Изо всех сил (ЛП) - Слейд Стюарт - Страница 64

Лонг торжественно кивнул.

Теперь была очередь Кейси подавлять необузданное любопытство, однако эти сведения только подтвердили его собственную мысль.

- Значит, мы должны решить, что будет рекомендовать наш комитет, когда вы внесёте его доклад на рассмотрение.

Северная Атлантика, крейсер "Австралия"

Несмотря на то, что основной огонь вёлся из пулеметов калибра 7.62, результат был впечатляющим. "Брены" и "Виккерсы" зарядили трассерами, и небо заалело. Приближающийся "Кондор" немедленно прекратил атаку и отвернул, через несколько минут превратившись в точку на горизонте, следя за крейсером издалека.

- Не понравилось ему, - удовлетворённо заключил подполковник Бомонт, наблюдая за работой своих людей. Для тех, кто никогда не предполагал, что им придётся сражаться на море, они справились отлично.

- А ему не должно было. Его работа - найти нас и затем сообщить подводным лодкам. Наглеют "Кондоры" в основном только с торговыми судами, едва способными к сопротивлению. Сомневаюсь, что он ожидал напороться на такой обстрел. Теперь ушёл и на безопасном расстоянии присматривает за нами.

- Подводные лодки, - Бомонт сказал это так, будто слова проклятием. - Они ждут нас.

- Пытаются, - Стюарта больше беспокоили бомбардировщики, чем субмарины. - Мы идём на 22 узлах, что делает нас сложной целью. Они будут ждать верного момента. Сделаем их задачу ещё сложнее. Отклонимся на север, чтобы отвязаться от всех, кого может навести на нас "Кондор".

Стюарт побарабанил пальцами по ограждению мостика и несколько секунд размышлял пред тем, как отдать новый приказ. Он должен уйти севернее и покинуть возможные засадные позиции подводных лодок, но при этом не настолько, чтобы опоздать в Канаду больше возможного. И принял другое решение.

- Поднять обороты до 24 узлов.

Соединенное Королевство, Лондон, Даунинг-Стрит 10, Секретариат кабинета министров

- Как могло дойти до такого? - лорд Галифакс смотрел на Р. А. Батлера растерянно и озадаченно. - Глупо было надеяться, что Уинстон уйдёт в отставку добровольно, но он выдающийся парламентарий, знающий правила игры. Я думал, что он примет этот удар и спокойно удалится. Я ожидал, что ему не окажут значительной общественной поддержки, независимо от того, насколько он страдает как частное лицо. Но вот он исчезает, и затем появляется в Канаде, дыша на нас огнём и серой.

- Чего вы ожидали от американских полукровок, главная опора которых в поддержке бестолковых, но болтливых людей подобного типа?

Батлер едва не запутался в ответе. Его антипатия к Черчиллю, граничащая с ненавистью, была хорошо известна. После переворота хотел арестовать Черчилля, но вмешались более холодные и более мудрые головы. Они указали, что у Галифакса и Батлера для этого нет никаких оснований, кроме того, что он оказался на "неправильной стороне" партийного мятежа, и любая попытка ареста уменьшит их собственную поддержку. Поэтому задерживать его просто из философского или политического несогласия не стали. Возможно, длительное присутствие Черчилля на заседаниях вызывало неловкость для всех вовлечённых, но ничто не оправдывало задержание или ограничение гражданских свобод столь известного человека.

Поэтому показалось годной идеей распространить слухи, будто жизнь Черчилля окажется в опасности, если он вернётся в Лондон. Батлер всегда знал, что они должны удержать его подальше от микрофона в течение нескольких критических часов после переворота. Поддержку нового правительства можно было расколоть всего одной хорошей речью Черчилля, да так, что не помогут и несколько передовиц от Бивербрука[286]. Как мы могли предположить, что он отнесется к этой угрозе серьезно? - спрашивал себя Батлер у разбитого корыта. У Черчилля никогда не было репутации труса или молчальника. Тот способ, которым он убежал, и сделал нашу угрозу реальной. Его отсутствие в Лондоне и общественное мнение подняли, пожалуй, больше вопросов и сомнений относительно нового режима, чем он сам мог бы в случае возврата. Люди вполне могли решить, что "виноград зелен", и помешать стремлению к контрперевороту. Но его молчание оказалось оглушительным. Все возможные потайные чувства скрылись в череде последовавших событий.

И вот он нарисовался в Канаде, окружённый слухами о смелых спасателях, преследуемых некими таинственными агентами сторонников переворота. Ходили даже шепотки, будто Черчилля уже увозили на тайную казнь, но группа шотландских сторонников и контрабандистов спасла его, приняв на борт как попутный груз. Поэтому вместо того, чтобы быть повешенным высоко и коротко, он сбежал и сформировал правительство в изгнании. Мы получили желаемое, не встретив сопротивления во время прихода к власти, но объявившись в Канаде, он смутил умы подданных. Теперь у них есть ещё одна причина отказать в законности нашего правительства. Вот проклятье!.

- Наша первоочередная задача - заткнуть Черчилля.

У Батлера была идея на этот счёт. Он считал, что его новосозданная Служба Национальной Безопасности хорошо подходит для её воплощения, даже если при этом они зайдут несколько дальше ожидаемого.

- Его нужно принудить отказаться от нападок на нас. У нас есть способ для этого. Вероятно, самый эффективный.

Галифакс заинтересовался.

- И это?..

- Когда Уинстон обрезал концы, то оставил здесь семью. Леди Клементину и детей. Я проинструктировал Службу безопасности задержать их. Мы можем показать Уинстону, что обращение с его женой и детьми будет определяться его поведением в Канаде. Можно сделать условия их содержания достаточно жёсткими, чтобы убедительно доказать точку зрения.

Повисла долгая тишина. Галифакс с недоверием уставился на Батлера. Когда он наконец заговорил, голос его был тих и бесстрастен.

- Вы совсем выжили из ума? Или ваше отвращение к Уинстону перевесило последние остатки здравого смысла? То, что вы предлагаете, чрезвычайная глупость. Я не могу представить, что повредило бы положению нашего правительства больше, чем ваш план действий. Даже если этого не произойдёт, ваше предложение предосудительно само по себе. Вы сказали, что издали приказ на задержание леди Клементины и детей?

- Да, хотя…

- Нас остаётся молиться, что ещё не слишком поздно. Ваш постоянный секретарь доступен?

- Арнольд Робинс? Он снаружи.

Батлер изумился тому, как стремительно Галифакс превратился из слабого и гибкого инструмента в по-настоящему авторитетную фигуру.

- Вызовите его немедленно.

Робинс, скорее всего, ждал в приемной, так как появился всего через несколько секунд. Галифакс за это время успокоился и подавил негодование по поводу предложении Батлера. Войдя, Робинс беспокойно посмотрел на его лицо.

- Как я понимаю, вам отдали инструкции на обеспечение задержания леди Клементины Спенсер-Черчилль и её детей. Данные приказы были отданы?

- Премьер-министр, ввиду несколько туманной и неясной природы сферы компетенции Службы Национальной Безопасности, а также, возможно, пограничной природы самого предмета сих приказов, особенно применительно к политической безопасности, решено, что лучше согласованно обсудить решение данного вопроса. После чего провести юридические консультации относительно их места в текущем политического процессе, и принять такое решение, которое устранило бы их из непосредственной повестки дня. После чего ожидать прояснение обязанностей Службы относительно населения в целом.

Галифакс выдохнул.

- Ну и хвала господу за это. Робинс, на вас возлагается личную ответственность за обеспечение безопасности леди Клементины Спенсер-Черчилль и её семьи. Подберите дл них достойное средство отправки в Канаду. Вы лично доложите мне об исполнении. А теперь оставьте нас.