Урус-хаи (СИ) - Рольщиков Виталий - Страница 62

И как это им удалось проделать - не мог объяснить ни один королевский маг. Ведь тайную тропу создавали семь магов - и каждый отдельно от остальных. И чужой маг попросту бы не отличил тайную тропу от обычной звериной. Даже Гэндальф, в свое время поплутав в Жутком лесу и положив несколько сотен бойцов, плюнул и забросил безнадежные розыски замка Голубой Луны.

Королевских магов больше заботило другое обстоятельство. Семеро бесстрашных воинов - три женщины, трое мужчин и один маг смогли пройти Черной тропой, не потеряв ни одного своего - там, где бесславно погибали сотни. Мало того, они умудрились подчинить своей воле топотуна - самого сильного из зверей Жуткого леса и сейчас ехали по лесу на спине зверя. Через Кровавую Топь, через Шепчущую рощу, через многие другие зловещие места, покрытые белеющими костями и ржавым оружием. В результате маги, отвлекшись на смельчаков, попросту не заметили, что основные силы противника прошли по тайной тропе.

- Что ж, отрубить моим магам головы за недосмотр я всегда успею, - проворчал король, раскуривая трубку, набитую превосходным 'зельем откровения'.

В следующий момент король поперхнулся и закашлялся, пыхая клубами розоватого дыма.

Откашлявшись, король с сомнением поглядел на трубку.

- Ну и забористое зелье у меня получилось... - проворчал он, почистил холеные ногти пилочкой и посмотрел со смотровой площадки башни на осаждающих.

- Что это такое? - Нежениэль приподнял брови. - Парламентер?

К башне приближался воин в зеленой пятнистой форме, размахивая белым флагом.

Король кивнул лучникам и в парламентера полетели стрелы.

Но что это? Вместо того, чтобы рухнуть носом в землю, парламентер остановился, скорбно покачал головой и с утыканной стрелами грудью пошел обратно. Испуганные лучники ему в спину не стреляли. А Нежениэля охватило недоброе предчувствие - ох, лучше бы он выслушал условия вождей этого неизвестного народа.

Вражеские воины засуетились, вперед по парам выдвинулись с десяток эльфов и гномов. Гномы тащили странные толстые палки, эльфы несли какие-то железяки.

От любопытства Нежениэль чуть не свалился со стены замка, стараясь рассмотреть происходящее.

Эльфы и гномы методично установили странные полые палки, опустили внутрь них чурки.

- Что это они делают? - занервничал Нежениэль, оборачиваясь к своему сердечному другу. Сердечный друг ничего не знал.

А затем... наступило царство тьмы.

В замке грохотали взрывы, горели дома, подожженные неведомой силой, метались перепуганные королевские воины. Сам король в шоке взирал на разнесенные страшным взрывом зубцы башни. У ног короля, скорчившись, лежал сердечный друг с окровавленным лицом и грудью. Непонятная сила изуродовала его некогда красивое тело.

- Миуэль... - беспомощно прошептал Нежениэль, опускаясь рядом с телом возлюбленного и касаясь его руки. Пульса не было.

В небе появились приближающиеся темные точки. Нежениэль всмотрелся в них, а в следующий момент Проклятый король тяжело дышал на первом этаже башни, унимая колотящееся от ужаса сердце и одним глазом поглядывая в щелку приоткрытой двери.

Драконы на бреющем полете прошли над твердыней Проклятых, выжигая пламенем все живое...

***

- Посмотрите! - воскликнул Орландо.

Осаждающие твердыню Проклятых воины начали расступаться перед неторопливо шествовавшим глиптодонтом, на спине которого сидели всадники, гордо поглядывая вокруг.

Перед группой командиров зверь остановился. Иванищев спрыгнул с глиптодонта и объявил:

- Черная тропа пройдена!

Эльфы и Змей с Венандорой же принимали поздравления от товарищей.

Адмирал подошел к глиптодонту, оглядел его, покачал головой.

- Респект и уважуха, Люкс, - обратился властелин Ратурора к своему придворному магу - А теперь посмотри на эти ворота - твое мнение?

- Ничего сложного - улыбнулся Люкс и что-то шепнул Брону.

Глиптодонт неторопливо подошел к воротам замка, взмахнул хвостом-палицей и шарахнул по створкам. Те застонали. Снова удар палицей, еще удар - и вот одна из створок ворот с треском рухнула. Брон, понукаемый радостным Люксом, двинулся вперед и под натиском тела могучего зверя ворота рассыпались окончательно.

- Вперед, на штурм! - послышались команды на русском и квенья. - и вслед за глиптодонтом в замок с боевым кличем ворвались эльфийские лучники, восторженно орущие гномы во главе с королем из людского народа и бойцы нового, еще неведомого никому народа...

Проклятые эльфы не сопротивлялись - подавленные минометным обстрелом, воздушной атакой драконов и крушением крепостных ворот, они бросали оружие и сдавались в плен.

Крепость пала.

****

Король Нежениэль вздохнул. Он не хотел умирать в бою - ведь что может быть ценнее жизни? Но и унижаться перед победителями не хотелось.

Король заметил, что его трубка погасла. Он спокойно подобрал щепку, зажег от пылающей в огне стены свою любимую трубку, поправил на поясе церемониальный меч и пошел по улочке к воротам, где стоял топотун.

К нему бросились два человека, закованных в странные кольчуги.

Король остановился, снял с пояса меч и протянул вперед.

- Я повелитель этого замка, - провозгласил он, - Вручаю мой меч в знак вашей победы... - и тут Нежениэль нервно рассмеялся:

- Все-таки славная смесь! Взятие моей неприступной крепости... - право, великолепный глюк!

Спецназовцы Мехова бережно подхватили под руки подхихикивающего короля Проклятых и потащили к ожидающему их вертолету. Теперь-то каждый из них мог смело крутить дырочки под ордена и награды за участие в битве в Жутком лесу!

****

Пленник провел пальцами по слизистой от плесени стене.

- Третий день плена, - тихо произнёс он.

Распахнулась дверь из мореного дуба и вошел тюремщик. Он молча подошел к пленному, достал из наплечной сумы молоток и зубило, а затем начал расковывать оковы на ногах пленного урус-хая.

- На смерть, стало быть, провожаете? - усмехнулся Федор Сергеев.

- С чего бы? - усмехнулся эльф, - Твои уже стоят под стенами крепости. В отличие от нашего короля и его приближенных, я не путешествую в страну грез. Тошнит меня от разных курительных смесей, да и здравый смысл я не потерял. Словом, поразмыслил я над твоими речами, урус-хай и решил освободить тебя. Я не такой псих, чтобы нападать на тех, кто в ответ сотрет меня в порошок.

Тюремщик начал расковывать руки Сергеева, а сам рассуждал сам с собой.

- Правду ты сказал - как не было остальным эльфам не проклясть нас, если мы посягнули на основу основ, оскорбили пресветлую Йаванну, мать-землю, которая растит для нас плоды, требуя взамен только любовь и ласку?

С потолка посыпались мелкие камешки и комья плесени.

- Что там за шум? - насторожился эльф.

- Похоже, мои товарищи уже берут вашу крепость, - ответил Сергеев, - Не беспокойся, я замолвлю за тебя слово.

Иванищев, Ломехир и сопровождавшие их бойцы осматривали глубокие казематы Проклятой крепости, освобождали узников - гномов, людей, орков и эльфов, которых немедленно выносили на носилках наверх, к теплым солнечным лучам, ставшие медсестрами чернолесские эльфийки.

И тут с лестницы, ведущей в самые глубокие застенки короля Нежениэля, показались две фигуры.

Факел в руке Ломехира осветил замершего с поднятыми руками проклятого эльфа, за спиной которого стоял Федор Сергеев.

- Рад тебя видеть живым! - Иванищев пожал руку другу. - И поскольку - постольку в боевом состоянии. А мы тут в твоих поисках каждый камушек переворачиваем.

- Пожалуй самое дело перестать, а то крепость придется переименовывать в Вверхтормашками. Да и тут больных узников - Сергеев указал рукой вниз - немало. Надеюсь, вы, ребята, ничего не расплавили? Улики-то надо сохранить.

- Не беспокойся, - усмехнулся Иванищев, - Обещаю, что наверху увидишь фееричное действо. И фантаст не обманул.

Когда Федор поднялся наверх, его глазам предстала огненная феерия. На главной площади стоял юноша лет двадцати и с легкой укоризной поглядывал на догорающие руины. То и дело он двигал пальцами и огненные искры, вместо того, чтобы обратиться в бушующее пламя, быстренько спрыгивали, подбегали к своему хозяину и начинали плясать вокруг огненного мага по трассам причудливых узоров.