Марк 3.0 Примарат Фортис (СИ) - Афанасьев Иван Борисович - Страница 87

— И что будем делать? — спросила Марта, повернувшись к Марианне. Они обе висели вниз головой, относительно панели управления. В кабине было кресло, но в условиях невесомости оно было не нужно и висеть, упираясь ногами в потолок было удобнее.

— Корабль продолжает попытки связаться с кем-нибудь? — уточнила Марианна.

— Да, каждый час, — подтвердила Марта, вновь глянув на экран с логами системы связи.

— Получается, что нам остаётся только ждать, — заключила Марианна. Она сложила руки на груди, но не рассчитала силу и стала крутиться вокруг своей оси.

— Это самое ужасное состояние, — согласилась Марта, схватив девушку за руку, чтобы та остановилась. — Сколько нам придётся тут провисеть? Сутки, ещё неделю, месяц?

— Ты сама понимаешь, что это никто не может сказать, — произнесла Марианна, — надо проверить запасы — насколько их нам хватит, и набраться терпения. Главное — не паниковать. Нас должны найти.

— Ты понимаешь, что прошло десять лет! — сказала Марта, — В мире могло случиться всё что угодно. Земли вообще может больше не существовать. Все могли погибнуть в войне с вашими примаратами. Тут вообще может никого не быть. Десять лет назад нас бы засекли через несколько часов. А мы висели тут целую неделю!

— Марта, успокойся, — Марианна подлетела к ней поближе и взяла за плечи, — не может быть, что тут никого нет.

— Почему ты так уверена?

— Вы, люди, земляне, сразу записали примаратов во враги, даже не попытавшись разобраться в нашей идеологии. Примарат никогда не ставил себе цель уничтожить человечество. Наоборот, Земля и другие планеты вокруг Солнца для них священы. Это действительно что-то вроде религии. Примарат не хочет войны, он хочет мира и процветания для цивилизации. Поэтому тут точно кто-то должен быть, кто сможет нас найти.

— Да, и поэтому у вас огромный флот с супер-оружием и целая армия клонов, — заметила Марта. Она почувствовала, что их груди соприкоснулись вздрогнула и отстранилась от Марианны. Они разлетелись по разные стороны кабины.

— Добро должно быть с кулаками, — возразила Марианна, ухватившись за плафон освещения. — Я как-то слышала речь капитана Рупгрендхаузера, когда была ещё на его корабле.

— Кого?

— Леонида. Это было стандартное обращение военно-начальника к своим солдатам, мотивация их действий. Даже не смотря на то, что у клонов генетически заложено подчинение примаратам, мы тоже люди, и наш мозг так же устроен и нуждается в логически верной мотивации своих действий. Поэтому на крейсерах периодически проводятся такие митинги.

— Вам просто промывали мозги, — сказала Марта.

— Да, конечно, — согласилась Марианна, — без этого никак. Но капитан Леонид произносил свои речи не так, как остальные, хотя кроме него и капитана Бранигана я больше никого не встречала из высшего командования. Капитан по-простому объяснял, зачем мы должны захватывать планеты, выгонять оттуда людей, мириться с неизбежными убийствами. Он нам объяснял, что для землян мы выглядим, как злодеи. Но зло — оно субъективно. И бесполезно доказывать кто прав, а кто нет. Прав всегда победитель. А чтобы победить — нужно быть сильным. Поэтому у нас большой флот и армия самоотверженных клонов, готовых умереть за Примарат.

— Да, наверное ты права, — неожиданно согласилась Марта, — хотя Леонид всё равно подонок и заслуживает смерти. Лично мне уже не важно, кто там победил. Я хочу домой на Землю.

— Никто не заслуживает насильственной смерти, — сказала Марианна, — но я тебя понимаю. Я видела, что они с тобой делали.

— Ладно, не важно. Давай подумаем, как нам выжить, — предложила Марта. — Там, где ты нашла воду, не было случайно салфеток или чего-то подобного. Кажется мне нужно… ну… привести себя в порядок.

Марианна понимающе кивнула и нашла Марте гигиенический пакет. Затем она слетала на корму и проверила запасы — по грубой оценке, если экономить, то питательных пакетов и воды должно хватить дней на десять-двенадцать. Ещё дня три-четыре можно протянуть только на воде, затем они начнут умирать. Марта проверила системы жизнеобеспечения — они были в норме, хотя на корабле было прохладно. Частично ещё действовал эффект выхода из анабиоза, но и по датчикам температура была ниже комфортной — около тринадцати по Цельсию в основной части корабля, там, где стояли криокапсулы, и на пару-тройку градусов выше в командном отсеке из-за тепла, излучаемого компьютерами. Видимо подразумевалось, что люди на борту будут в скафандрах, но Марианна и Марта были голые, и по мере того, как проходил первый шок, они стали замерзать. Учитывая, что им придётся провести неизвестно сколько времени голодая, они рисковали просто замёрзнуть раньше, чем их найдут. Попытка повысить температуру привела к потере мощности у других систем, и Марте пришлось вернуть настройки к дефолтным. Предложение Марианны отключить вообще весь корабль и оставить системы жизнеобеспечения только в небольшом объёме носового отсека тоже провалились — корабль обладал общим контуром управления, без разделения по отсекам.

— Давай тогда просто закроем люк в рубку, натащим сюда еды и будем жить тут, — предложила Марианна.

— В этом есть смысл, — согласилась Марта, — но гальюн всё равно на корме — придется бегать через весь корабль.

— Что на корме? — не поняла Марианна.

— Туалет, — пояснила Марта.

— Ничего, — отмахнулась Марианна, — у нас не так много еды и воды, чтобы часто им пользоваться.

Стресс, усталость и последствия десятилетнего криосна не позволили девушкам сразу выполнить все пункты плана. Они закрыли люк, отделяющий кабину управления от остального корабля, обнялись, чтобы было теплее, и заснули.

Первой проснулась Марианна. Её разбудило ощущение удушья. Всё её обнаженное тело блестело от обильного пота, отделившиеся капельки которого плавали вокруг, периодически прилипая обратно к мокрой коже. Марта плавала рядом в распластанной позе и тоже тяжело дышала. Марианна первым делом поспешила открыть люк, отделяющий рубку от остального корабля. В кабину хлынул прохладный свежий воздух. От резкого похолодания проснулась Марта. Пока они спали, маленькое помещение командного отсека быстро нагрелось от компьютеров и от тел девушек, и обнаружился другой нюанс — система регенерации кислорода находилась тоже на корме. Пришлось выбирать — находиться в духоте, но в тепле, или в наполняющей лёгкие кислородом морозной прохладе. Девушки договорились проветривать тесное помещение, перетащили к себе все запасы еды и воды и приготовились ждать.

— Давно хотела спросить, — сказала Марта, когда они с Марианной бесцельно висели в пространстве отсека, — а ты правда моя точная копия?

— Ну… да, а что? — откликнулась Марианна, пытающаяся научиться крутиться строго вокруг своей оси с постоянно скоростью.

— Ну я, например, вижу, что грудь у тебя явно больше и другой формы, — заметила Марта.

— Да нет, вроде такая же, — возразила Марианна.

— Нет, точно другая, а заметила в прошлый раз.

Марианна прекратила бесцельно вертеться, остановилась и подплыла к Марте. С её молчаливого согласия она зависла совсем близко и строго симметрично. Девушки некоторое время внимательно разглядывали друг друга.

— Да, действительно, — согласилась Марианна наконец и вернулась в свой угол помещения. Как-то само-собой сложилось, что левая сторона от кресла пилота стала территорией Марты, а правая — Марианны. Места хоть и было совсем мало, но, учитывая отсутствие одежды, каждая их них ощущала потребность в некоем личном пространстве. В сложившейся ситуации любая мелочь была важна для сохранения спокойствия и рассудка.

— Ну вот, наверняка что-то ещё отличается, — продолжила тему Марта. — Например у тебя область бикини до сих пор девственно чистая, а у меня уже снова зарастает.

— Боги, когда ты успела всё разглядеть! — удивилась Марианна, — там ты, я надеюсь, не щупала?

— Нет, конечно. Но ты спала, а мне было интересно, — засмущалась Марта.

— О боги! И из всего тебя в первую очередь заинтересуют вторичные признаки? — улыбнулась Марианна.