Темпоральная Бездна - Гамильтон Питер Ф. - Страница 173

Джастина выпрямилась и бросила на отца сердитый взгляд.

«Спасибо, папа. Как раз луковицы-то мне и не хватало. Ты мне очень помог».

Гор угрюмо усмехнулся.

«Ладно, забудь о восьми измерениях; просто представь себе множество слоев. Они взаимосвязаны, но не метафорически, а пространственно, это тебе понятно. У каждого слоя своя функция. Есть слой памяти, где сохраняется все, что там происходит. Есть созидательный слой, отвечающий за перезагрузку. Есть слой взаимодействия, который форматирует мысли для созидательного слоя и создает возможность телепатии и прочей психической чепухи».

«Слой, поддерживающий существование душ», – задумчиво добавила Джастина.

«Верно. И все здесь основано на мышлении и эволюции разума, на самореализации, которой так одержим этот недоумок Небесный Властитель. Не исключено, что есть еще один слой, поддерживающий мыслительный процесс, – может, он и отвечает за души, а может, и нет. Смысл не в этом. Должно быть, там целая прорва слоев, о которых нам остается только догадываться, исходя из наблюдений, и которых мы даже представить себе не можем. Бог знает, что у них там за туманности и почему они поют. Не важно. Мы поняли, что это неимоверно сложная конструкция. И Ядро – ее центр, но не обязательно в физическом смысле».

«Значит, Ядро всем управляет».

«Кто знает, какая там у них иерархия? Важно отыскать соответствующий маршрут, который можно было бы рационализировать и осуществить, как ты и хотела».

«А зачем Бездне создавать для меня Казимира?»

«Я не думаю, что твои мысли достаточно сильны, чтобы привлечь внимание центра. Возможно, это узел восприятия, имеющийся у тебя на борту, внедрил сон о Казимире в созидательный слой. К таким мощным мыслям здесь не привыкли. Большая часть слоев не реагируют на всплески сознания, они просто выполняют свою роль. А узел восприятия в Бездну еще никто не привозил. Его функция в том и заключается, чтобы повторять какое-то воспоминание до бесконечности. И созидательный слой отреагировал, как ему и положено. Ничего личного».

Джастина посидела в кровати, стараясь усвоить его объяснения.

«Если силы моих мыслей недостаточно, чтобы привлечь их внимание, зачем тогда искать Ядро?»

«Сон принимают все, кто подсоединился к Гея-сфере. Понимаешь?»

«Ох».

«Не пытайся отыскать Ядро, это пустая трата времени».

«Но ты только что сказал…»

Гор опустился рядом с кроватью на колени и взял Джастину за руки. Из-под золотой маски лица пристально смотрели его глаза.

«Ты должна отправиться в Маккатран».

«Там никого не осталось. Небесный Властитель сказал, что все люди ушли в Ядро».

«Я ему не верю. Отправляйся в Маккатран. Это очень важно. Там сосредоточены все люди, находящиеся в Бездне».

«Но как? „Серебряная птица“ не может летать».

«Неправильно. – Гор усмехнулся ей в лицо. – Ты ведь в Бездне. Ты обрела телепатические силы. „Серебряная птица“ не может лететь сейчас».

«Ох! – Она задумалась над его словами. – Ох!»

«Узнаю свою девочку. Твой ум не уступает твоей красоте».

«Но, папа, ведь тогда Казимира не будет. Мне придется его убить».

Гор отпустил ее руки.

«Прости. Давай-ка это обсудим».

«Если я вернусь в прошлое, его не будет».

«О слезы Христа! – Гор театральным жестом приложил руку ко лбу. – Не грузи меня своим либерализмом. Только его нам сейчас и не хватает».

«Я не могу лишить его существования. Хорошо это или плохо, но сейчас он реален. Я в ответе за него».

«Это эквивалент клона, создаваемого при оживлении, только полученный из твоих воспоминаний. Жалкое подобие».

«Он живой», – упрямо сказала Джастина.

«И ты собираешься с ним жить».

«Нет, не собираюсь».

«Ты сама исследовала его ДНК и убедилась, что это не Казимир, а некий двойник, сохранившийся в слое памяти».

«Верно. Он человек. Я не могу с ним так поступить».

Гор снова взял ее руки в свои.

«Выслушай меня, дорогая. Бездна – это основное зло. Он отпечатался в ее памяти. И то же произошло с каждым, кто здесь побывал. Каждый, кто прилетел на корабле-колонизаторе, скопирован, как и каждый, кто здесь родился. Бога ради, и Овейн тоже где-то здесь, просто заморожен в памяти в тот момент, когда Идущий-по-Воде его застрелил, заморожен вместе со всей своей предыдущей жизнью. Сколько бы перезагрузок потом ни производил Эдеард, он ни разу не возвращался в прошлое, предшествующее тому моменту, когда он уничтожил заговорщиков. Он не мог заставить себя сделать это снова, потому что ему пришлось бы опять их убивать. Вот что подбрасывает нам Бездна. Он жили в те времена, которые были им отведены, и ты не в силах это изменить. Сейчас ты не в том положении, чтобы следовать их образу мышления и их этике».

«Папа, я понимаю, о чем ты говоришь, но ты не встречался с ним. Он такой хороший. Он не заслуживает этого».

«Галактика тоже не заслуживает поглощения, Джастина. И, кстати, я с ним встречался, дорогая. Я чувствовал, как при виде него твое глупенькое сердечко начинает биться быстрее. Я ощущал вкус шоколада, который вы ели, когда ты улыбалась ему и флиртовала. Ты должна отправиться в Мак-катран».

«Ох, черт побери».

Он прикоснулся губами к ее лбу.

«Посмотри на это с другой стороны. Если мы проиграем, тебе придется остаться в Бездне, и ты снова сможешь его разыскать».

«Ты абсолютно никчемный советчик, и ты это знаешь».

«Знаю. А теперь тебе пора просыпаться».

Джастина грустно кивнула, сознавая, что выбора у нее нет. Она впервые посмотрела в окно спальни. Пейзажа поместья вокруг Дома Тюльпанов она не увидела. Вместо этого их старый дом стоял на дне невероятно глубокой долины, и горы нависали над ней зелено-коричневыми волнами, готовыми вот-вот столкнуться. Вместо солнца была видна только сияющая светом полоса.

«Что это?»

Гор равнодушно пожал плечами.

«Мне пришлось кое-чем пожертвовать, чтобы видеть твои сны».

«Папа…»

«Все в порядке. – Он поднял руку, глядя на дочь с гордостью и обожанием. – Уходи. Просыпайся».

Джастина открыла глаза, и ее взгляд уперся в потолок каюты. На глаза навернулись слезы, и она сердито смахнула непрошеную влагу.

– О дьявол.

Казимир наверняка о чем-то догадается: ни один телепат не в состоянии скрыть таких эмоций.

И он, конечно же, уже ждал ее у веревочной лестницы. И даже придержал ту, пока Джастина спускалась.

– Что произошло? – спросил он.

– Я должна улететь, – решительно ответила она.

– Понятно. Но это же хорошо, не так ли? Ты узнала, как добраться до Ядра. Ты ведь туда хотела попасть?

– И я не могу взять тебя с собой, – с запинкой добавила она.

– Я понимаю.

– Нет, ты не понимаешь.

Она глубоко вздохнула и поцеловала его. Удивление на его лице мгновенно уступило место восторгу.

– Казимир, я хочу, чтобы ты знал. Если есть хоть один шанс вернуться, я обязательно это сделаю. Я отыщу тебя. Обещаю. Загляни в мои мысли и убедись, что я говорю искренне.

Он посмотрел на нее с нескрываемым обожанием, отчего Джастине сделалось еще хуже. Она никогда не думала, что снова увидит этот взгляд.

– Я вижу искренность твоих мыслей, – заверил ее Казимир. – Делай то, что ты должна сделать.

Джастина села на землю в нескольких метрах от опоры «Серебряной птицы». Предвечернее солнце приятно согревало лицо и руки. Она подогнула ноги и приняла одну из поз йоги. Казимир устроился на корточках чуть в стороне и настороженно следил за ее действиями. Джастина, бросив на него прощальный взгляд, сосредоточилась.

Она направила свои мысли на узел восприятия, чтобы при помощи его программы усилить концентрацию. В памяти всплыл момент, когда Эдеард, стоя на вершине скалы, обращался к материи Бездны и заглядывал в прошлое. Джастина в точности повторила его действия, постаралась так же сформировать мышление и направила про-взгляд в окружавшую ее пустоту.

Вот ее собственное тело в цепочке множества образов, протянувшейся взад и вперед по земле и уходящей в люк корабля. Вот она разговаривает с Казимиром, излучая такую непреодолимую печаль, что чувство угрожало затопить ее целиком. Она протолкнулась дальше, увидела, как «Серебряная птица» спускается с неба. Дальше.