Когда расцветает жемчуг (СИ) - Янушкина Вероника - Страница 3

Месяцы следовали один за другим. Враги, о которых сказала мама, не появились, и Саша принялась постигать азы бухгалтерии. Рассудила, что любой организации нужен специалист по счетам, посему без работы и средств к существованию Глебова не останется. Схемы и проводки постигались тяжело, бесконечные цифры навевали тоску, и единственной отрадой служили клумбы перед главным корпусом института. Деканат набирал добровольцев в помощь озеленителям, и второкурсница подала заявку. Прополка, полив отнимали каплю сил и словно возвращали в те дни, когда в жизни царил покой.

После защиты диплома девушка устроилась в санаторий, где работала в школьные годы. Должность помощника бухгалтера оказалась не денежной, зато позволила гулять в закрытом парке и вспоминать мамины уроки. В конце концов, уставшие от советов и замечаний сотрудницы отдали Саше «для экспериментов» заброшенный кусочек земли. В глинозёме и среди камней цветы росли плохо, но Глебова была бесконечно рада подарку. Она раньше приходила на работу, вечерами задерживалась, наведывалась в праздники и выходные, даже набивала отчётность, сидя на раскладном стуле. Коллеги называли новенькую «повёрнутой на растениях», но насмешки её не трогали.

Спустя два года городская администрация объявила конкурс на лучший ландшафтный дизайн. Проектами победителей и призёров в десяти номинациях пообещали украсить территорию нового международного отеля, а лучших мастеров зачислить в штат.

Отправляя чертёж альпийской горки, Саша не верила в удачу. Знала, таких мечтателей, как она, набралось несколько сотен. Трёхзначный номер заявки при регистрации, казалось бы, поставил на мечте крест. Разве могла самоучка, без профильного образования, солидного банковского счёта и связей, тягаться с профессионалами, среди которых оказались «лучшие умы» санатория? Начальник отдела по озеленению, заместители, старшие сотрудники - все рассуждали о победе и надеялись на минуту славы.

Через полгода девушку вызвало руководство и в торжественной атмосфере объявило о третьем месте в зачёте «Южных Альп». Под всеобщие аплодисменты директор вручил приглашение в отель на церемонию награждения и предложил сменить бухгалтерию на должность проектировщика зелёных зон. Конечно, после прохождения курсов повышения квалификации и экзаменов.

Вечер начался волшебно. Разодетые в восточные костюмы слуги встретили Сашу около врат и проводили в банкетный зал. Задрапированные шелками стены, ароматы специй, птицы в клетках на постаментах - очарование востока окутало девушку незримым покрывалом и пробудило веру в чудеса. Помощница бухгалтера прикоснулась к мечте! Её талант оценили! А что может быть лучше, чем зарабатывать на жизнь любимым делом?

После ужина глава администрации вручил призёрам памятные статуэтки и дипломы, утром пообещал оформить документы. Глебова изучала подарок, когда один из организаторов отвлёк от созерцания хрустального кубка-ракушки и пригласил на танец. Посул блестящей карьеры, восхищение платьем цвета мимозы в снегу и причёской - столь приторным сиропом Сашу не поливал никто. Лёгкий акцент выдал восточное происхождение, и девушка успокоилась. Что оказалось сладко для неё, было привычно для иностранца.

В разгар банкета они спустились в парк. Сердце Глебовой трепетало. В сиянии фонарей клумбы казались полотнами художников, воплощёнными живыми красками растений. Алая разлилась розами и георгинами, жёлтая украла яркость декоративных подсолнухов, синяя вспыхнула салютом из гортензий.

Хорошо знакомая альпийская горка располагалась недалеко от искусственного ручья. Обходительный кавалер поинтересовался, что вдохновило создательницу на причудливый узор из кругов и треугольников. Любуясь цветами, помощница бухгалтера рассказывала про рисунок на браслете мамы и с теплотой вспоминала детство. Ещё Ирина Глебова носила два кольца: обручальное и перстень на мизинце. Первое она сняла в день развода, второе навечно осталось на руке. Врачи предложили забрать, но Саша отказалась. Как-никак, то было любимое украшение.

Выслушав историю, спутник привлёк девушку к себе и... ткнул пальцем в рёбра. Обмякшая, словно тряпичная кукла, она упала хитрецу на руки и беспомощно глядела, как тот отдавал указания невесть откуда появившимся мужчинам. Немногим позже Саша узнала, что символ на браслете - не что иное, как герб Карвахена, а мама - беглая садовница. Ильсия тен Васперити, хранительница жемчужного древа, свято почитаемого в государстве. После исчезновения мамы оно зачахло, а пять лет назад сгорело из-за удара молнии. Каорри искали беглянку, но нашли дочь и обязали вырастить новое. Король гневался, слуги презирали, а Саша не понимала, чем ценно древо. Спросила, но ответа не услышала.

Размышления оборвал смех. Стоя на механизмах, во дворец направлялись четверо. Пожилой мужчина, одетый в шаровары и рубаху с фигурным вырезом, сопровождал трёх девушек. Темноволосые красавицы любовались парком и предвкушали роскошный приём. В нос ударил приторно-сладкий аромат сантала и цитрусов, словно гостьи искупались в ванне, куда слуги налили масло вместо воды.

- Устала. Скорее бы откланяться и отведать шербет...

Глебова чихнула.

Каорри смолкли. Садовница перехватила взгляд одной из них и торопливо опустила голову. Аметистовая радужка. Значит, это новые цетры короля. Помнится, в четвёртый день пленения Саши не подошедших кандидаток на роль жены Его величества провожал из дворца почётный караул. Любовниц бы так отсылать не стали, было в этом титуле что-то особенное. Деталей иерархии Карвахена девушка не знала. Её мир ограничили флигелем и парком, общение (если можно так сказать) свели к заданиям старшего садовника, кратким беседам с другими слугами и отчётом сиятельному орд Стасгарду.

- Остановись! - красавица в расшитой звёздами тёмно-синей блузке и юбке топнула по «ступеньке», - Караса, Лале, посмотрите! Птенчик вернулся в гнездо!

- Это она?

- Дочь? Айлин, ты уверена?

- У неё глаза бесцветные. Серые, как противный осенний туман. А, значит, она не истинная каорри, - гостья смотрела на Сашу так, будто с комбинезона стекали помои, - и волосы, как выцветшая солома. Дома прислуга такую заготавливает для сальфов.

- И правда, - щурилась девушка в наряде цвета корицы, - она другая. Бледная и...

- Тощая. Ни груди, ни бёдер, - презрительно бросила третья, тронув складки туники ежевичного оттенка, - её бы той соломой откормить, иначе ветром сломает.

Глебова прикусила губу. Делая вид, что не слышит разговора, садовница копала ямки для белокрыльника. Цетры посмеются и уйдут, а Саша за грубость схлопочет наказание.

- Вдруг она больна?

- Тогда почему не лечат?

- Глупости, Караса! Где это видано, исцелять белого лекаря?

- Вдруг она бесталанна? И поэтому роется в земле! Представляю, как разочарованы Стасгарды! Годы поисков прошли впустую!

Лунки походили на кротовые норы, но садовница не останавливалась, до боли сжимая лопатку и вбивая в грунт так, что разлетались комья. «Истинным каорри» легко рассуждать! Небось, полжизни готовились разделить ложе с Его величеством и не ведали тягот судьбы. Посмотрела бы Глебова, как холёные красавицы проживут в её мире!

Небо пронзила молния.

- Чего она кривится? Живот заболел?

- Устала, наверное.

Беседу прервал опекун:

- Дерьи, мы опаздываем на представление ко двору! Хотите намокнуть под дождём и опозориться?

- Приёмная короля! - цетра по имени Айлин оправила ворот блузки, - не грусти, позже я тебя найду.

Лопатка увязла в почве. Не дай бог!

Механизмы заскользили к вратам. Затянув резинку на косе, Саша сосредоточилась на задании. Утром приставучая цетра забудет о «птенчике». Ночь в «гнезде» с коронованным павлином сотрёт из памяти мимолётную встречу.

***

- Странная, - пробормотала Айлин.

- Слабая, - бросила Караса, - наследница рода в садовничьем комбинезоне! Белая лекарица в удобрениях и с грязью на руках! Асан первым опротестует её право на остатки семейного богатства и будет прав.