Мастера иллюзий (СИ) - Погудин Андрей - Страница 43

Байкеры походили на паломников так же, как Мэрилин Мэнсон на Папу Римского. Они искусно лавировали меж бредущими людьми, мотоциклы отплевывались черной копотью, из-под колес летел песок. Вслед гонщикам неслись проклятия, но гром и молнии не спешили поразить неверных. Перед Аллахом все равны, но некоторые, оказывается, ровнее. Павел хмыкнул и перебрался на переднее сидение, не отрывая взгляда от удаляющихся мотоциклов. Таких совпадений не бывает, но если это пресловутые големы, на что они надеются?

Вскоре показался первый пропускной пункт. К этому времени юркие гонщики давно затерялись в белоснежном океане, и теперь Смолин жадно разглядывал скопившуюся у шлагбаума толпу. Паломники полноводной рекой огибали стоящие на дороге автомобили, несколько полицейских осматривали багажники, мотоциклов нигде не было видно. Павел выскочил из джипа и побежал к будке, где проверял документы бородатый араб.

- Двое мужчин в черных куртках, на мотоциклах, где они?!

- Э, разве всех упомнишь? Вон людей сколько!

- Этих вы должны были запомнить! Они проезжали максимум полчаса назад, все в черном, ну?! - Смолин достал удостоверение и помахал перед носом бородача. - Я полицейский из России. Мы преследуем их.

- Да, вроде бы припоминаю, - сдался араб. - Документы у них были в порядке, я их и пропустил.

- А вас не смутили их куртки, штаны? Разве так выглядят паломники? Это меньше всего походит на ихрам!

- Видимо, не успели переодеться, - пожал плечами полицейский.

- Или хорошо заплатили, - сказал подошедший Ломов, выслушав перевод майора.

- Нам срочно нужно проехать! - заявил Смолин, отодвигая насупившегося координатора.

- Вы же видите, сколько машин. Соблюдайте очередь! - араб демонстративно повернулся спиной и взял документы у следующего водителя.

- Важный, как хрен бумажный! - не выдержал Шрек.

- Иншалла! Русские? - из кузова "Камаза" выгружалась большая семья. - А мы из Ингушетии! Уже три недели в кузове трясемся, ночуем где придется.

Смолин кивнул землякам. По большому счету, за границей все выходцы из бывшего СССР и нынешней Федерации - русские, иностранцы по крайней мере абсолютно в этом уверены, будь ты хоть татарин, хоть якут. Пока у него проверяли документы, глава семейства рассказывал, как они ехали через Казахстан, Иран и Турцию, а Павел непроизвольно морщил нос. За три недели белые некогда одежды ингушей превратились в серые саваны, и разило от них немилосердно. Еле удалось избавиться от словоохотливых паломников.

- Чувствуется, что действительно правоверные, - буркнул Ломов. - Как и предписано Кораном, не моются и парфюмерию презирают!

- Я посмотрю на тебя после окончания хаджа, - сказал Смолин. - Что же делать? Мы прождем минимум час, а за это время наши байкеры уедут уже ох как далеко.

Помог Магомет. Он подошел к старшему поста, о чём-то с ним переговорил, и вот уже джип обогнул очередь, миновал поднятый шлагбаум и выбрался на дорогу. Паломников тут было поменьше - многие останавливались передохнуть после КПП и выпить в придорожных кафе кофе. Магомет воспрял духом, автомобиль развил приличную по меркам хаджа скорость шестьдесят километров в час.

- Как тебе удалось уговорить этого Цербера? - спросил Смолин.

- Пса? А, понял, страж-полицейский, - заулыбался Магомет. - Аллах милостив и награждает за добрые дела, человек вспомнил про это и внял моим словам.

Ломов фыркнул.

- Тем более, выяснилось, что мой брат является его начальником, - продолжил тот.

Шрек уже откровенно ржал:

- Вот это больше похоже на правду!

- До Мекки еще файф постов, и я не уверен, что везде служат подчиненные Алифа. Лучше бы нам догнать беглецов поскорее, - подмигнул Магомет и прибавил газу.

Казалось, Аллах в тот день действительно на стороне полицейских - паломники наконец-то прониклись моментом и более не чинили препятствий патрульному джипу. В немалой степени этому способствовали вопли Магомета, который решил более не надрывать глотку и кричал прямо в "матюгальник", выкрутив ручку громкости до отказа. Завывала сирена, над равниной неслись напевные арабские ругательства, Ломов откровенно наслаждался этой какофонией, а Павел был уверен, что такого развеселого хаджа земля аравийская еще не видывала. Через полчаса вдалеке показалась черная точка - будто муха шлепнулась в молоко. Еще через пять минут уже можно было различить, что "мух" две и они активно стараются починить мотоцикл.

- Стой, вырубай иллюминацию! - крикнул Смолин и вытащил табельный "глок". - Макс, не лезь на рожон, отрезай их со стороны дороги. Я справа зайду, чтобы в степь не бежали.

- А я поеду тихонечко вперед, прикрою, если что, - сказал Магомет и достал из бардачка пистолет. - Иншалла!

* * *

Париж – Джидда - Мекка.

...Расправившись с полицейскими, големы сразу направились в аэропорт Шарля де Голля. По дороге в Париж встречались патрульные экипажи и кареты скорой помощи, вот только спасать в Гавре было уже некого. Рене порадовался, что они не оставили свидетелей, в кои то веки господин просто обязан похвалить своих подручных! Голем осклабился и тут же вскрикнул от неожиданности - какое-то насекомое совершило самоубийство, размазавшись по его очкам. Чертов жук! А какой жирный! Рене протер перчаткой стекло и прибавил газу. Лучше не расслабляться, это непредсказуемое отражение в любой момент способно подкинуть проблем. Вдруг их всё-таки срисовал случайный прохожий и карабинеры уже перекрыли вокзалы и аэропорты, выискивая в толпе двух байкеров? А, плевать! Рене нащупал под курткой теплый мешочек - у него есть, чем удивить ажанов! Гы, до смерти. Голем вновь улыбнулся, но уже осторожно, не разжимая губ - вдруг еще что в рот прилетит.

До аэропорта добрались без приключений - точно мир ужаснулся жестокости чужаков и более им не препятствовал. Оставив байки на стоянке, големы направились к справочному бюро. И снова удача - огромный аэробус Air France как раз выруливал на взлетную площадку, а в кассе еще оставались билеты на рейс до Джидды.

После взлета Рене решил перекусить. Господин исцелил слугу, и тот теперь с удовольствием поглощал отбивную с горошком, жареный картофель и салат из морепродуктов, запивая всё вином. Оценив аппетит пассажира, стюардесса принесла ему целую батарею бутылочек "Шато Болиньяз". Жак не отставал от приятеля - лучше всего от нервных потрясений ему помогал плотный ужин, сдобренный хорошей порцией красного. Големы ели, пили и порыгивали, не обращая внимания на замечания летевших совершить хадж мусульман, а уж про устроенную в порту бойню они и думать забыли. Людей в этом отражении почти семь миллиардов, стоит ли горевать из-за сотни?

В Джидду самолет прибыл по расписанию.

Одуряющая жара заставила пассажиров разоблачиться чуть ли не до нижнего белья, но Рене первым делом направился в магазин верхней одежды и купил себе кожаную куртку с большими карманами. Немного погоревал, что они не обработаны несгораемым составом, и переложил из джинсов полезные мелочи, которыми снабдил его господин после высушивания церкви Нотр-Дам. На прокатной стоянке големы выбрали две кроссовых "Ямахи" - самое то для путешествий по степи, как уверил их араб с хитрющими глазами. По карте до Мекки было всего ничего, тем более господин назначил операцию через пять дней, и Рене решил немного расслабиться. За последнюю неделю произошло столько волнующих событий, что даже железные нервы биоробота вибрировали как струны гитары. Сколько можно?! Да и у Жака вон уже глаз дергается.

Напарник идею одобрил, но для начала нужно было помыться, а то на них и так уже косились. Через полчаса бандиты остановились у величественного "Шеритана" - в деньгах у них недостатка не было никогда. В номере големы приняли душ, вытерлись лежащими на постелях белоснежными простынями и отдали пропахшие гарью вещи в чистку. Рене набрал номер ресторана.

Официант нисколько не удивился количеству спиртного и съестного, заказанного полуголыми байкерами. Скорее он бы забеспокоился, если бы татуированные громилы довольствовались стандартным ужином. Рене повесил на ручке табличку "Не беспокоить!" и захлопнул дверь.