Танцующая среди ветров. Счастье (СИ) - Танари Таша - Страница 88

Улыбнулась и прижалась к нему тесно-тесно. Как хорошо и спокойно вновь ощущать рядом свой якорь. А еще очень удобно не пересказывать испытанное, не объяснять. Только теперь прочувствовала в полной мере сказанное им ранее: "Эта ипостась более интимна, ею мы пользуемся реже. С близкими, когда требуется передача чувств и мыслей без искажения, когда хочется полного единения и понимания". Именно это мы и ощущали — понимание. Мне достаточно было вспомнить случившееся, и он видел ситуацию через мое восприятие. Здесь и сейчас мы спрятались от сумасшедших трех миров и населяющих их жителей. Наше убежище, и больше ничье. Как же не хочется возвращаться, как страшно думать, что, возможно, это последнее слияние душ.

— Не думай, — шепнул он. — Даже если не получится, ты сделала все, что могла. Всегда помни об этом, родная.

Стукнула его куда-то в плечо, лишь всколыхнув уютно окружающую меня дымку. В ответ пришла знакомая, немного снисходительная усмешка, вызывая калейдоскоп других воспоминаний. Тех, где мои ноги грел маленький дракошка, где он язвил и будил по утрам, где ловил носом мои слезинки и обнимал крыльями, укрывая и отгораживая от забот.

— Не бойся, я навсегда останусь с тобой, даже если уйду раньше.

— Я не боюсь, а ты не уйдешь, — уверенно ответила, возвращая размякшему щиту упругость. Сияние чистого разума очень спасало.

Он все понял и рассмеялся, не весело, но от этого стало теплее.

— Ну конечно, ведь я обещал. Готова?

Я зажмурилась и кивнула. Губ коснулся легкий поцелуй, осыпаясь единственным словом на выдохе: "Возвращайся". И я вернулась, продираясь сквозь странные слои разного восприятия одной и той же реальности. Задержалась чуть дольше в мире теней и светящихся внутри них огоньков, осторожно отпуская из рук тот, в котором горела отвоеванная мной жизнь дракона. Он мягко скользнул сквозь пальцы, будто погладил ладони и медленно поплыл к темному утесу. Ощутила, как слабею, и меня выталкивает в привычное окружение. Вздох — кожа словно помнила дорогие прикосновения, а я замерла, глядя на напряженные лица друзей. Получилось, нет? Ну же. Получилось?

Бледные Оливьеры замерли над телом Шанти, очевидно, вкладывая в него врожденный к целительству дар. Фелисан, сложив руки на груди, всматривался во что-то невидящим взглядом, будто следил за чем-то скрытым и от обычного, и от магического зрения. Альтамус плел чары в такой сложной последовательности, что я даже примерно не представляла, чем он занят. Да хоть кто-нибудь мне что-то подскажет? Ответ пришел, откуда совсем не ждала. Вдруг ожила Антара и, поспешно преодолев разделяющее нас расстояние, крепко меня обняла.

По ее отстраненному лицу я ничего не могла определить, но зато теперь ощущала, как она легонько подрагивает. И лишь это выдавало тщательно скрываемые чувства драконицы. Больше меня не обманет их внешняя холодность.

— Спасибо, — прошептала она.

Я напряглась и хрипло уточнила, боясь дышать:

— Это значит… да?

— Да, — еще крепче стискивая меня, откликнулась незнакомая, но ставшая очень близкой из-за пережитого общего горя рыжеволосая женщина. — Да, да, да, — громче и улыбаясь повторила она.

На меня разом обрушились звуки, запахи и краски. Я заметила, как сильно все вокруг переменилось. Совсем недавно нас окружало раскуроченное место сражения, сейчас о случившемся напоминали только остатки колонн, некогда поддерживающих свод над источником, да глубокие рытвины в земле. Всюду сновали драконы в разных ипостасях, но в их действиях не было суеты. Четко и слажено они наводили порядок, будто выполняли команды, хотя, наверное, так и было. Демонов, кроме близнецов, я не видела, других сущностей из Нижнего Мира — тоже. А еще позади главы Совета Старейшин заметила перетаптывающегося с ноги на ногу Шениара, Шаэну и даже Ширу. Были и другие, допущенные в узкий круг, но я их не знала.

Змеечка поймал мой взгляд, застыл и пристальнее всмотрелся. Что он там искал? Надо думать, что искал — то нашел. Шен подмигнул мне и улыбнулся. И вот только теперь я словно оттаяла, обняла почти задушившую меня маму Шанти, чувствуя, как по щекам бегут целые водопады слез. Наверное, Антара промокла, потому что отстранилась и обеспокоенно заглянула мне в глаза.

— Теперь мы справимся, — произнесла она и отошла к Шаэрриану.

Дальше закружился калейдоскоп событий, наполненных организационными вопросами, бесконечной чередой из приходящих и уходящих лиц, запахом лекарств и ожиданием. Томительным ожиданием, пока организм Шанти восстановится. Но главное, он был жив. И с каждым днем шел на поправку.

После того как Лис снял с тела дракона стазис и совместными усилиями ребята его подлечили, Шаэрриан поколдовал над сыном и в итоге в лечебницу его забрали уже в человеческой ипостаси. Я тогда мало что понимала и слышала, все пребывала в эйфории от накатившего счастья. У нас получилось. Он сдержал обещание, он никуда больше не уйдет. В человеческом облике стали сильнее заметны его увечья, но после всего пережитого это казалось таким легко поправимым. Практически все время я проводила рядом с любимым, разговаривала с ним, иногда пела детские песенки, мешая слова из разных языков. Он не приходил в сознание, но казалось, что слышит.

Лечебницы в Долине сильно отличались от Имперских. На ум сразу приходило горделиво упомянутое Шеном словечко "технологии". Поражал размах и продуманность: настоящий отдельный мирок существ в белых халатах. Так как я наотрез отказалась оставлять Шанти и возвращаться в дом главы Совета Старейшин, мне выделили комнатку по соседству с палатой. И когда суровые драконы, следящие за здоровьем Шанти, выгоняли меня, чтобы выполнить необходимые процедуры, я отсиживалась в ней. Потом неизменно возвращалась погладить свое рыжее чудо и убедиться, что все идет своим чередом. Так прошло чуть больше недели.

Еще в самом начале меня навестил Альтамус, он рассказал о событиях в Империи и том, что теперь угроза ее безопасности исчезла. Осталось разгрести последствия, но все это поправимо и не страшно. Честно говоря, я его почти не слушала. Сумела сосредоточить внимание лишь на ключевых словах, касающихся семейства Андрашей и мамы. С ними все было в порядке, а большее меня мало интересовало. Альт потрепал меня по голове, конечно же, видя, что мыслями я сейчас от него далеко. Сказал, что рад за меня, и никакая сила не стоит жизни близкого человека.

— Как освоишься и все наладится, обязательно встретимся. — Он поцеловал меня в макушку и ушел.

Позже Лис сказал, что Альтамус вернулся в Империю. Его властьимущие родственники под благовидным предлогом основательно уселись ниору на шею, все больше втягивая в дела и заботы, которых он столько лет успешно избегал.

— Значит, теперь Альт остепенится и останется при дворе? — Я вспомнила, с какой ненавистью друг и учитель смотрел на дворец Императора.

— Трудно сказать, как долго мелкий позволит на себе ездить, — жмурясь, ответил котишка. — Не думаю, что планам старшего Форт Абигайла и Императора суждено осуществиться. Альт сделает ровно столько, сколько сам сочтет нужным, и себе не изменит. Они давно миновали тот перекресток, на котором из одаренного мальчишки могли получить преданного и послушного короне универсала.

— Думаешь, Альтамус еще не нашел свою судьбу?

— Могу сказать только то, что он идет в нужном направлении, — ухмыльнулся в усы котик.

Мы еще долго сидели молча. Иллюзор негромко урчал, а я бездумно перебирала его шерстку. Когда Лис уходил, запоздало вспомнила, что не поблагодарила его.

— Спасибо, ты столько для меня сделал. Прости, если не всегда слышала и правильно понимала тебя.

— Я был очень ограничен в возможностях повлиять на события. Ваших создателей устроило бы любое будущее Триквестра. Это жизнь, и как она будет меняться и развиваться, Высшие Силы не слишком заботит, главное, не стоять на месте. Я уже говорил, что твоя роль неоценима, даже Эрданур понимал это. Только вот он видел ситуацию однобоко и ты в его представлении была лишь инструментом. Мне не в чем упрекнуть тебя. Что хотел донести, ты запомнила и сделала правильные выводы.