Алый листопад (СИ) - Абрамов Анатолий Петрович - Страница 107

В стенах людского города шла кровопролитная битва: Хранители огня разбрасывали вампиров в стороны, взрывая тех пламенем огненных сфер. Темнотвердь высадила свои войска в гавани Рофданхема и сокрушающей силой стирала захватчиков с улиц осажденного города. Дармунд устремился к утесу, рассекая мечом всех, кому пришлось оказаться в досягаемости его клинка. Фаргон неумолимо следовал за ним. Догнав вампира, он навязал ему сражение у самого подножья ступеней, ведущих к парадным дверям замка. Воины снова схлестнулись в бою. Волны энергии, рождающиеся от столкновения двух артефактов, бились о стены и здания города, вызывая глубокие трещины. Фаргону удалось ранить вампира, и тот, попятившись назад, устремился к вратам. Перерожденный отправился вслед за владыкой. Вампир сокрушил двери мощным ударом и оказался внутри поместья. Дармунд воткнул Драгонклау в отверстие на исписанной рунами стене, что была сокрыта в подвале замка, и открыл дремлющие врата.

Последний из истинных истекал кровью и пошатывался на ходу. Вампир держался за разрубленную грудину и медленно шагал в сторону цветущего древа.

— Все мы совершаем ошибки, Фаргон… — владыка упал на колени. — Твоя была в том, что ты выбрал не ту сторону… — сказал Вампир и начал ползти по каменному полу, усыпанному землей. Алая листва пульсировала чистой магией. Дармунд облокотился на кору древа спиной и сжал рукоятку Драгонклау. — Все мои старания, все мои жертвы — оказались напрасны. Я был так близок… Так близок к тому, чтобы обеспечить моему народу безмятежное существования. Я не хотел этой войны. Не хотел убивать! — Дармунд с тоской смотрел в пылающие очи Фаргона. — Увы…Теперь, раса фроухаллов будет навечно стерта с бескрайних земель Аэш’Бирна.

— Быть может, я оправдал бы твои действия… Если бы ты не убил собственную дочь. — перерожденный медленно приближался к вампиру и говорил с особым хладнокровием:

— Фелиция могла продолжить род ледяных людей и спасти вашу расу. Но, за место дочери, ты предпочел магию Акхинала. И вот, к чему это привело… Ты убил мою возлюбленную, Дармунд. — Фаргон остановился. — Ты предал моего отца. Ты предал Телвина. Перебил Бронзовый совет и уничтожил Верховных Старейшин… Я могу долго оглашать список… Но, тебе и так все это известно.

Дармунд вздыхал, чувствуя, как испускает дух. Изо рта вампира сочилась густая кровь. Как и было предсказано в настенных писаниях — клинок Рогареса пронзил вампира, минуя магическое бессмертие.

— Значит, ты смог отыскать храм в песках Каерн’Сэна и заполучить Лайтард… Я всегда боялся этого дня… Но уж никак не мог представить, что на месте предвестника Ун’Воундрака окажешься ты, Фаргон.

— Я отдал бы все, чтобы вернуть Фелицию и не стоять сейчас здесь — потеряв друзей и утратив смертный покой. Но, как видишь — будущее оказалось непредсказуемо для каждого из нас. — Фаргон покачал головой. — Пора кончать с этим, Дармунд…

— Да… Довольно болтовни… — Старое, истерзанное войнами бледное лицо томилось в предсмертных муках. — Положи этому конец. Но, я должен тебя предупредить: пронзив Древо Лайтардом, ты, скорее всего умрешь.

Фаргон никак не отреагировал на эти слова.

— Приготовься к смерти, предатель. — перерожденный занес пылающий меч над телом Дармунда и рассек его чрево пополам. Драгонклау тут же истлел. Фаргон встал пред магическим древом. Бесчисленные артерии и капилляры питали прозрачные стебли. Живая, бегущая кровь сочилась внутри тонкой листвы.

— Святой Рогарес… что за мерзкое создание. — Фаргон с омерзением отбросил в сторону взгляд. — Настало время вернуть Северным землям покой… — он вознес меч над Древом и с грохотом вонзил лезвие в пульсирующую кору. Молнии мгновенно пронзили руки перерожденного. Пламя его глаз озарило стены Рофданхемского замка, а отголосок рева дошел до самой площади великого города. Небо над Пантакой заискрило яркими вспышками, взрывающимися в багровых облаках. Северные земли начало трясти, и Рофданхемский замок, откололся вместе с частью утеса, и погрузился в пучины моря Холодных огней.

Мейхем, Хоук и Дромис стали свидетелями того, как вампиры один за другим, словно подкошенные, начали падать на поле боя. Тела их стали гореть ярким пламенем, отпугивая слетевшихся воронов. Воины Черного оплота восторженно заликовали.

— Он… Он сделал это… — Алахир, приготовившийся к смерти, стоя на коленях пред разъяренным вампиров, не верил своим глазам. — Фаргон сделал это… Мы спасены! Хвала Рогаресу!

— Воины! — завопил Мейхем. — Сегодня день нашей славы! Запомните этот миг! Момент нашего триумфа! Триумфа над силами зла!

Хоук, мгновенно отбросив от себя воспламенившегося вампира, поднял голову к небесам. В багровой заре парили одинокие вороны. Аринейское море окрасилось в оранжевые света.

Хейрим, Фургар и Гархунд всю ночь наблюдали за битвой из западной башни.

— Я же говорил… говорил ведь! — из глаз старика полились слезы. — Мы победили Фургар, победили! — Хейрим сжал щеки своего друга ладонями. — Братья мои! Новый день вступил в свои владения. Пришел конец кровопролитной войне!

Сэнтиел поднялся по лестнице и обнял верных друзей.

— Слава белому дракону! — торжественно закричал эльф. — Все кончено, друзья!

— Обещаю, что брошу пить! — закричал Фургар. — Как только отметим нашу победу.

Компания, собравшаяся на западной башне, рассмеялась.

Хоук сложил оружие и присел рядом с Дромисом на пропитанной кровью земле.

— Я боялся, что наступит конец… — сказал старый эльф. — Но, такой конец — не так уж и плох.

— Все только начинается мой друг. — ответил жрец. Дромис стер пот со лба и уперся ладонями в рукоятку воткнутого в землю меча. — Королевства Северных земель нужно отстраивать заново. Рофданхему и Элвенстеду требуются новые правители. А уж орки Железной хватки там сами как-нибудь разберутся. Если они там ещё остались…

— Согласен, нас ждет очень тяжелое время. Но… — эльф положил руку на плечо старого человека. — Самое страшное позади.

— Интересно, куда умчались Фаргон и Дармунд… — Дромис задумался. К воинам подошли истерзанные боем Мейхем и Лондерлейн.

— Фаргон? — переспросил человек с черной бородой. — Не знаю, что учудил этот… Кхм… перерожденный, но похоже ему удалось осуществить свой план.

— Вы видели этот пылающий меч? — голос Харода раздался за спинами воинов.

— Клинок Рогареса. — предположил Хоук. — Да. Удивительное оружие. И то, как преобразился Фаргон. Что-то с ним произошло в пустынях Каерн’Сэна!

— Легендарный меч… — сказал присоединившийся к друзьям Хенри. — Значит он, все-таки, существует.

Харод уселся рядом с жрецами ордена. Воины Черного оплота отдыхали на пропитанной кровью земле, в окружении тысяч пылающих тел. Они смотрели на Аринейское море. На воронов, парящих в небе и безмятежное, алое солнце.

— Друзья. — раздался голос Мейхема. — Есть одна таверна в Элвенстеде. «Горн дракона» называется. Как насчет пары кружек отборного пива? Я угощаю!