Последний (СИ) - Московских Наталия - Страница 131

— Ривер! — воскликнул Валиант. — Ривер, это я!

— Валиант… — она задрожала и теперь уже не смогла сдержать истерических слез. Она прижалась к нему и зарыдала в голос, понимая, что пережить еще что-то за эти несколько дней попросту не сможет. Казалось, теперь ее догнали все пережитые ею потрясения за минувшие несколько суток, и она решила выплакать их все разом.

Валиант обнял ее и поднял глаза вверх, благодаря Бога за то, что сумел найти ее и предотвратить непоправимое. Стоило держать ухо востро — противник все еще был где-то рядом, но теперь Валиант знал, что он сумеет защитить Ривер.

Дюмейн затаился и прицелился. Он знал, что у него будет единственный шанс выстрелить, и, если он промахнется, вампир в считанные секунды разорвет его на куски. Он множество раз практиковался опережать свою цель, предугадывать ее действия, читать ее мысли.

Еще немного, и моя пуля сбросит с обрыва вас обоих.

Попасть нужно было со стопроцентной вероятностью.

Регулируй дыхание. Почувствуй свободный ход курка…

Внимание…

Валиант не позволил себе слишком долго смотреть в небо, в котором вот-вот должна была заняться заря. Он настороженно огляделся вокруг в поисках Дюмейна, продолжая обнимать рыдающую у него на груди Ривер.

Он заметил его почти случайно. Увидел прядь светлых волос, мелькнувших за валуном, заметил пистолет.

Действовать нужно было молниеносно.

Валиант резко толкнул Ривер на землю и тут же отскочил в сторону. Он знал, что сейчас не может подвергнуть Ривер опасности, поэтому ему не стоит срываться с места и пытаться добраться до Дюмейна. К тому же, измотанный и ослабленный недавней раной, он не был уверен, что снова сумеет развить нужную скорость.

«Уайлди Мур» все еще был при нем, и он — быстро, как мог — извлек его и выстрелил. Стрелял почти наугад, да и собственная меткость его подвела. Пуля отскочила от валуна, нисколько не навредив Дюмейну.

Харриссон услышал звуки выстрелов, и в его сердце что-то екнуло.

Не успел…

— Нет! — выкрикнул он вслух и припустился еще быстрее, хотя и не верил, что сумеет хоть как-то повлиять на роковые события.

Вот перед ним показался обрыв. Вот показался Валиант. Ривер лежала на земле.

Боже, неужели мертва?!

Он старался не думать об этом, а просто прицелился и выстрелил, как его учили.

Выстрелы прогремели почти синхронно.

Пуля Джеймса Харриссона вошла Арнольду Дюмейну в левый висок.

Пуля Арнольда Дюмейна попала в горло балансирующему на краю обрыва Валианту Декоре.

Ошеломленный вампир потянул руку к шее, начав заваливаться назад. В следующий миг он скрылся из виду, упав с обрыва над горной рекой Шелл-Крик.

Время замедлило ход.

Время замерло.

Время перестало существовать.

Ривер Уиллоу, не сообразив, что произошло, не сразу сумела совладать с собой и осознать реальную опасность. Она не поняла, почему Валиант оттолкнул ее, пока не раздались выстрелы. Каждый раз она ждала, что пуля попадет в нее.

Раз.

Два.

Три.

Четыре.

Но ни одна из пуль не попала.

Ривер боялась смотреть за происходящим, боялась оценить реальную угрозу. Она не поднимала глаз от земли, пока вокруг вдруг на секунду не повисла звенящая тишина. И в этой тишине она услышала прорезавший ее звук… странный, булькающий, хрипящий… достаточно громкий, похожий на сдавленный кашель.

Она подняла глаза и столкнулась с шокированным взглядом Валианта Декоре. Он держал руку у шеи, заваливаясь назад, и между его пальцев струилась кровь.

Ранен… ранен в горло… — в ужасе поняла Ривер. Но настоящий ужас пришел секундой позже, когда она поняла, что Валиант Декоре попросту исчез из вида. Он сорвался с обрыва и, возможно, уже не был в сознании, когда падал.

Ривер не сразу поняла, что кричит. Она вопила, как одержимая, лицо ее раскраснелось, и вены на шее набухли. Она медленно поползла в сторону обрыва, надеясь увидеть там Валианта. Мог ли он выжить при таком ранении? При таком падении…

Никто бы не выжил.

И все же… она должна была знать точно.

— Валиант!!! — истерически прокричала она, не осознавая, что ее голос сейчас мало похож на человеческий. — ВАЛИАНТ!!!!

Кто-то резко схватил ее за плечи и оттащил от обрыва, прижав к себе.

— Нет! Пусти! Валиант! — бессвязно прокричала она.

— Ривер! Ривер, тихо! Не надо, — где-то в глубине своего сознания она узнала голос Джеймса Харриссона. — Не смотри… не смотри туда…

— Валиант! — как заведенная, закричала она, начав биться и вырываться. — Нужно помочь ему! Нужно… он может быть… может…

Джеймсу удалось ее удержать. Видит Бог, он приложил все силы, чтобы ее удержать. Она оказывала сопротивление еще около минуты, а затем обессиленно рухнула в снег и завыла от бессилия. Еще через пару минут она затихла и, казалось, потеряла сознание. Пережитое оказалось для нее слишком сильным.

Джеймс проверил, что она дышит, после чего ненадолго оставил ее, поднялся и подошел к краю обрыва, пытаясь разглядеть что-то в горной реке. Тело, похоже, унесло течением. Харриссон не сомневался, что Валиант Декоре мертв. После стольких ран… с ядом в крови… упавший с высоты. Никто бы не смог выжить после такого. Даже самый живучий… самый последний из вампиров.

Харриссон тяжело вздохнул и оглянулся на Ривер. Она была бледна и выглядела осунувшейся, но дышала.

С ней все будет в порядке, — попытался уверить себя Джеймс. — На этот раз ты успел.

Он с тоской посмотрел на посветлевшее небо и сжал кулаки. Правое плечо вновь пульсировало болью, но Харриссон не обращал на это внимание. Сейчас он понимал, что сильнее внутри него боль несправедливости. Валиант Декоре не заслужил такой смерти. Это не должно было закончиться вот так.

— Покойся с миром, Валиант, — тихо произнес Джеймс, поднимая глаза к небу.

Где-то на горизонте проступали первые лучи солнца.

Начинался новый день.

ЭПИЛОГ

Ривер Уиллоу медленно шла по коридору Касперского Медицинского Центра. Предыдущие двое суток ее осаждала допросами полиция, пресса и даже федеральные агенты. Всем им она заявляла, что мужчина по имени Джеймс Харриссон был злостно оклеветан мошенником Дрейком Талосом. Об остальном она предпочитала не распространяться перед прессой. Перед полицией она с разрешения детектива Монро ссылалась на него, говоря, что знает лишь то, что им с Джеймсом приходилось уходить от преследования людей Талоса, а что произошло с ним самим, она толком не знает.

За это время она так и не увидела родителей. Говоря по правде, она и не хотела. Точнее, она не хотела, чтобы они видели ее такой. Ривер чувствовала себя совершенно раздавленной, Она отказывалась от еды — кусок не лез в горло. Она почти не спала, даже когда оставалась одна, могла лишь смотреть в одну точку и пребывать в этом состоянии, радуясь, что мысли разлетаются куда-то и оставляют ее в покое. А стоило ей вернуться в реальный мир, как перед глазами вставала картина, как Валиант, схватившись за простреленное горло, срывается с обрыва.

Ривер думала, что будет, не переставая, рыдать от этих воспоминаний, но слез не было. Глаза были сухими, и их неприятно жгло, стоило только опустить веки.

Тридцатого декабря нападки прессы, наконец, прекратились: журналисты перестали пробираться в больницу под видом друзей и родственников, да и полиция оставила свои расспросы. Ривер впервые этим утром все же решила поесть. Еда показалась ей безвкусной и даже противной, но она заставила себя доесть порцию и встала, чтобы пройтись.

Она медленно шла по коридору Касперского Медицинского Центра в палату, где лежал, оправляясь от ран, Джеймс Эммет Харриссон. Ривер не видела его с того самого жуткого момента у обрыва. После падения Валианта с обрыва она потеряла сознание и не приходила в себя довольно долго. Очнулась она уже в больнице и узнала, что ее, Джеймса и Стивена Монро привез туда доктор Сэм Картер. А после начались нападки прессы и расспросы полицейских, и Ривер потеряла счет времени, отвечая одно и то же на различные вариации одних и тех же вопросов.