Перерождение: Эффект Массы (СИ) - Лерх Ирина - Страница 143

В казино мы много времени не провели. Пока Гаррус болтал с Дораном, я занялась Ритой, попивая вкусный коктейль из обычного спиртного, от которого я уже успела отвыкнуть. Решить вопрос можно было тремя способами: внушение, простой разговор и разговор с легким внушением. У всех трех были и свои плюсы, и минусы, но я все же выбрала первый вариант. Времени провести вдумчивый разговор по душам с паникующей и нервничающей девушкой у нас не было. Да и желания особого тоже. Если как менталист я и взяла ранг мастера, то психолог из меня… Не сдержусь и ляпну что-то. Рита — паникер, любящий накручивать себя сверх меры. Как ее занесет и что она себе надумает — одному Всетворящему ведомо. Оставлять на волю случая результат воздействия я не собиралась. Раз уж обещала Челлику решить вопрос… так что, я уж лучше воздействием. Привычно и надежно.

Разум Риты встретил меня привычным ужасающим видом разваленной защиты. Уже чисто автоматически я подняла девушке вуаль вокруг личностного ядра, увеличивая ее сопротивляемость внушению и внешним воздействиям, пнула природные щиты, впрочем, особо не вкладываясь. Сами потом поднимутся, со временем. И уже потом занялась непосредственно работой.

Возни было немного. Пара ассоциативных связей, и Рита уже сама додумает то, что мне надо. А что мне надо? Первое — чтобы она перестала выедать мозги сестре с навязчивой заботой. Второе — чтобы меньше болтала и не подставляла своей защитой. Третье — не мешала сестре строить свою жизнь, даже если она довольно опасна. Ну и четвертое — пусть лучше с тем же энтузиазмом ее просто поддержит. Так… нет, с тем же не надо…

Первый пункт решила простая связка: излишняя забота — раздражение — запрет — сопротивление — желание сделать наоборот — попытка доказать — потеря осторожности — проблемы — возможная гибель. Сестра упертая, на попытку надавить может легко взбрыкнуть и сделать что-то в пику, и, как возможный результат, потеря осторожности и нелепая смерть. Второе вмешательство закрепило желание рассказать о проблемах с сестрой с подозрительностью. Нечего трепаться перед незнакомыми людьми. Дальше — чуть усилить чувство вины и понизить жажду заботы. Пусть лучше себе домашнего питомца заведет, что ли… Чуть подтолкнуть здравый смысл, завязать на страх потерять сестру или достать ее до того, что Дженна просто поругается и уйдет. Сработает? Уже сработало. Вон как Рита столбиком замерла и глазками хлопает. Дальше уже девушка сама додумалась, что с сестрой надо наладить отношения. Я чуть поправила ее энтузиазм, сведя к нормальному уровню, еще раз перепроверила состояние тяжей и крепость ассоциаций, добавив напоследок мелкую и неопасную закладку: при любом подозрительном движении вокруг сестры, Рита побежит за помощью к Челлику. Выберет детектива сама, совершенно "случайно" заблудившись в коридорах СБЦ. Там это легко сделать. Расположение офиса следователя я взяла из памяти самого Челлика, когда он в такси сидел, так что Рита будет неосознанно идти по вбитому в память маршруту. Пусть лучше с Челликом Дженну обсуждает, чем не пойми с кем… думаю, турианец найдет нужные слова, чтобы убедить Риту.

Работа с разумом заняла восемь минут. И то потому, что воздействовать приходилось аккуратно, тщательно следя, чтобы Рита не замирала столбом при каждом срабатывании новых ассоциаций. Понаблюдав за жертвой еще пять минут, я убедилась, что все тяжи и связи сработали как надо и никаких проблем не возникнет.

Все воздействия — очень тонкие. При каком-то серьезном конфликте они попросту самостоятельно слетят: я не вкладывала функции сопротивления. Риска для разума Риты — никакого. Обычное, ничем не примечательное воздействие, какие миллионами накладывали на Эгросе мастера-менталисты всем, кто желал пообщаться, выговориться, облегчить душу и решить проблемы с психикой. Стандартная коррекция психолога-менталиста.

— Простите, Доран. Было очень вкусно, но нам пора.

Волус щелкнул дыхательной системой и сказал:

— О! Приходите. Я рад буду вас видеть.

Гаррус протянул свою карточку и расплатился за выпивку. Попрощавшись с предприимчивым и добродушным Дораном, мы вышли из казино.

— Получилось?

— Да.

— Хорошо. — Гаррус любезно предоставил мне руку, начисто игнорируя недовольные и непонимающие взгляды как людей, так и сородичей.

— Веди к "Садам". Ты же знаешь, как у меня обстоят дела с ориентированием на станции. — положив ладонь на сильное предплечье, я лучезарно улыбнулась мрачному мужику, с осуждением во взгляде смотрящего на нашу пару.

— Тебе это доставляет удовольствие? — в ярких голубых глазах блестело веселье и какой-то шкодливый азарт.

— Даже не представляешь какое!

Гаррус тихо вибрирующе рассмеялся. И куда подевалась его стеснительность и неуверенность? Хотя… о чем это я? С такой-то личной жизнью…

— Начинаю понимать. — усмехнулся он. — В этом что-то есть.

— Эпатировать публику — это святое! — я нагло улыбнулась, глядя в глаза возмущенной женщине.

В ответ — тихий мурлыкающий смех.

Мы неспешно сошли с лестницы, столкнувшись на выходе с группой молодых турианцев: двумя парнями и тремя девушками. Столкнулись буквально. На повороте. Турианцы на всей скорости налетели на нас.

Рефлексы сработали раньше разума: захват, рывок, доворот корпуса, подсечь опорную ногу того, кто меня сбил, и высокий парень беспомощно взмахнул руками и упал на спину. Мгновение, и я уже сижу сверху, а массивный пистолет в боевом положении смотрит прямо в расширившиеся серые глаза.

Гаррус переступил через сбитого им же с ног парня, протянул мне руку.

— М-мм… мне уже начинать ревновать? — мурлыкнул он, иронично глядя на обалдевших от таких слов сородичей.

— Ты видишь причину? — я улыбнулась, вкладывая пальцы в его ладонь.

— Мне не нравится, когда до тебя дотрагивается кто-то… чужой. — а глаза-то, глаза… — Тем более — так. — Гаррус отслеживал реакцию моей жертвы, совершенно беспардонным образом наслаждаясь выражением лиц соплеменников.

Рука резко отдернулась от моей ноги, а в серых глазах промелькнуло возмущение. Ой-ой, как мы нервно отреагировали.

— Собственник.

— Несомненно. — Гаррус легко поднял меня на ноги.

Сбитые нами парни поднялись, хмуро глядя на совершенно довольного жизнью сородича, переводя кипящий гневом взгляд на меня. И на массивный крупнокалиберный мощный пистолет боевой модификации в моей руке. Запрещенный к ношению на Цитадели. Носимый открыто. Запрещенный. Дальше логическая цепочка забуксовала, не найди вполне логичного и понятного любому коренному обитателю станции пояснения.

— Смотреть надо, куда идете. — проворчала высокая молодая турианка с белыми клановыми татуировками на мандибулах, вызывающе вздернув подбородок.

— И это говорит одна из тех, кто несся не глядя? — я усмехнулась, глядя в сузившиеся от злости глаза. Пистолет с тихим шелестом вышел в небоевое положение и присосался к захвату на правом бедре под настороженными взглядами.

— Да как ты… — вскинулась турианка.

— Смею. — сухо припечатала я.

Гаррус придирчиво меня осмотрел, аккуратно отряхнул невидимую мне грязь со спины, усмехнулся на злое едва слышное рычание и легко взъерошил мне волосы.

— Обижаешь детишек?

— Что ты… и в мыслях не было.

Турианцы наконец отошли от шока. Полыхнул гнев, раздражение, легкая опаска. Сбитый мной с ног парень хмуро сверлил меня взглядом, косясь периодически на довольного жизнью Гарруса и на оружие у него на бедре.

На глаз им было где-то лет по двадцать. Недавно закончили военную учебку, кровь бурлит, гормоны толкают на поиски приключений. Все — погодки. Видать, и правда прилетели на Цитадель после учебки. У моей непроизвольной жертвы четко ощущался недавно залеченный перелом. У девушки с зелеными полосками на скулах — глубокие и все еще болезненные царапины на спине. Я свернула восприятие: яркие бурные чувства ощущались прекрасно, а знать в подробностях их последние приключения и драки… удовольствие сомнительное.