Высокое напряжение (ЛП) - Монинг Карен Мари - Страница 70

Балор наградил его ужасающей улыбкой острых зубов, полной ненависти и ярости.

— Почему, как ты думаешь, из всех мест я обустроил свой лагерь здесь? Преимущества бесконечны. У меня уже есть кое-что, что ей дорого до глубины души, а когда людям что-то дорого, люди терпят поражение, — он развернулся в водовороте длинных черных одеяний и прорычал: — АОЗ, собери остальных богов и приведи их сюда сейчас же. Нам давно пора пролить ад на этот мир.

Глава 33

Хочешь коснуться меня там, где…?[58]

Позднее мы с Риоданом встретились с Кэт и Шедоном в настоящем конференц-зале под Честером, который был отделан той же гладкой смесью мускул и элегантности, что и остальная часть его клуба. Из сования носа в его файлы во время его отсутствия я знала, что у него имелись обширные владения, и представляла, как он проводил здесь собрания, предпочитая вести свои дела приватно. Я не могла представить его входящим в банк или адвокатскую контору.

Часть ночного клуба была вновь открыта, поскольку Элириум представлял собой гору щебня, и я чувствовала мощные басы, вибрирующие под моими ботинками, пока я раздражённо постукивала пальцами в ритм «Do You Wanna Touch Me» в исполнении Joan Jett and the Blackhearts. Очевидно, кто-то назначил Лора ответственным за музыку. Очевидно, нужно, чтобы кто-нибудь вытащил его из восьмидесятых, пока он не разогнал всю клиентуру. Очевидно, они могли бы выбрать песню получше, не посвящённую людям, которые хотят, чтобы их касались. Мой единственный вариант в данный момент — это тыкать пальцем в животик Тесто-Мальчика из рекламы Pillsbury.

Когда я ранее позвонила Кэт, чтобы ввести её в курс дела с Балором, она тут же предложила вернуться в город для встречи, сказав, что у неё для нас тоже есть информация.

— Возможно, — говорила Кэт прямо сейчас, — что этого никогда не случилось бы, но Песнь усилила то, что Охотник оставил в тебе, Дэни.

— Также возможно, — сказала Энио, — что как и у Фейри, когда один Охотник умирает, должен быть рождён другой; как Кристиан и Шон заменили принцев Невидимых.

— Ещё возможно, что с Охотниками, — сказала Колин, — когда кто-то их убивает, он автоматически становится следующим.

— Это все не только неважно, поскольку что есть, то есть, но ещё и вероятно, — сухо сказала я, — что я всего лишь сделаюсь полностью чёрной и никогда не стану ничем другим. — В этом я сомневалась. Но меня тошнило от разговоров обо мне. Меня тошнило от мыслей обо мне. — Мы созвали эту встречу, чтобы обсудить Балора, не меня, — напомнила я, почёсывая руку через перчатку. Я больше не была ледяной на ощупь, но у меня случались рандомные, нерегулярные вспышки чесотки под кожей, как будто мои клетки делали то, чего мне не хотелось бы.

Я носила перчатки, была покрыта одеждой с головы до пят, и мне было чертовски жарко. Мои волосы были гладко убраны в косу, потому что я боялась, что если резко повернусь, то мои длинные волны разлетятся и убьют кого-нибудь. Святые трещащие кудри, мои волосы могли кого-нибудь убить!

Все знали, что меня не надо касаться. Не то чтобы они могли забыть, что я опасна, когда половина моей головы почернела. Обсидиановое пламя лизало левую сторону моего лица, заходя за нос. С одним полностью черным глазом и танцующим в нем слабым пламенем я выглядела прямо-таки свирепой. И прекрасной. Просто не тем и не той, кем я хотела быть.

Кэт просветила нас относительно своего времени с Кристианом и Шоном, и я обдумывала шокирующее осознание, что все мы — Мак, Бэрронс, Риодан, я, Кристиан, Шон — сидели в своих углах мира, пытаясь разобраться с нашими проблемами. Они меня не бросали. Более того, ни один из них не ушёл бы, если бы их не вынудили обстоятельства. Мак нужно было научиться управлять силой королевы, Кристиан убил бы всех, если бы пришёл сюда, Бэрронс никогда бы не оставил Мак, а Риодан, о Боже, Риодан запер себя, чтобы дать мне свободу выбирать любовников, разобраться с собой, вырасти. «Все, что я сделал, я делал для тебя», — сказал он. Спасая меня от огня в аббатстве, делая мне татуировку, предлагая спасти Танцора, помогая мне спасти Шазама, вынуждая меня жить, когда умер Танцор, исчезая, когда я выбрала похожего на Риодана.

Я не могла сейчас об этом думать. Нам нужно было спасти мир.

Благодаря Кристиану у нас наконец была заслуживающая доверия хронология истории богов, Фейри и Людей. Когда Кэт закончила пересказ, я взяла слово и посвятила их в свою битву с Балором.

Шедон неистово просматривал книги, которые я унесла из КиСБ, пока я говорила.

— Послушайте вот это, — сказала Декла, читая вслух. — «Балор: король Фоморов, часто описываемый как гигант с огромным глазом, который несёт разрушение, когда открывается. Говорят, что будучи ребёнком, Балор уставился в котёл с ядом или заклинание смерти, варимое друидами, и пары заставили его вырастить огромный, токсичный глаз. В конце концов, он был убит Лугхом, в сражении между Фейри и Фоморами за владычество над Ирландией».

— Вот ещё одно, — сказала Дафф, читая другую книгу. — «Демонический одноглазый бог Смерти. Захватчик, завоеватель, с одной огромной ногой…

— Как вообще кто-то может ходить на одной ноге? — спросила Сиара, фыркнув.

— У него их две, — заверила я её. — Я ранила одну из них.

— …и одним огромным глазом…

— У него их два, — снова сказала я. — Один был намного меньше.

— …который он использует, чтобы убивать, просто открыв его и посмотрев на кого-то».

— Так он забирал мою душу. Я совершила ошибку, встретившись с ним взглядом, и не могла разрушить контакт. Когда мы найдём его, вы не должны смотреть ему в глаза. Он носил маску, и когда он снял её, я инстинктивно посмотрела под неё.

— Вероятно, поэтому он её и носит, — сказала Аурина. — Я бы тоже посмотрела. Когда люди что-то скрывают что-либо, это усиливает твоё желание это увидеть.

— Я не думаю, что дело в этом, или это просто дополнительное преимущество, — сказала я. — Его лицо под маской сильно обезображено шрамами, но остальная его часть оказалась привлекательной. Даже красивой. У меня сложилось впечатление, что он тщеславен, себялюбив.

— Возможно, он приобрёл эти шрамы, когда смотрел в котёл с ядом, — предположила Дафф.

— Если вообще существовал котёл, — сухо сказала Кэт. — Я поискала мифы о Балоре, как только Дэни сказала его имя по телефону. Они всюду. Совершенно разные истории. Я нашла ту, что предполагала, будто он был благосклонным богом, приходившим по зову на поля сражений, чтобы посетить долго умиравших и освободить их души, чтобы им не приходилось страдать от боли смерти. Согласно этому мифу, он был сострадателен, нежно удалял их из тел и выпускал в небо.

— Что ж, сейчас он этим определённо не занимается, — мрачно сказала я. — Он сохраняет их, поглощает, использует для силы и топлива. Принимая во внимание то, что Кристиан рассказал тебе, Кэт, возможно, некогда он был милостивым богом, а то, что сделали Фейри, обратило его против нас. Вместо того чтобы использовать свой дар во благо, он использует его для себя.

Кэт сказал:

— Вопрос в том, как нам его найти?

— И как нам его убить? — сказала Энио.

— Легенды говорят, что надо забрать его глаз, — сказала Декла.

— Те же легенды говорят, что Балор мёртв, — заметила Кэт. — Кажется, это намекает на то, что способ не работает.

— Необязательно, — сказала Энио. — Дэни говорит, что у него шрамы вокруг этого глаза. Похоже, кто-то пытался, но потерпел неудачу.

— Мифы гласят, что Лугх использовал рогатку, чтобы лишить Балора глаза с помощью камня, — сказала Декла.

— Да, — парировал Кэт, — но Лугх предположительно был его внуком, а Лугх был Фейри. Наша история — сплошной хаос.

— Может, есть и более простое решение, — сказала я, взглянув на Риодана. — Ты можешь убить бога? — Девятка могла без проблем убивать Фейри. Я однажды видела, как Иерихон Бэрронс высасывает психопатичную Синсар Дабх из тела принцессы Невидимых и выплёвывает её. Я сомневалась, что существует что-нибудь, что они не могут убить.