Урус-хаи (СИ) - Рольщиков Виталий - Страница 75

Девушка застучала по черным костяным клавишам с красными буквами, а на окошке начал возникать текст на непонятном языке.

Асториас покрылся холодным потом. На его глазах происходило нечто... - нечто достойное Архимага некромантии, причем, отнюдь не самого мелкого уровня. Заставить кости думать и даже что-то говорить - раз этот костяной ящик жужжит... наверное он рассказывает этой магичке или не магичке всю подноготную про него, Асториаса?

Эльф перевел испуганные глаза на мужчину - несомненно, могущественного колдуна - раз уж такая сильная некромантка исполняла при его персоне всего-навсего скромную функцию секретарши... - но волшебника ничуть не беспокоил высший черномагический обряд, наоборот, он спокойно наблюдал за поведением Асториаса.

Эльф осторожно попытался прощупать странную девушку - в ней не было никакой магии, так, чувствовалось нечто слабенькое, как у всех обычных людей. И при этом девушка... делала нечто... необъяснимое. То, что точно было самой ужасной магией в мире, но... ею не являлось!

Девушка, очевидно, почувствовала чужой взгляд - она бросила негодующий взгляд на эльфа и фыркнула:

- Ну, ушастик, не думала я, что вы ТАК одичали в своих лесах. Что, никогда такого не видел? Вот это - нечто вроде вашего палантира - она указала на ящичек со светящимся окошком, а это - она хлопнула по большому ящику - скажем так - хранитель памяти. Никакой магии, просто творение техники. Компьютер!

- Итак - обратился к эльфу Сергей Николаевич на ломаном квенья - будем отвечать? Имя, фамилия?

- Асториас Остериэль - прошептал эльф...

А в конце допроса эльфа окончательно добило то, что Клавдия коснулась одного из стоявших рядом с ней костяных ящиков и тот вскоре выбросил три листа, а на четвертом басовито прорычал что-то.

- Опять принтер бумагу зажевал - невозмутимо сказала Клавдия. - Ой, что с тобой?

Эльф не слышал ее вскрика - он ушел в глубокий обморок.

Очнулся Асториас только в уже знакомой ему тюремной камере...

****

- Прифет, эльф - послышался ехидный голос - Тоже на зону залетел?

Асториас буквально подскочил, огляделся. Заметил забранное решеткой окошко в стене рядом с кроватью.

Эльф посмотрел в окошко - там виднелось костлявое смуглое лицо с татуированными щеками. Орк!

- Будем знакомы - сказал орк. - Я - Громых. Уже пару недель тут обретаюсь, а сегодня утром перефели сюда.

- С орками не разговариваю! - возмутился эльф.

- Ага, ты беседуешь с нами только с помощью стрел - усмехнулся орк - Не знаю, как тебя эти урус-хаи поймали, но меня-то в плен фзяли фо фремя боя. У них много странного, неслыханного нигде. Фзять например, фертолеты...

- А что это такое?

- Не скажу - орк показал язык - Ты же оркоф не переносишь.

- Верно - хмуро ответил Асториас - Вы же моих близких положили во время своего набега.

- Как и фы мою беременную маму не пожалели - отозвался орк. - Я с того дня теперь фместо в - ф гофорю... А когда набег-то был?

- Ну, пятьсот лет назад... - эльф назвал дату. - Никогда этот страшный год не забуду...

Орк недоуменно заморгал.

- Что-то тут не сходится... У нас тогда фойна с Харрадримом была, фсех фоинов под орочьи знамена постафили. Ух, хорошо мой прадед по харрадримским землям погулял, даже жену из людей привез. А с эльфами у нас мир тогда был, за пару лет до этой фойны заключили. У нас много песен о фойне с Харрадримом и о кофарном ударе эльфоф нам в спину.

-Я помню эти стрелы, убившие мою маму и сестренку... - тихо прошептал эльф. - Красные такие... с черными перьями.

- Что? - странным голосом проговорил орк. - Именно такие?

- Не понял?

- А разве не фы пользуетесь такими стрелами во время нападений на орочьи селения?

- Нет, конечно - обиделся эльф. - Наши стрелы - серебристые, зеленые, а у наших родственников с побережья Рунного моря - золотистые с серебряными перьями. Красных стрел с черными перьями у нас нет!

- Да... - покивал орк - Быфает, наших фоиноф приносят с поля битфы с такими - серебристыми и золотистыми стрелами в ранах. Это я понимаю. Честный бой. Но разить особыми стрелами женщин и детей? Похоже на трусость...

- Точно, трусость! - поддакнул эльф - Хотел бы я знать, кто нападает на ваши селения и валит вину на эльфов...

- Как и на оркоф - кивнул Громых. - Фот фопрос, кому это надобно было - сеять сфары между нами?

- Эльфы с Запада тоже не без греха - протянул Асториас - но... мир они бы первыми нарушать не стали. Слишком заботятся о внешних приличиях. Тайные интриги - да, устраивают, но если договор подписан - соблюдут. А люди...

- Люди ни причем - замотал головой орк. - Мы бы точно знали. От людей чесноком-луком пахнет - наши псы бы учуяли. Да и те из наших, кто выжил, гофорили, что нападали именно эльфы. А то и быфало, что лишь один уцелефший придет и скажет - эльфы напали! Вот так...

- Знаешь, орк - задумчиво сказал эльф - расскажи мне про урус-хаев...

Так и повелось с того дня - Асториаса больше не таскали на допросы, даже позволили без охраны совершать прогулки в тюремном дворе, впрочем, как и орку.

И они, позабыв о старой вражде двух народов Средиземья, беседовали друг с другом. Да и с кем еще им было разговаривать - не с молчаливой же охраной!

*****

И вот в один из длинных, будничных дней в камеру пленника заглянул солдат в зеленой пятнистой форме. Он небрежно повел дулом автомата.

- Гражданин Асториас, с вещами на выход!

Эльф завязал в узелок выданные тюремщиками ему еще в первый день тарелку с ложкой и проследовал в коридор. Из соседней камеры вывели орка Громыха.

- Куда это нас федут? - спросил Громых у охранников.

- К начальству. А потом вас, наверное, по домам отпустят.

Орк и эльф облегченно вздохнули. Переглянулись между собой.

- Знаешь, Асториас - промолвил орк - А федь, фы, лесные эльфы, в общем, ребята слафные! Только...

- Очень помешаны на сбережении леса? - угадал эльф - Скажу тебе вот что. Ты видел, как уносит вода землю в оврагах?

- Да - кивнул орк - И потом приходится потратить немало сил - натаскать камней, фозфести арку над дном офрага, земли принести. Некоторые наши племена, я слышал, даже сады целые разфодят на месте офрагов.

- И правильно поступают! - заметил эльф. - В природе все взаимосвязано. Нет деревьев - степь постепенно превращается в пустыню...

Так, обсуждая пользу деревьев для земли, два приятеля пришли в кабинет руководителя НЧЧК Мехова.

А там в кабинете перед Сергеем Меховым сидел понурый эльф в некогда роскошной, а теперь весьма порванной одежде безвкусных тонов - зеленых с голубыми кружевами штанах, кричащего оттенка розовой рубахе с грязно-коричневыми кружевами вокруг обшлагов широких рукавов, модная прическа была подпалена, длинные уши печально обвисли, отчего эльф походил на пуделя.

Мехов кивнул на пленного.

- Бывшее величество Проклятых эльфов, король Нежениэль.

Асториас прищурился, разглядывая бывшего короля и внезапно побледнел.

- Я тебя узнал! Ты называл себя рыцарем Веганицуром, который 'якобы спасся с десятком своих воинов из разгромленной орками Крепости Белых трав'. И который повел жаждущих мести эльфов на селения орков. А ведь мы думали, что ты пал в бою с орками. Тогда, еще в середине Третьей Эпохи. Значит, все это было подстроено, чтобы устроить свару между двумя народами?

Орк тоже нахмурился, а затем указал на лежавший на столе перед Меховым колчан с красными стрелами, концы которых были украшены перьями из крыла ворона..

- Мне рассказыфали, что красные стрелы с черными перьями сделаны очень плохо, только рукой и фонзишь. А из лука нипочем такой стрелой никуда не попадешь, даже в мишень на расстоянии фытянутой руки...

- Врешь! - подскочил Нежениэль - Стрелы моих воинов летят... - он понял, что проболтался и уже потухшим голосом промолвил: - Да, мы использовали эти стрелы, - здесь Проклятый сверкнул глазами. - Как ты думаешь, отчего вы, два народа Средиземья, резались между собой? Это все мы, Проклятые. Мы...