты сказала…

— Я сказала, что готова тебя освободить. Но сначала надо ликвидировать несправедливость, а это сможешь сделать только ты.

— Сука!

— Пелим забрал твой гарем в участок. Женщины уже здесь. И для их лечения я собрала команду лучших генетиков Эллезелина. Единственная проблема в том, что мы не читали твои воспоминания за тот далекий период.

Ликан яростно сверкнул глазами.

— Три из них — которые, Ликан? Как только я узнаю, даю слово Сновидицы, ты будешь на свободе. Космический корабль отвезет тебя, куда захочешь. Мы даже можем перепрофилировать тебя, если считаешь необходимым.

— Какой в этом смысл? — чуть не плача, воскликнул он.

— Смысл в успехе. Как ты думаешь, кто в итоге выйдет победителем? Я или ты с твоим образом жизни? Мне кажется, я знаю, какой выбор сделал бы Найджел Шелдон. А ты?

Ликан опустил голову. А когда снова ее поднял, судорожные подергивания мелких мышц поборола гримаса ярости. На Араминту смотрел тот самый Ликан.

— О да, мадам Сновидица. Я принимаю условия сделки. Я выполню твое условие. Но запомни, это дает мне право найти тебя, когда провалится твоя затея. Такая никчемная пустышка, как ты, ни за что не справится с таким грандиозным делом. У тебя нет ни единого шанса.

— Посмотрим, — бросила Араминта.

— Мараката, Крисана и Таммари, — сказал Ликан.

— Благодарю.

— Даже если я не успею до тебя добраться, тебя убьют твои новые друзья. Как только получат от тебя все, что им требуется. Эта роль тебе не по силам. Ты была ничтожеством, когда я тебя подобрал и трахал, и до сих пор осталась таким же ничтожеством.

— Что ж, значит, тебе не о чем беспокоиться, — холодно ответила она. Дальним уголком разума она ощутила интерес Небесного Властителя, вызванный ее волнением. — Уберите его. — приказала она охранникам.

Ликана бесцеремонно подняли со стула. В космопорте Большого Маккатрана его ждал космический корабль. Араминта подготовила все еще накануне, рассылая через юз–дубля послания Пелиму и Ринченцо и даже Этану, но не пропуская свои мысли в Гея–сферу. Пелим с несколькими отрядами еще оставался на Виотии, но торопился вернуться, поэтому приложил все усилия, чтобы ускорить дело. Араминта понимала, как была напугана бедная малышка Клеманс и все остальные: в то время как планета уже ликовала, избавившись от тирании, оставшиеся бойцы команды встречи схватили их, запихнули в капсулу, даже не объяснив, куда и почему увозят, а потом заставили пройти сквозь червоточину прямо на Эллезелин. Если уж Сновидицу Араминту теперь многие считали отродьем дьявола, то Эллезелин был ее царством.

Но через пару часов они воссоединятся с Ликаном — если захотят. Корабль отвезет их в любой выбранный ими мир. Араминта подготовила неотслеживаемые трастовые фонды и новые сертификаты личности. Больше она ничего не могла для них сделать.

Те же, кто подвергся психическому насилию, проведут пару месяцев в утробах–резервуарах, а специалисты Большого Маккатрана позаботятся об их психонейронном перепрофилировании. По выходе из клиники им предстоит сделать собственный выбор. «Если, конечно, галактика к тому времени еще будет жить». Но даже это не так уж важно. Она поступила правильно.

Араминта повернулась к Дарраклану.

— Этан готов?

— Да, Сновидица.

— Вот и хорошо.

Она поднялась из–за стола, тайно злясь на глупый запрет Иниго, не позволяющий пользоваться капсулами на всей территории Маккатрана-2. Оставалось только совершать долгие пешие прогулки, пользоваться гондолами (что, по правде говоря, ей очень нравилось) или ездить верхом, на что она не могла решиться после единственной неудачной попытки покататься на пони в семилетнем возрасте.

За стенами Дворца–Сада ее сразу окружил отряд телохранителей в форме констеблей. По изогнутому пандусу они спустились в Сад Раха с его великолепными розами и причудливо подстриженными огненными тисами. По пути сквозь здание Парламента из окон посмотреть на Сновидицу выглядывали многочисленные служители. Затем она вышла на открытое пространство, пересекла по мосту Братский канал и оказалась в районе Огден. Отсюда до городских ворот было уже недалеко. С обеих сторон по траве с приветственными криками сбегались люди. Араминте уже не требовалась композиционная программа Ликана, чтобы принять отстраненный вид и войти в роль важного общественного деятеля. Нескольких благоговейных поклонников она приветствовала рукопожатием, кому–то негромко бормотала слова благодарности за поддержку, а остальным любезно улыбалась, в то время как охранники обеспечивали свободный проход.

У городских ворот толпа собралась более многочисленная, но и охранников, уже в обычной одежде, здесь было больше. Араминта заподозрила, что под их мерцающими полуорганической тканью костюмами скрывались усиленные мускулы. Расталкивая напирающую толпу, эти люди проявляли колоссальную мощь. У самой хрустальной стены ее прибытия ожидали три капсулы, и еще пять машин сил обороны кружили в небе. У двери самой большой капсулы ее с поклоном встретил Этан.