Танцующая среди ветров. Счастье (СИ) - Танари Таша - Страница 65

— Он к тебе прикасался?

Успокаивающе погладила его.

— После того, что случилось позднее, это мелочи, о которых не стоит теперь волноваться.

Подбодрила так подбодрила: дракон озверел еще больше, меня окатило гневом и сожалением, правда, в этот раз не настолько, чтобы сложиться пополам. Возможно, раз Шанти начал чувствовать мое состояние, то стал закрываться?

Поспешила отвлечь его:

— Я тогда не очень поняла, что и как. Вдруг тема укуса была лишь поводом выяснить что-то другое? Лорд Астагарт тоже участвовал в разговоре, он объяснил мое исцеление вмешательством Лиса.

— Но мы-то знаем, что это не так.

— Тише, хороший мой, все позади.

Шанти крепко прижал меня к себе, зарылся носом в волосы. Я улыбнулась, чувствуя облегчение, тело покалывало от искорок счастья.

— Происшествие с сиртаном царапало мое сознание, но верный смысл ускользал, и я вернулся к нему гораздо позже, уже здесь. Сопоставил факты, кое-что дополнил, роясь в архиве. Теперь смотри, схожая ситуация со скайларами, и опять ты относительно легко отделываешься, хотя без помощи Иллюзора и Шаэны пришлось бы туго. Слишком много совпадений, не находишь? И еще этот нехороший интерес со стороны Темных: ты говорила, лорд Эрданур спрашивал о твоем детстве.

— Он много о чем спрашивал, например, о нашей связи, — припомнила я. — Но да, в основном вопросы крутились вокруг моего прошлого.

— Думаю, там-то и скрыт главный ответ на вопрос, кто ты, Алистер Дэйл, — почувствовала, как Шанти улыбнулся.

— Я это я.

— Вне всяких сомнений, — мурлыкнул дракоша. — Теперь скажи, можно ли поставить в один ряд с озвученными мною странностями относительно тебя тот факт, что твой магический резерв увеличился, а сил при этом особо не прибавилось?

— Ну и память, — пробормотала я.

— В стремлении найти выход из ситуации, в которой мы оказались, я хватался за любые соломинки, — пожал плечом мой мудрый дракоша. — Слишком много неправильного для одной якобы простой тебя. Поэтому я скрупулезно собирал по песчинкам все, что выпадало из нормы и что не укладывалось в логичные объяснения. Сегодняшнее происшествие со скайларами лишь укрепило меня в мыслях о твоей особенности. Еще бы понять, что тогда хотели сказать предки.

— Не знаю, как объяснить эти события, и мне слабо верится в твою невероятную теорию. Будь во мне хоть что-то от драконов, я была бы гораздо сильнее и, наверное, мудрее. — Шанти заглянул мне в глаза, на его губах играла хитрая улыбка. Я тоже улыбнулась. — Но если это поможет нам, если существует хоть крошечная вероятность моей связи с драконами, то я буду цепляться за нее изо всех сил.

— Я не договорил о твоем отце. Ты должна знать, как он погиб.

Все мое благодушие мгновенно рассеялось без следа. Я напряженно всматривалась в сузившиеся зрачки дракоши, он взлохматил свои волосы и закончил самым страшным:

— Его убили… мы.

Мне не хватало воздуха, комната поплыла от сдерживаемых слез. Зачем он так сказал? Я искала объяснение и не находила. Верить в правдивость слов Шанти отчаянно не хотелось. Разве не жестоко, что те, кем я так восхищалась, в чей мир стремилась душой, а попав, сразу полюбила, отняли самого дорогого для меня человека? Почему именно они? Высшие, сколько еще грязи скрыто в прошлом? Чего не коснись — истории Альта, лорда Гарнета, теперь вот и моя собственная. Я барахталась в отчаянии и смятении, пока Шанти не протянул мне руку и не вытащил на поверхность, осторожно целуя мои ладони.

— Прости, мне очень жаль, — шептал любимый, пока я боролась с собой.

Прошлое нужно оставлять в прошлом. Это не наша вина и не наш выбор, мы другие. Ведь другие же, правда? Впервые за вечер я ощутила, как сильно мне не хватает Лиса, уж он наверняка бы нашел правильные слова, чтобы успокоить. Именно объяснить, а не утешить.

— Об этом и говорил сегодня во дворце глава Старейшин?

Шанти кивнул.

— Родная, я долго не знал, как сказать, выбирал момент, оттягивал неизбежное, а сейчас понял, что, сколько ни готовь почву и ни подслащивай горечь свершенного, итог останется прежним. Поэтому с него и начал.

— За что? — сдержала слезы и выпрямилась, чувствуя напряжение во всем теле. Я не позволю себе раскиснуть, буду сильной. Нужно уметь принимать действительность, какой бы жестокой она ни казалась.

— В этом-то я и пытался разобраться. Понимаешь, формально Совет приговорил его к смерти еще тогда, когда на свет выплыла та история с дочерью клана Сияющих.

— Леди Шайнесс Олиан Рокнару? — удивительно, как легко я запомнила имя неизвестной драконицы, пошедшей наперекор судьбе. Я даже не испытывала к ней ни ревности, ни злости.

— Верно. Несси… — Шанти смотрел изучающе, будто пытаясь что-то понять, найти какие-то важные для него ответы.

Душу вновь тронула тоска, но я собрала волю и хрипло уточнила:

— Формально — звучит мерзко, были еще причины?

— Материалы дела засекречены, могу судить лишь по документам, имеющим косвенное отношение к событиям того времени. Ну и многое я почерпнул из разговоров с главой, так или иначе, ему приходилось делиться информацией. Отец прикрывал отношения друзей, возможно, им и дальше удавалось сохранять все в тайне, но Шайнесс не захотела довольствоваться малым. Она открыто выступила против Совета и разорвала помолвку с представителем одного из влиятельных родов дома Стэн. Шайген входили, да и сейчас входят, в Совет, многие из них занимают высокое положение на ответственных должностях, они не простили, призвав главу Старейшин к ответу.

— Как глупо и мелочно, — возмутилась я, хотя умом понимала, что очень даже предсказуемо. — Думала, драконы выше мести. Она же наверняка ему ничего не обещала.

— Родная, я понимаю твои чувства, — Шанти вздохнул, — но и ты пойми. Самый высокий уровень, уважаемые и почитаемые драконы Небесной Долины, чьи фамилии известны всем, и такое неприкрытое пренебрежение. Дочь главы, того, кто стоит на защите непоколебимых устоев нашего мира, выбрала человека. Человека. И не просто выбрала, она пошла дальше, не раскаялась, продолжила упорствовать, и самое главное, понесла от него.

Я растерянно хлопала глазами, пытаясь осознать последнее. Есть ли предел человеческому удивлению? Сегодня на меня свалилось столько нового, что начинало казаться, будто все ненастоящее. Может, я сплю? Или отравленный ядом скайларов разум рождает странные, очень реалистичные видения, тогда как тело пребывает без сознания? У меня есть родня среди драконов? Тут я вспомнила старый разговор с Шанти в Подземном Царстве и туманные речи Шаэрриана, поникла:

— Ты говорил, такие дети не выживают.

— Он и не выжил… во всяком случае, так сказал отец, и у меня нет причин ему не доверять. Он и сам до последнего хотел верить в чудо, но увы.

— Жуткая история, и самое печальное, что она не о каких-то абстрактных, давно почивших существах, а о близких и родных.

Дракоша осторожно притянул меня к себе, словно боясь спугнуть. Я горько улыбнулась и сама обняла его покрепче.

— Неужели ты боялся, что я откажусь от тебя из-за этого? Мой мудрый дракоша, совершенно не способный предугадать мои действия.

— Я мало общался с людьми. Иногда мне сложно понять вашу логику, часто она вообще отсутствует.

Не сдержала нервный смешок.

— Да, Дант говорил о чем-то подобном.

— Мне удалось выяснить, что Шайнесс оставили магию, потому что она ждала ребенка. Обряд запечатывания довольно болезненный и тяжелый, это могло бы пагубно отразиться и на ее организме, и на здоровье плода. Никто не знал, чего ожидать от такой беременности. Все карательные мероприятия отложили до момента рождения.

Я уловила сильную тревогу, исходящую от Шанти, смятение и что-то еще — не разберешь.

— Ты опять вспоминаешь те видения? Не мучай себя.

— Это другое, хотя забыть воспоминания Фредерика Дэйла мне будет сложно.

Появилось ощущение, что любимый о чем-то умалчивает, ограждая меня от неприятных знаний. Подумала и не стала настаивать: я абсолютно доверяю ему.