Танцующая среди ветров. Любовь (СИ) - Танари Таша - Страница 44

— Еще поговорим, — прошипела демоница, обращаясь к ниору. — До встречи.

— Всенепременно, — беспечно отозвался Альт и подмигнул ей.

Зачем он провоцировал и так разъяренную девушку, я не поняла, зато сама удостоилась улыбки Фенрира, больше походящей на злобную гримасу.

— Прошу следовать за мной. — Не дожидаясь ответа, он зашагал в сторону широкой каменной лестницы и даже не обернулся ни разу. Вот откуда столько самоуверенности?

Впрочем, за ним мы все же пошли. Фенрир держался впереди на некотором расстоянии все же недостаточном, чтобы не расслышать слов, произнесенных любым из нас. И раз уж поговорить не получалось, то я, пользуясь случаем, вертела по сторонам головой и рассматривала новый мир. Совершенно иная обстановка, ничем не походящая на привычный глазу пейзаж, вызывала смешанные чувства. Над головой вместо неба — темный свод, усыпанный мириадами крошечных поблескивающих светил, напоминающих звезды. Они давали равномерный, рассеянный свет, создающий атмосферу мрачной таинственности. Этому же способствовало отсутствие ярких красок, все вокруг выглядело сдержанным и торжественно-холодным. Много темного камня, высоких зданий, уходящих шпилями далеко за границы видимости, много красных и желтых огней, льющихся из стрельчатых арок и ниш, дополняющих впечатление ночи среди дня. А, кстати, день ли у них сейчас? Может, время в Нижнем Мире течет иначе, чем в нашем?

Поражал единый ансамбль застройки, будто перед тобой не город, а гигантский целостный организм, если такое сравнение вообще можно применить к совокупности зданий, мостов, переходов, лестниц, куполов, дорог, оградительных стен. Нигде не заметно ни кустика, ни травинки. Редкие деревья, что попадались по пути, были усыпаны золотисто-бурой листвой. В низинах клубился фиолетовый туман, скорее всего, обманчивое освещение придавало ему столь необычный цвет. Холода я не чувствовала равно как и тепла, странное ощущение отсутствия погоды сбивало с толку. Дул слабый ветерок, но и он казался лишенным своей главной составляющей, в нем не чувствовалось жизни — что есть, что нет. Похоже, осень здесь поселилась навечно — это время года больше всего соответствовало окружающей действительности.

Тем временем мы миновали очередной мост, вторым уровнем нависший над улицей с паутиной сплетенных в сеть зданий, и остановились у величественного строения, достойного называться дворцом. За высокой решетчатой оградой темнели стены с необычными овальными окнами, на ставнях которых проблескивал серый металл. Из окон лился теплый свет, высокие колонны, поддерживающие арочный свод входа, обвивали каменные змеи с разинутыми пастями, с карнизов башен, сверкая алыми глазками, взлетали летучие мыши.

Дворец стоял на возвышении, нависая над всем остальным городом. За счет многоуровневой системы застройки я и не заметила, как высоко мы забрались, переходя от одной полого вьющейся лестницы к другой. К парадному входу опять-таки вела лестница, только куда более крутая, с широкими массивными ступенями из грубого неотесанного камня. Словно она не имела никакого отношения к тому утонченно-прекрасному зданию, путь к которому предваряла. Может быть, она здесь находилась задолго до того, как возник сам дворец?

Мое внимание привлек разговор на повышенных тонах. На середине лестницы, облокотившись на балюстраду, стоял высокий черноволосый мужчина с безупречными чертами лица. Сейчас их портило выражение неодобрения, он был явно раздосадован и, не стесняясь в выражениях, распекал своего спутника. Тот пытался возражать и робко оправдывался, немного склонившись вперед, будто извинялся даже своей позой. Но это не производило должного впечатления на собеседника, весь облик которого демонстрировал превосходство. Становилось очевидным — он привык отдавать приказы, привык к власти и послушанию.

Сопровождающий нашу компанию Фенрир громко хлопнул в ладоши. Мужчина прервал гневную речь и с раздражением посмотрел на возмутителя спокойствия. Затем его взгляд скользнул по нам, и холодная маска каменной статуи преобразилась в такое знакомое обаятельное лицо шебутного демона.

— Алиса? Альт? — удивленно воскликнул Данталиан. Небрежно махнул рукой провинившемуся, не отрывая от нас взгляда: — Потом договорим, исчезни.

— Знаешь их? — кисло поинтересовался Фенрир.

Я не стала дожидаться ответа друга, а помчалась вверх по ступеням навстречу раскрытым объятиям. Привычный запах костра и хвои окутал меня, стоило повиснуть на шее Данта.

— Ну чудно, — донесся недовольный голос несносного Фенрира. — И что я еще не знаю, а братец?

— Хватит скрипеть, — весело откликнулся Дант, покружил меня и поставил на землю. — Ты, кузен, не слишком-то любезно встречаешь наших гостей.

— Ваших, — въедливо уточнил вредный демон, поднимаясь к нам. Его примеру последовали Фелисан и Альтамус.

— Какими судьбами, да еще такой компанией? — подмигнул Дант ниору. — Алиса — сумасшедшая голова, не сидится тебе на месте, да? И других с собой подбила. — Дант учтиво кивнул Лису. — Приветствую тебя, Иллюзорный кот, в Подземном Царстве, будь моим гостем. — Хищник тряхнул головой, выказывая одобрение. Фенрир, уже собравшийся опять вставить какую-то реплику, поперхнулся на полуслове.

— Иллюзор? Реально? Ты меня не разводишь? — Дант рассмеялся, а Лис насмешливо ответил:

— Именно, тебе бы стоило внимательнее относиться ко всему новому. Как знать, с чем сведет судьба? Впрочем, такому молодому демоненку еще простительно подобное отсутствие проницательности. — Надо было видеть, как перекосило Фенрира после слов Лиса. Данталиан хлопнул по плечу своего родственника и представил всех по порядку:

— Запоминай и не смей обижать. Альтамус Форт Абигайл — универсал, Фелисан — Иллюзор, Алистер, — тут он плутовато усмехнулся, — моя подруга. Моя и Лилиан, это метка сестры красуется на запястье человечки.

— Ясно все, — Фенрир продолжал выглядеть недовольным. — Добро пожаловать в Подземное Царство. Большая честь, Иллюзорный кот. — Лис сдержано кивнул.

— Пойдемте внутрь, Лили обрадуется, когда узнает, какие гости пожаловали. Хотя, — он с сомнением посмотрел на ниора, — за тебя утверждать не берусь.

Абигайл расплылся в счастливой улыбке.

— Ну-ну, я разберусь. Уверен, мне удастся снять все недоразумения, если таковые имеются.

Не успели мы миновать и пары огромных богато украшенных залов, как меня снес ураган под названием Лили.

— Алиска. Вот молодец, я думала, никогда не соберешься, — Подруга крепко меня обнимала, да так, что я забеспокоилась за свою целостность.

— Я тоже рада, очень-очень. Только полегче, пожалуйста. — Демоница рассмеялась и выпустила меня. — А вы удачно к нам заглянули, как раз накануне бала Стихий. — У меня сложилось впечатление, что сие откровение стало неожиданностью только для меня. Лис и Альт удивления не выказали.

— Вы мне расскажете, где и когда успели обзавестись столь интересными связями? — глядя почему-то исключительно на меня, спросил Фенрир.

— Любопытство — страшный порок, — многозначительно обронил мой любимый демон, подмигивая.

— Я обожаю пороки в любых проявлениях, — парировал Фенрир и тоже мне подмигнул, отчего я почувствовала себя неловко. Чего это он?

— Хватит трепаться, — встряла Лили, — через четыре часа начнется бал. Вам надлежит присутствовать на церемониальной части открытия, не забыли? — Демоны дружно скривились, как от зубной боли.

— Забудешь тут, — буркнул Дант.

— Чудно, — продолжила она, как ни в чем не бывало, — забирай гостей, размещай их, я позабочусь об Алисе. Отцу представим их уже на празднике или после, посмотрим. — Раздав указания, Лилиан утянула меня за собой.

Я и пискнуть не успела, как уже потеряла друзей из виду — узнаю подругу. Перестала беспокоиться, о чем бы то ни было, и отдалась во власть ее всепоглощающей кипучей энергии.

— Что с волосами? Зачем обрезала, неудачный эксперимент? — Я досадливо скривилась.

— Захотелось разнообразия.

— О, отлично понимаю. — Я с улыбкой посмотрела не ее прическу, обрамленную широкой полосой жемчужно-белых волос, граничащих с черными, как сама тьма. Наши совместные художества уже отрасли и выглядели причудливой шалостью. — Ничего, мы и из этого красоту наведем. — Лили прищелкнула пальцами и что-то произнесла на другом языке. Вскоре в комнату, где мы теперь находились, вошли статные девушки с броской, даже несколько агрессивной внешностью.