Алый листопад (СИ) - Абрамов Анатолий Петрович - Страница 102

Густой туман окутал Дикую гавань.

— Близится великая битва, мой друг. — Алахир положил ладонь на плечо Хенри и развернулся в сторону внутреннего двора. — Скажи Варгулу, чтобы построил армию. Выдвинемся через двадцать минут.

— Будет сделано мой друг. — ответил дворф. Алахир хотел было вернуться в замок, как Хенри поймал эльфа за влажный рукав. — Постой! — сказал он. — Гляди-ка что происходит… — дворф указал в сторону шатров: матерые войны охотно приглашали новобранцев в свои ряды, разливая по кружкам холодный эль. — Стоять под одним знаменем — ещё не значит быть братством. — пояснил Хенри. — А вот делить бутылку отборной выпивки в прохладное, дождливое утро — это уж, поверь мне чего-то да стоит!

— Я рад, что поднял дух наших воинов. С освященным оружием и несокрушимой верой — мы гораздо сильнее, чем кто бы то ни было. — Алахир улыбнулся и направился к западным вратам Черного оплота. Хенри проводил старика взглядом и подошел к Варгулу.

— Мы выходим через двадцать минут. — сказал он эльфу. — Нужно построить войска.

— Дождь будет лить весь день. — жрец затянул кожаный пояс и повернулся к дворфу. — Будем молиться Рогаресу, чтобы холод не выбил нас из колеи.

— Надеюсь мой друг, этого не произойдет. — дворф накинул капюшон на мокрые волосы и двинулся в замок.

— Воины, стройся! — Варгул отдал Твину приказ и эльф затрубил в горн.

— Треклятый дождь! — Гархунд шагал по влажной земле, лениво переставляя ступни. — Не уж то конца ему не будет? Вот, хорошо было в Дунгораде: никакого тебе снега, ливней и бушующего ветра. Сиди себе у камина, да распивай эль…

— Пожалуй и вправду было бы здорово согреться у пламени костра. — сказал Сэнтиел.

— Эта дорога высасывает из меня все силы! — добавил торговец. — Ты только посмотри на тучи… — дворф поднял руку вверх, вытянув указательный палец. — Ну разве это нормально? Почему в Северных землях не может быть все время тепло? Почему вечно идут эти пресловутые ливни, почему…

— Гархунд, остуди свой пыл. — Хейрим, даже под моросящим ливнем, был довольно спокоен. — Вспомни, как мы шли в Элвенстед. — дворф устремил свой взгляд на приятеля. — Какая стихия в ту ночь обрушилась на нас с небес…

— Ага. Такое забудешь… — промямлил Гархунд. Хейрим вытянул ладонь вперед, собирая прохладные капли дождя. — Напрасно ты жалуешься. — сказал он. — Всё могло быть гораздо хуже.

— Это уж точно. — вставил Сэнтиел. — Коэл’Дрэссел истязают штормы с моря Холодных огней, раз в несколько десятков лет. Иногда, ветер набирает такую силу, что начинает трясти само Угольное древо. Было так и на моем веку. — эльф погрузился в воспоминания. — Однажды, когда на город обрушился очередной ураган, стены священного Храма начали расходиться в трещинах. Фундамент буквально рушился на глазах. К несчастью, я хорошо запомнил тот день… — Сэнтиел шмыгнул носом и посмотрел на хмурые облака. — Много эльфов погибло под натиском беспощадного шторма. До сих пор, я не видел ещё ничего более ужасающего, чем Темнотвердские ураганы.

— И надеюсь, что не увидишь! — добавил Гархунд. — Да и нам такого задаром не надо.

Небо стягивали густые тучи. Горстка беженцев двигалась на юг по единственной, протоптанной дороге. Туман белой дымкой окутал окрестности, а дождь без умолку стучал по холодной земле. Хейрим, Гархнуд и Сэнтиел передвигались вместе дружной компанией, а вот от Фургара уж давно не было вестей: дворф углубился в толпу горожан и потерялся из виду.

— Может найдем нашего пропащего? — предложил своим спутникам Гархунд. — Как-то томит на душе от того, что наши пути вот-так-вот нелепо разминулись…

— Оно того не стоит. — ответил ему Хейрим. — Если Фургар хочет быть сам по себе — на то его воля. А соскучится, сможет найти нас в стенах Черного оплота.

— Хм. Дело говоришь, однако. — Гархунд погладил влажные усы. — Сам захотел уйти, пусть сам и возвращается.

— А вы уже были когда-нибудь в замке Дикой гавани? — спросил Сэнтиел у дворфов.

— Не приходилось пока ещё… — сказал Хейрим.

— Ха! — Гархунд с ухмылкой взглянул на старика. — Так ещё бы! Торчишь с утра до ночи в своих архивах, да перелистываешь ветхие записи. А все свободное время просиживаешь в компании доброй кружки дворфского эля. Ну как тут мир повидать?

— Гархунд! — возмутился Хейрим. — Либо ты через чур глуп, либо слишком неопытен…

— Чего?! — ошалел тот. — А ну! Поясни-ка…

— Что по-твоему, самое дорогое и ценное из того, что есть у народов Северных земель? Хотя… Не спеши отвечать! — дворф пригрозил ему пальцем. — Я знаю, что ты — как подобает любому торговцу, скажешь: золото и эбонитовая руда.

— А ты хочешь сказать, что это не так?! — удивился дворф.

— М-да. Я и не ожидал услышать другого… — с тоской ответил старик. — Гархунд, есть нечто в разы дороже, чем слитки сверкающего металла!

— О, я знаю! — дворф улыбнулся. — Сейчас речь пойдет о моральных устоях и почтенных традициях…

— А разве не это ли самое ценное? — спросил с недоумением Хейрим.

— Когда ты проголодаешься настолько, что будешь готов сожрать свои собственные тапки, вот тогда и поглядим: вымениваются «почтенные» традиции на свежую форель, или нет.

— Да ну тебя, Гархунд! — дворф махнул рукой. — Что за поколение… Никакого уважения к истории и преклонному возрасту.

— Ну так, а причем тут это-то? — удивился торговец. — Ты всю жизнь вел записи о событиях Северных земель сидя в своем кабинете. И вот, лишь на старости лет собственнолично посетил королевства Пантаки. Да и то: по воле случая. К тому же — тебе, в отличии от нас, было известно, как попасть Каерн’Сэн. Ты мог бы отправиться на восток, Хейрим: начать великое путешествие. А что вместо этого выбрал? — Сидеть в пыльных архивах, в окружении старых книг. Да ещё и время от времени записывать на пергамент всякую чушь!

— Ну, знаешь! Может в чем-то ты и прав, и мне на самом деле следовало бы меньше торчать в четырех стенах. Однако, не забывай, что знание истории — действительно имеет значение. — дворф укутался в льняной плащ. — Золото, эбонит и блестящие камни всегда будут переходить из одних рук в другие. А история и наследие — остаются с народом навсегда. Долг каждого дворфа чтить своих предков и помнить о родине.

— Никто о ней и не забывает, Хейрим… — пояснил Гархунд. — Я лишь пытаюсь донести до тебя то, что деньги имеют в нашем мире большее значение, чем тебе хотелось бы думать. Гораздо большее, поверь старина.

— Я и не спорю с тобой. — ответил ему дворф. — Наш разговор начался с того, что я, якобы, всю жизнь провел за бесполезным делом. — Хейрим сморщился. — Знаешь… Вообще-то, слышать подобное было очень обидно.

— Ох… Ну прости, мой сердечный друг. — Гархунд приравнялся со стариком и крепко обнял его.

— Не такое уж это и бесполезное дело. — добавил Хейрим. — Знай, что оказавшись в водах Небесного озера, ты будешь рад увидеть, как потомки чтут твое имя. Вот представь себе… Хм. Гархунда — грозу вампиров! Удивительно звучит, а? — улыбнулся старик. — Только вообрази: тебя будут величать легендарным дворфом и главным торговцем Дунгорадского народа. Да ещё и благороднейшим членом Бронзового совета. Хотел бы ты, чтобы потомки помнили о твоих деяниях? Ну, конечно никаких вампиров мы не убивали… Но смысл я до тебя донес. — Хейрим вопросительно взглянул на торговца. — Ну, так что скажешь? Здорово, когда история нарекает тебя подобными титулами?

— Да! Однозначно! — торжественно ответил Гархунд.

— Так готов ли ты отдать за это все свои сбережения, перед тем, как уйти на покой?

— Хм… Да. Думаю, что да!

Сэнтиел, слушая разговор дворфов, шел следом и улыбался.

— Вот почему нужен кто-то, кто будет вести историю. — Хейрим похлопал приятеля по плечу.

— А вот с этой стороны, я даже как-то и не думал… — Гархунд задумался. — Интересно, однако, мой друг! Знаешь, я, пожалуй, возьму свои слова о том, что ты просиживаешь задницу понапрасну — назад.

— И ты прости меня за то, что нарек тебя глупцом.