Властитель Дерини - Куртц Кэтрин Ирен - Страница 43

— Лорд, лорд, помогите! — крикнул он, кидаясь через всю комнату к ногам Варина. — Мои люди носили камни к северному бастиону, и там случился обвал.

Варин выпрямился в кресле и напряженно посмотрел на вошедшего.

— Кто-то пострадал?

— Да, лорд, Оуэн Матиссон. Все сумели увернуться, а Оуэн — ему придавило ноги. Ему их раздробило.

Варин встал. Четыре человека внесли изуродованное тело несчастного Оуэна. Когда они вошли, сержант прижал к губам полу плаща Варина и прошептал:

— Помоги ему, лорд. Если ты захочешь, ты спасешь его. Четверо со своей ношей остановились посреди комнаты, и Варин кивнул, распорядившись положить раненого на кровать в другом ее конце. Уложив там пострадавшего, они по знаку Варина покинули комнату. Велев Маркусу закрыть дверь, Варин подошел к постели, с жалостью глядя на искалеченного солдата.

Оуэн был сильным человеком, но когда обрушилась груда камней, он ничего не мог сделать. Верхняя часть его тела была в полном порядке, зато ноги, прикрытые кожаным покрывалом, превратились в месиво из костей и мяса. Варин, попросив Пола поднести свечу, мягко провел рукой по искаженному от боли лицу Оуэна.

— Слышишь меня, Оуэн?

Глаза Оуэна удивленно и восторженно заблестели: он узнал Варина.

— Извините меня, лорд. Я мог бы быть поосторожнее.

Варин окинул взглядом неподвижное тело солдата, потом посмотрел на его лицо.

— Очень больно, Оуэн?

Тот кивнул и тяжело сглотнул, потом сжал зубы от боли, но глаз не опустил. Он с такой надеждой, с такой мольбой смотрел на Варина, что не нужно было никаких слов.

— Дайте кинжал.

Пол поднял клинок, и глаза Оуэна расширились, он попытался приподняться, но Варин мягким движением удержал его на месте.

— Спокойно, мой друг. Ну, не повезло. Это будет стоить тебе штанов, но, надеюсь, не жизни. Успокойся.

Уложив удивленного человека и отбросив покрывало, Варин начал резать кожаную штанину — снизу доверху, сначала одну, затем другую, обнажая кровавое месиво, оставшееся от ног. При первом его прикосновении раненый закричал, но потом обмяк и благодарно затих.

Варин положил кинжал на кровать рядом с Оуэном и несколько минут стоял неподвижно, глядя на изувеченные конечности.

Потом он попросил Маркуса и Пола помочь ему выпрямить искалеченные ноги, и когда это было сделано, задумался еще на минуту и тихо вымолвил:

— Плохо дело. Если ему не оказать помощь немедленно, он умрет. — И после долгой паузы продолжил: — С таким серьезным увечьем я прежде дела не имел. — Он опять помолчал. — Помолитесь со мной, друзья мои. Даже если на то Божья воля, чтобы он исцелился, мне нужна ваша поддержка.

Пол, Маркус и сержант как один преклонили колена. Варин еще мгновение стоял, опустив глаза в пол, будто в комнате больше никого не было, потом посмотрел на раненого и воздел руки:

— In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti, Amen. Oremus.

Когда Варин начал молиться, закрыв глаза, вокруг его головы появилось свечение. Он шептал, тяжело дыша, так что подсматривавшие из потайного хода не могли расслышать слов. Но в том, что за сияние возникло вокруг его головы, что за силы идут от его рук к ногам раненого, они ошибиться не могли.

Они видели, как руки Варина движутся вдоль ног солдата, как страшные раны исчезают на глазах, затягиваясь от его еле заметных прикосновений. Прошептав последние слова, вождь мятежников приподнял сначала одну ногу Оуэна, потом вторую.

Нога были целы — словно и не их недавно раздробило обвалившимися камнями.

Оуэн открыл глаза и сел. Он с удивлением осмотрел свои ноги и ощупал их, явно не веря себе. Варин мгновение молча наблюдал за ним, потом перекрестил его и прошептал:

— Deo gratias. Чудо свершилось.

Морган тем временем приготовился действовать. Подозвав Дункана и Келсона, он прошептал несколько слов и вновь посмотрел в щель. Дункан, обнажив меч, затих где-то в темноте слева. Морган закрыл щель и подозвал к себе Кардиеля.

— Ваше преосвященство, мы сейчас войдем туда. Следуйте во всем моим указаниям. Они, так сказать, приготовили сцену для нашего появления, и желательно сохранить атмосферу, царящую там, сколько это возможно.

Кардиель покорно кивнул.

— Келсон?

— Я готов.

Пока Варин и его приближенные рассматривали исцеленного Оуэна, возле очага послышался какой-то шум. Пол, обратив на это внимание, обернулся, да так и замер на месте с расширившимися от ужаса глазами.

— Милорд!

Варин и все остальные оглянулись и увидели, как раздвинулась стена у очага. Из проема ударил луч света, и в этом сиянии перед ошеломленными мятежниками появилась фигура юного Келсона — при таком освещении его не трудно было узнать; рядом с ним возникла высокая, увенчанная золотистой шевелюрой фигура Моргана. Третьего человека, показавшегося в проеме, Варин узнать не мог: его серебристые волосы слишком блестели на свету.

Варин оглянулся на своих людей — все они с ужасом в глазах забились в угол; а у входной двери стоял Дункан, с обнаженным мечом, но в довольно миролюбивой позе. Варин, припомнив обстоятельства, при которых он видел этого гордого молодого Дерини, похолодел и закрыл глаза на мгновение, чтобы собраться с силами. Лишь после этого он повернулся, чтобы взглянуть в глаза своему королю и своим врагам.

Глава XV

«Даже в мыслях своих не порочь царя»[15]

— Варин, скажи своим людям, чтобы не сопротивлялись. Теперь распоряжаться здесь буду я, — произнес Келсон.

— Я не могу этого допустить, государь. — Карие глаза Варина без тени страха встретили взгляд короля. — Пол, зови стражу.

— Не подходи к двери, Пол, — сказал король, прежде чем тот двинулся с места.

Помощник Варина замер, услышав свое имя, произнесенное королем, и взглянул на своего предводителя в ожидании распоряжений. Дункан по-прежнему стоял возле двери, священник на минуту сжал рукоятку обнаженного клинка — он готов был пустить его в ход по первому знаку.

Варин быстро взглянул на дверь, затем на лицо Пола, испуганное и нерешительное, затем — в непроницаемые глаза Моргана, стоящего рядом с королем. Со вздохом он потупил взор, и плечи его удрученно поникли.

— Делать нечего, друзья мои, — устало произнес он, — бросайте оружие и отойдите в сторону. Простая сталь не одолеет чародейства Дерини.

— Но, милорд… — возразил было один из его людей.

— Хватит, Джеймс, — Варин снова посмотрел в глаза Келсону. — Известно, что ожидает того, кто восстал против своего короля и потерпел поражение. Однако умрем мы с мыслью о том, что сражались за Божье дело. А вы, о мой король, на том свете сполна заплатите за наши жизни.

Невнятный испуганный гул раздался со стороны тех четверых, что стояли у него за спиной, но затем все они начали отвязывать перевязи с мечами. В освещенной огнем камина комнате некоторое время слышался только приглушенный звон оружия, падающего на ковер. Побросав оружие, мятежники собрались вокруг своего главаря, но даже теперь выглядели они весьма угрожающе.

Келсон, заметив и это, и многое другое, знаком попросил Дункана собрать оружие. И пока пленники смотрели на Дункана, Морган неуловимым движением указал Келсону на низкое кресло у камина. Кивнув, Келсон приблизился к этому креслу, уселся в него и поправил царственным жестом полы плаща. Когда Келсон занял свое место, Морган встал по правую руку от него, немного позади, а Кардиель предпочел остаться в тени. Казалось, что король просто устроил небольшой, не очень пышный прием прямо в одной из спален замка. Это совсем сбило с толку людей Варина, с опаской ожидавших, что еще выкинет этот самоуверенный король-мальчик.

— Нам не нужна ничья смерть — ни твоя, ни твоих людей, — обратился к Варину Келсон, машинально переходя на королевское «Мы». — Мы желаем только верности с этой минуты и навсегда. Или чтобы ты хотя бы выслушал по доброй воле то, что Мы тебе сейчас скажем.