Не допивай ближнего своего (СИ) - "Eva Rouse" - Страница 97

Властные губы тут же по-собственнически, с напором и плохо контролируемой страстью впились в рот юноши поцелуем.

Парень куснул за губу, разрывая поцелуй.

— Давай-давай, — ухмыльнулся парень и потерся пахом о пах вампира. — Я же только «за».

Илья решил стратегически промолчать, что снизу ему понравилось немного больше. И вряд ли он будет просить о смене ролей слишком часто, но пусть Фобиос старается и дальше, уж очень хорошо у того получается.

_____

Три месяца спустя…

Тая только сухо кивнула поднявшейся секретарше и безразлично поинтересовалась:

— Дмитрий у себя? Надеюсь, мне не придется ждать?

Ярко-красные губы скривились в надменной ухмылке. Секретарь, зная, что эта женщина является самым крупным клиентом фирмы на настоящий момент, быстро пропустила ее в кабинет шефа и тут же принесла странной даме стакан молока. Усевшись в удобное кресло, Тая пристально уставилась на Диму, даже не сочтя нужным поздороваться.

— Тая? — удивился Дима. — Приветствую. Чем обязан?

Мужчина заинтересованно подался вперед, поставив локти на стол.

Командор посмотрела на собственные, длинные, темно-красные ногти и спокойно начала:

— Вы очень неплохой специалист, работать с вами одно удовольствие. Ни одной накладки, ни одной задержки или нарушенного срока. Вот только вы самый противный образчик человеческой расы, с которым мне пришлось столкнутся лично. К сожалению, вы имеете слишком близкое отношение к единственному родному человеку для моего друга. Камела слишком любит вашего брата, чтобы ставить какие-либо условия жениху, но я не ограничена подобными вещами.

Вампирша улыбнулась, демонстрируя длинные клыки, глотнула молока и продолжила:

— Кам никогда не жалуется, но и притворяться не умеет. Он вас практически ненавидит, а если учесть, что он спас вашего ребенка, рискуя собственным здоровьем, даже жизнью, я остальное могу додумать сама. Уж не знаю, Дмитрий, что точно вы творили, но на вашем месте я бы проигнорировала приглашение на свадьбу Антона и Камелы. Вы можете рискнуть, все же явиться, но поверьте, я вас в этом случае просто раздавлю, как навозного жука. Вы все поняли?

— Я тронут вашей заботой о друзьях, — нахмурился Дима, — но это касается меня, брата и Камелы. Честно говоря, утром я жалел и, в общем-то, был не прав. Стоило во всем разобраться сначала, а не набрасываться с обвинениями и упреками. Но всяк хорош задним умом, — вздохнул Дима, поникнув, его плечи опустились, а до того прямая осанка, стала сутулой. — Я хочу извиниться, но не знаю, как. С чего начать?

— Так не получится, Дмитрий, Камела единственный хирург, который может оперировать вампиров. Единственный врач такого уровня, оставшийся у нас. Практически каждый из вампиров задолжал ему свою жизнь, а большинство — не один раз. Мой Лимир за него убьет или умрет с легким сердцем. Я — тоже. Вы обидели единственного вампира, которого все если не любят, то безгранично уважают. Он мне не друг, он мой родной и близкий, практически брат, — Тая зло смотрела на человека, затем вдруг подобрев, мягче спросила: — Что вы ему сказали? Камела — психолог и вспыльчивостью не отличается, а уж к представителям иных рас вообще снисходителен.

— Ну, я заподозрил его во всех тяжких, — покаялся Дима. — Начав с подозрения Камелы в промывание мозгов Тохе. Меня несколько шокировала особенность вашего питания, да и Антон как-то уж очень быстро привязался к вашему хирургу. Меня понесло, и остановиться я не смог, хотя Камела дал много возможностей отступить и одуматься.

— Мы не умеем привораживать, как ваши киношные вампиры, — Тая ухмыльнулась. — То есть ты обвинил Камелу в том, что он заставил Антона вступить с ним в сексуальные отношения? Ты хоть понимаешь, что вампир всегда сильнее человека? Ты практически прямым текстом обвинил его то ли в изнасиловании, то ли в принуждении, а это, в отношении рас, которые слабее вампиров, карается только одним — казнью. Это табу для нашей расы, даже инцест для нас более приемлем, если можно так выразиться, чем это. Представь, что тебя бы обвинили в том, что ты спишь с сыном, ты бы как потом воспринимал обвинившего?

Дима похолодел. Он отдавал себя отчет в том, что виноват, но только теперь понял, насколько именно.

— Честно говоря, скорее не в сексуальной связи, а в крови… Ладно, если ты считаешь, что на свадьбе мне лучше не появляться, то я стисну зубы и не пойду. Правда, брата хотелось бы поздравить, он заслуживает счастья, а Камела хороший мужик, только с существованием вампиров я еще не свыкся. Просто непривычно понимать, что есть не только вы, но и жизнь на других планетах. Одно догадки, другое факты. Но помириться я бы хотел. Или хотя бы извиниться. Письмом, по телефону или лично, — Дима потер переносицу. — И Жека спрашивал про доброго волшебника Камелу и своего любимого дядю.

Мужчина печально улыбнулся, полностью признавая свою вину и искренне раскаиваясь. Осталось только исправлять случившееся и учиться строить отношения с чистого листа.

— Ладно, приходи на свадьбу и ребенка прихвати, Камела любит детей. Вампиров я удержу на коротком поводке. Да, мы заставляли доноров делиться кровью, но эта была вынужденная мера, в любом случае мы возместим все неприятности, доставленные людям. Хотя, на данный момент у нас порядка пятидесяти шести смешанных пар и два тройных союза, так что сказать, что донорам было так уж плохо в нашем обществе, я не могу. А Антон… Насколько я знаю, первый раз он позволил пить свою кровь в обмен на поцелуй. Так что его никто не заставлял, тем более Камела. Он вообще не приспособлен к подобным действиям.

Командор опустила голову и горько признала:

— Знаешь, принять решение о насильственном захвате доноров было для меня очень сложно. Пойми, если бы не было в вашей культуре этих дурацких, жестоких мифов про вампиров, все было бы проще. Мы миллионы лет не заставляли доноров делиться кровью. Они давали ее нам, а мы продлевали их жизнь в десятки, сотни раз. То есть они получали от нас долгую жизнь, нашу кровь в качестве лекарства, безопасность, мы – их кровь и возможность выжить. Доноры всегда были самой защищенной расой на нашей планете. А тут… Пришлось переступать через себя и ограничивать свободу тех, кто дарует нам жизнь. Это неприемлемо.

— А что это за разговоры о продлении жизни? — искренне удивился Дима. — Знаешь, мне бы больше подробностей, я бы, наверное, и отреагировал с самого начала иначе.

— Не знаешь? Кам дает Антону каждую неделю пару капель своей крови, — Тая посмотрела на человека изучающе. — Это даст возможность твоему брату прожить более двух тысяч лет. Насколько я знаю, медику удалось доказать, что и не доноры вашей расы будут жить гораздо дольше, если вампиры будут делиться с ними своей кровью. Да и иммунитет будет сильнее, регенерация быстрее.

— О, Господи, — судорожно выдохнул Дима. — Тая, никому никогда не говорите об этом так просто, — перешел на шепот мужчина. — Иначе за вампирами начнется настоящая охота. И будьте уверены, пойманных для верности вскроют и проверят, какими свойствами еще и внутренние органы обладают.

— Дима, словить вампира, если он полностью восстановился, нельзя, поверь. Мы можем двигаться быстрее, чем ваши пули. По звуку биения сердца и по запаху определяем агрессивно настроенных особей быстрее, чем они доберутся до нас, — командор поморщилась. — Да и знают об этой особенности только избранные доноры. Тебе я об этом сказала, потому… Блин, сделаешь такое же, ошарашенное лицо, хорошо? Потренируйся дома перед зеркалом. Камела не хочет, чтобы Антон пережил тебя, твою супругу и твоего ребенка, он не хочет, чтобы его любимый человек испытал боль подобных потерь. Кам предложил твоему брату свою кровь, чтобы и ты с семьей мог прожить такую же долгую жизнь. Только не обманывайся. Это вовсе не значит, что медик на тебя не злится, просто он не умеет любить наполовину, как и ненавидеть.

— Какая я все-таки сволочь, — с чувством сказал Дима. — Черт меня подери. Камела, Тоха… Все, больше не рефлексирую, а стараюсь, если не исправить ситуацию, то хоть исправить немного. Спасибо, Тая, что пришла. И, пожалуйста, все же будьте острожными. А пока, может, пообедаем?