Ездовой Гном. Захребетье (СИ) - Уткин Михаил - Страница 33

Охренеть! Чушь конечно, Кабатор был огромный, Шекиль высокий и тощий, Алайя миниатюрная... А здесь все одного роста - с ребенка, едва достают макушками до груди. Но лица... лица их! Чертов ИНК!

Мысли заполошно метались, а губы сами собой суетливо шептали совсем невразумительное: «щас-щас, потерпите немножко...» Меч, как вообще что-то дурацкое и неуместное, воткнулся в землю. Нужно поднять и снять, сначала Кабатора, ладонь которого лежит поверх остальных. Виртуальные мускулы напряглись, задрожали, словно пытаясь поднять неподъемную штангу, но холодная рука Кабатора закостенела. От рывков только раны увеличились, капли крови полились сплошными струйками. Закрытые глаза пронзенных задрожали под веками, из уголков закапали слезы.

Майкл отшатнулся, судорожно стер со лба виртуальный, но такой реально холодный пот. Блин! Да что же это такое! Куклы цифровые! Разработчики что охренели вконец, что подсунули такое?! Да я их!.. Хотя нет, разработчики Росланд-Хайтек, всего лишь «охранники виртуальных врат», это долбанный ИНК игры как-то залез мне в голову. Тварь такая!

Так, дышать. Дышать глубоко и часто! Нет никакого сообщения о квесте или чем-то подобном, ну да сам отказался на старте...  Прогулялся называется! Лица, рясы, четки... в общем ясно. Надо найти способ освободить их. Да виртуальные, да нолики и единички... Но я не могу оставить их так! Снова оставить...

Майкл с ненавистью осмотрелся. Хотелось ломать, крушить и убивать, чтобы хоть как-то сбросить наливающееся дурной яростью тело, посмотрел в такое насмешливо синее небо и рявкнул:

- Ну! Что там надо сделать!?

Словно отвечая на выкрик, разом замолчали беззаботно чирикающие птицы. Из-за деревьев, медленно покачиваясь, вылетели крупные... Комары! Басовитое жужжание, сливающихся в сверкающие полукруги крыльев наполнило местность. Насекомые с кулак размером, раздутые брюшки покачиваются. В них просвечивает, тяжело плещет красное... Круглые бессмысленные глаза, на фасетках которых прыгают искры. И длинные, ищущие хоботки, что то повисают, то напрягаются как тугие стрелки.

Ошарашенно смотрел на них, но меч, словно сам вскинулся, угрожая насекомым. Однако летуны не обратили на него ни малейшего внимания. Как то даже лениво, но вместе с тем быстро обогнули, замершего в боевой стойке игрока, и разом устремились к пришпиленным персам.

Три комара... Изящный пируэт, и кровопийцы, словно тысячи раз отрабатывали посадку, одновременно сели на вытянутые руки пришпиленных. Только грузно качнулись на тонких ножках, вытянувшихся в последний момент, как амортизаторы космических кораблей. По-хозяйски примерились и разом сделали движения десантников разбивающие лбом кирпич. Хоботы погрузились до основания и тут же, с насосным хлюпаньем, отдающим в ушах, насекомые начали толчками высасывать из прибитых шипом монахов кровь. Из пронзенных ладоней сразу перестало сочиться, зато стало видно, как по хоботкам идут порции алой жидкости. Над головой каждого пришпиленного появилась багровая полоска,  миг и от каждой убавился кусочек.

Все это Майкл ухватил секунды за три. Потом бросился к цилиндру и хлопнул ладонью комара, высасывающего Кабатора. Но тот и не подумал давиться, лишь пружиня подогнул лапки, а хоботок от удара вдавился в руку по самые глаза. Под ладонью тугое и мохнатое тельце, Майкл передернулся, память вновь услужливо подбросила воспоминание, как пытался в детстве так же безуспешно прихлопнуть тарантула. Кабатор едва слышно застонал, и его «полоска жизни» уменьшилась сильнее, чем у остальных.

Но удар кулаком сбоку, комару не понравился, он отжался лапками, высвобождая окровавленный хоботок и грозно загудел крыльями.

Остальные продолжали бесстрастно питаться и уже «опустошили» хп, судя по линиям (так и оставшимся без цифр) уже на четверть. Еще пара ударов, и вот уже три жужжащих твари, которым помешали трапезничать, сагрились на Майкла.

Да, меч для боя с летучими тварями не приспособлен. Комары легко уклонялись от ударов - налетели, беспорядочно дергаясь, по непредсказуемым траекториям. Главное не давать им сесть... Эх, сглупил, надо было проткнуть каждого мечом, когда еще сидели воткнув хоботки... Ах черт!

Комарам оказалось вовсе не обязательно присаживаться. Один спикировал со спины и просто ударил хоботком. Не особенно больно, но жутко, почувствовать укол длинным шилом. Даже услышал, как скребнуло по лопатке, вдоль кости (блин в этих виртуальных телах есть кости!) Комар ударил и тут же отлетел, в гудении послышалось раздражение. Похоже, чуточку промахнулся, а целил то похоже в сердце.

Нападавшие спереди комары, видно ждали, что он обернется и бросились разом, вытянувшись как смертоносные иглы. Но старые рефлексы под воздействием адреналина быстро оживали. Когда-то он немало помахал мечом в клубе исторического фехтования со странным названием «Щитень». Тело послушно отклонилось назад, а меч веером, которым обычно отбивался внезапный укол копьем. И зацепил таки одного! Над комаром вспыхнула кровавая полоска хп, опустевшая наполовину. И в воздухе он стал держаться как-то дергано.

Майкл приободрился. Острые ребята, эти комары, но тощие. Уж не знаю сколько хитов в ваших тушках, но определенно не много. Впрочем, жужжащие мобы и не думали отступать. Еще несколько выпадов и стало ясно, что глубина броска у комаров около полуметра. Это значительно меньше, чем удар копейщика, которых Майкл когда-то научился легко побеждать с мечом. Гм, один на один конечно, против строя мечник не устоит. Правда у этих «летучих наконечников» нет древка, которое можно отвести, захватить, заблокировать. Пришлось покрутиться - чертовы твари больше не попадали под лезвие, и владели весьма богатым арсеналом тактик. Пропустил удар в ногу, потом еще один болезненный, словно ткнули в почку.

Вот тварюги, сложно поймать на лезвие хаотично мечущиеся тела. Хотя... на хаотичное движение можно ответить. Майкл вспомнил довольно бесполезное, хотя и красиво смотрящееся упражнение для координации. Перестал выцеливать неуловимых тварей, а просто яростно закрутил меч восьмеркой, оградившись от нападающих стеной стали. Бытовали легенды у китайцев, что так всякие монахи могли отбивать целые тучи стрел. Черт знает, может и могли. Но инструкторы исторического фехтования всегда на это хмыкали и опускали на землю пытавшихся так защищаться юнцов. Одним уколом острия. Миг и дырка. Однако против комаров «восьмерка» сработала! Один, потом второй попали под свистящую сталь. Вот в воздухе закружилось отрубленное крыло... К счастью комар оказался нормальным тупым мобом, несмотря на демонстрируемую тактику. Попытался, как последний камикадзе добежать на подгибающихся лапках и вонзиться в ногу. Майкл пришпилил его к земле даже с каким-то уважением.

Некоторое время, насекомые пытались напасть со спины, но были уже подранены и не так быстры. Майкл просто подпускал их, и выждав момент атаки, который следовал сразу как те выходили на «боевую дистанцию полуметрового броска», оборачивался и встречал их той же простой сверкающей восьмеркой.

Последний комар, лишившись брюшка и крыльев, стоял раскорячившись как марсианская тренога, и смотрел снизу с беспомощной ненавистью, когда на него с хрустом опустился опустилась пятка.

Сердце колотилось, словно пробежал стометровку. Красное пятно, в окружении изломанного хитина быстро побурело - сухая горячая земля проглотила выдавленную жидкость. За спиной раздался скрежет. Майкл обернулся и увидел, как у тройки пришпиленных, под ногами появились прозрачные ступени. Маленькие люди медленно, кривясь от боли, двинулись по кругу. Грани шипа мерзко захрустели по костями. Круг и они снова замерли, поднявшись примерно на четверть длины шипа. Лица ожили, покрылись загаром, как настоящие... Но и только. Воспоминания:

«Алайя, счастливо смеется, подставив лицо с закрытыми глазами Солнцу...»

«Шекиль, на солнцепеке - лучи поблескивают на его бритой загорелой голове...»

«Кабатор, показывает стеклянную призму расщепляющую свет на радугу, разноцветными точками сияющую на широкой ладони...»