Хранилище (СИ) - Старухин Евгений "Шопол" - Страница 42

Впрочем, спустя где-то три часа работы мы смогли наконец-то поговорить без лишних эмоций, и стало наконец понятно, что ребята на волне выигрыша полумиллиона клановых денег уже нафантазировали себе, что весь доход с жилы должен пойти в бюджет клана. Причём под словами «весь доход» они отчего-то подразумевали только мою долю, свои предпочитали оставить себе. Кроме того, они почему-то решили, что и на жиле я должен вкалывать ровно столько же, сколько и они, при этом ещё когда-то умудряясь заниматься готовкой на всю компанию, состоящую из нашего новоиспеченного клана, эльфов и Степашки.

Моя же реакция, что они явно прихренели, их отчего-то озадачила. Была даже некая волна возмущения. И все же я обрисовал им ситуацию с моего места и после чего весь спор завершился фразой Грум Бараша:

– Ну так-то, конечно, мы явно прихренели…

И вот после этого всё недовольство моей отлучкой как-то резко сошло на нет. И в нашем клане вновь воцарился мир и покой, хотя привычных шуточек отчего-то всё-таки слышно не было. Видно настроение оказалось немного подпорченным у всех, во всяком случае, у меня оно точно было испорчено.

Да и вообще, мне давно пора на выход. Предупредив всех, что буду отсыпаться в реале после посещения хранилища, сделал всем ручкой и, привалившись к ставшим уже практически родным мешкам с припасами, нажал на выход.

– Что-то в этот раз ты надолго в своей игрушке застрял… – именно такими словами встретил меня Николай на кухне, когда я туда приполз из своей капсулы. Сам же он с довольным видом наворачивал плюшки с чаем. Вот право слово, когда он их умудряется печь? Они у него словно и не заканчиваются, сами собой из воздуха материализуются, пока меня рядом нет… Хотя это я конечно утрирую – у нас вся морозилка завалена мороженным тестом для приготовления этих булочек. Как мне когда-то заявил Николай: «Продажа готового теста в магазинах – это революционный шаг в мире выпечки для простого человека!» Так как большую часть времени отнимало именно приготовление теста, а формование булочек и подрумянивание их в духовке – это уже такие мелочи, что про них и говорить-то смысла особого нет. Тем более, что тесто уже разложено, по сути, готовыми булочками. Правда, если их поставить прямо так, то могло получиться не очень и лучше его предварительно всё-таки помять, для «дополнительной воздушности», да и добавить что-нибудь для вкуса и аромата тоже не помешает, изюм какой-нибудь, орешки, курагу или просто сахарную пудру. Да, Коля мне целую лекцию прочитал по поводу приготовления булочек и их участия в жизни рядового холостяка.

– А где Игорь? – поинтересовался я у гуру кухонной выпечки.

– Как это где? – удивлённо посмотрел на меня Коля, – Выполняет сложное и ответственное задание.

– Какое? – не меньше него удивился я.

Коля приблизился ко мне поближе, словно собираясь поведать какую-то тайну, даже огляделся по сторонам, я тоже приблизился и Коля тихо-тихо прошептал:

– Спит!

– Тьфу, ты! Я-то и правда поверил! – а ведь я до этого даже и не подумал о том, сколько сейчас времени.

– А чем тебе не ответственное задание? – меж тем продолжал свою теорию Коля, – Он весь день сторожил твою капсулу с твоей же тушкой внутри, а теперь занимается не менее важным делом – восстанавливает силы для завтрашнего патруля за пластиковым гробиком Тутанхамона-Жеки. Надо же и нам когда-то отдыхать, мы же не роботы. А вот ты порой на него весьма похож: тренировки, тренировки, тренировки… Спишь всего по четыре часа в сутки, а всё свободное от тренировок время пропадаешь в игре. Я не удивлюсь, если и там ты занимаешься тренировками.

Я даже невольно вздрогнул от такого точного попадания. Коля же только усмехнулся и продолжил:

– Похоже, я угадал. Жека, ты меня прости, может я лезу не в своё дело, но так ведь недолго и с ума сойти. Нервная система иногда нуждается в отдыхе. Нельзя же жить в постоянном напряжении, я вот думал, что ты хоть в игре отдыхаешь от нас с Игорем, а ты и там умудряешься тренироваться. Ты пойми, слишком много напряжения может плохо на тебе сказаться. Видел я таких, как ты, что вкалывают до седьмого пота, а потом ещё и ещё, пока, в конце концов, не перегорали. В итоге ни результата конкретного, ни интереса к тому делу, которым занимался. И начинают искать новую стезю, где всё повторяется в абсолютно той же системе. И вообще, шёл бы ты поспал, время – четвёртый час ночи.

Согласившись с его доводами, пошёл спать. Утро вечера мудренее. Только капсула манила с непреодолимой силой. В конце концов, поспать-то можно и в виртуале. Уговорив себя таким образом залез в игру.

Сирано благополучно дрых. Бармаклей и Грум Бараш вкалывали. Решил немного помахать киркой, благо меня всё равно на много и не хватает. После пары подходов к жиле я тоже пошёл спать. Отдыхавший в это время Грум Бараш тут же подначил меня:

– Слабак!

Впрочем, я на провокацию поддаваться не стал и, привалившись к Сирано, тоже отрубился.

Дни шестой-восьмой

Проснулся я почему-то не полусидя, как засыпал, а полностью лёжа. Причём голова моя покоилась на чём-то не сильно мягком, но и не сильно жёстком.

Этим чем-то непонятным оказался Чумадец.

— С добрым утром! – поприветствовал я свою импровизированную подушку, невесть как тут появившуюся. Кстати, интересно, а где он вчера шлялся, когда я жилу колотил?

— И тебе, хозяин, добгого утга, – что-то меня его картавость начинает раздражать.

— Скажи, а ты не мог бы говорить, не картавя?

– Не знаю, я как-то гедко с кем вообще газговагивал. Можно сказать, ты – пегвый.

– Скажи: «Рыба».

— Гыба.

— Нет, постарайся: «Рыба», «Р-р-рыба»!

– Лесовик, ты чего тут с ума сходишь? — поинтересовался нарисовавшийся словно из-под земли Бармаклей,

-- Да, вот пытаюсь Чумадца научить не картавить.

– Чего? Этот твой чумадец ещё и картавый? – глаза у него отчего-то стали круглыми, – Мало того, что он жрёт книги, из-за него тебя не пускают в библиотеку к спящим и скорее всего не пустят и гномы в свою, так он ко всему ещё и картавый? Блин, я даже не знаю, как тебе удаётся на свою голову находить столько дебильных несуразностей в игре. Вот скажи мне, КАК???

– Как, как… Кверху какой, как говорил мой дед.

– Да уж, прав он был на все сто. У тебя всё через эту самую каку почему-то происходит… Всё не как у людей.

– Ты только Сирано не говори, он же ржать будет как конь.

– Ну и что, тебе жалко? Пусть порадуется, смех – это не только приятно, но и полезно! Сирано! Эй, Сирано, а ты знал, что Чумадец – картавый?

Призываемый Сирано тут же материализовался из воздуха, словно и не долбал жилу только что в десяти метрах отсюда.

– Что ты сказал?

– Я говорю, что Чумадец – картавый.

– Погоди, погоди… Дай мне собраться с мыслями… То есть наш друг сходил в хранилище, принёс оттуда себе ценный артефакт, из-за которого лишился доступа в библиотеку спящих, с которым его наверняка не пустят к себе и гномы, да и другие библиотекари тоже. Кроме того, из-за этого ходячего недоразумения, жрущего книги, он не смог взять себе в хранилище какое-нибудь супер-пупер оружие. Так этот артефакт ещё и картавит? Я всё правильно понял?

– Ага, – довольным тоном тут же подтвердил Бармаклей.

– Ну ты и лузер, Лесовик. Я даже уже устал тебе удивляться. То, что ты его припёр из хранилища – ладно, может он действительно в чём-то полезен, опять же ты очень лихо на нём проехал всё хранилище – весьма удобно, должен тебе сказать. Но ведь – это самый чудовищный выбор, какой ты только мог сделать. Вот на фига тебе этот пожиратель книг? Или он не только книги жрёт?

– Только книги.

– Мда… Ну и зачем тебе это убожество?

– Он мне нужен. Очень нужен! Он очень много всего знает. Всё, что он сожрал, – он всё это знает наизусть.

– Ну, в принципе, это, наверное, неплохо. Но только слушать всё это в картавом изложении – проще повеситься. Ладно, не будем тебе мешать исправлять дикцию твоего нового питомца. Клей, пошли жилу долбить, она тебя заждалась. Лесовик, а может ты жилу подолбишь, вместо того, чтобы Чумадца мучить?