Танцующая среди ветров. Дружба (СИ) - Танари Таша - Страница 17

— Нравится?

— Не то слово, — восхищенно откликнулась я, украдкой протягивая руку к торчащей из панели приборов серебристой рогатине, интересно же. — Расскажете, как здесь все устроено?

— Отчего не рассказать.

И следующий час я хвостом ходила за добродушным капитаном, который в моих глазах теперь выглядел, ну очень крутым человеком. Потому что разбираться во всех этих хитрых механизмах, управлять судном и еще всю команду держать в своих руках, это вам не рыбу сетями ловить. Он мне все показывал и рассказывал, а я завороженно смотрела и слушала, затаив дыхание. Не знаю, почему такой занятой человек вообще стал со мной возиться, видимо, его подкупил мой искренний интерес. Было заметно, что он очень любит свою работу и свою лодочку, как он ласково называл паром.

Все, что в итоге мне удалось запомнить, это то, что на корпусе парома закреплен становой якорь с канатом, под днищем расположены поворотные пластины с приводом управления. Там же, только в кормовой части установлены стабилизирующие рули, которые связаны с приводом управления поворотными пластинами на вертикально ориентированных валах. А сами пластины имеют симметричную обтекаемую форму. Подобная конструкция используется только для самоходных паромов речной переправы, а значит, на нашем озере аналогов данной посудине нет. По ходовым качествам и управляемости плавсредство имеет высокое лобовое сопротивление лопаток, большие нагрузки на канат и якорь при остановке, а также при буксировке, — последнее капитана явно расстраивало.

В действие же вся эта конструкция приводится следующим образом. При нейтральном положении штурвала все симметричные пластины стоят параллельно продольной оси парома. Набегающий водный поток равномерно обтекает лопатки с обеих сторон. В этом случае лопатки не создают силу тяги, и паром стоит на месте.

При отклонении штурвала в любую сторону пластины занимают положение под углом к набегающему потоку воды. Под действием, которого с одной стороны лопатки образуется зона повышенного давления, с обратной стороны — пониженного. В результате разностей давления создается суммирующая сила тяги. Именно она и двигает паром в сторону, отклоненную от нейтрального положения лопатки. А стабилизирующие рули обеспечивают устойчивость движения.

Когда информация уже перестала вмещаться в мою голову, капитан, верно подметив, что с меня довольно, еще раз весело подмигнул, пожал руку и ушел по своим делам. Так что теперь я сидела и бездумно наслаждалась проплывающими мимо пейзажами, легким свежим ветерком, треплющим волосы, и красотой беспокойной, бесконечно волнующейся водной глади. Солнце играло на блестящих поручнях вдоль борта, слышался равномерный гул из недр посудины и плеск рассекаемых волн. Было так хорошо, что даже все утренние переживания и треволнения отошли куда-то на задний план. Полезно все-таки иногда переключить внимание на совершенно другую сферу интересов, повезло мне с капитаном.

Из расслабленного состояния меня вывел задумчивый голос дракона.

— Алистер, тебе не показалось странным появление бандогов здесь у переправы? Да еще как раз, когда ожидается, что за нами должен быть хвост. Интересные совпадения не находишь?

— А? — Я рассеяно заморгала, пытаясь вернуться к действительности и понять, что он имеет ввиду. — Ты знаешь, да. Я тоже подумала, откуда бы им взяться, но мало ли в жизни всякое бывает.

— Угу. Помнится, мальчишка сказал, сударь был беловолосый…

— Марис? — От страшной догадки на лбу выступила испарина. Высшие, да он же находился совсем рядом с нами.

— Я не исключаю такой вероятности. Потому что в совпадения особо никогда не верил.

— Можно попробовать расспросить Атиллу, вдруг он сможет описать того по подробнее.

— Какой смысл это делать? Во-первых, вызовем ненужные подозрения и вопросы. А во-вторых, допустим, убедимся мы, что это Марис, и что нам это даст? Планы же мы свои менять все равно не будем.

— Тоже верно, — я вздохнула.

— Ну вот, просто нужно быть максимально осторожными, пока не окажемся в безопасности. Да и тогда лучше лишний раз не привлекать внимание. Чего всполошилась? Все будет хорошо.

Тоже мне оптимист нашелся, хотя… Действительно, что толку теперь переживать о прошлом, пронесло в этот раз и хорошо. На будущее будет наука.

— Шанти, ты заступился за человеческого мальчишку, — сменила тему я.

Дракончик вопросительно на меня посмотрел.

— Вы же никогда не вмешиваетесь в дела других миров, тебе ведь до ребенка нет никакого дела.

— Почти никогда, — поправил он. — Вообще, мне не сложно, а у тебя такое лицо было… Видела бы ты себя со стороны, бледная как смерть, глаза горят. Я решил ты сама сейчас прыгнешь на его защиту. О чем ты думала в тот момент?

— Вспомнила, как от горных волков убегала. А почему псы тебя испугались? — Он пожал плечами.

— Я дракон, помнишь? Они чувствуют силу, несмотря на мой облик и кандалы.

Вот так, он — дракон, будто этим все на свете можно объяснить. Ну и ладно, не стану ни о чем пока думать, растворюсь в речном ветре.

— Есть идеи, как добираться в эту глухомань с туманным названием владения лорда Андраша? И кстати, ты вообще про него что-нибудь слышала раньше?

Я растеряно взъерошила челку. Я хоть и житель этого мира, но всех мелко земельных помещиков знать не обязана, да и крупных тоже.

— Неа, только то, что сказал Цигун. У него есть младший сын, следовательно, есть и другие дети. Вот этот сын и забрал приглянувшуюся ему легкомысленную девицу. Ни как того зовут, ни других подробностей я не выясняла. По-моему, Цигун и сам мало про них знает. А я не думала, что придется всерьез заинтересоваться данным субъектом. Хотелось просто поскорее отделаться от обещанного поручения. Полагала, приду на место, разведаю все, попрошу передать записку адресату и, не задерживаясь, откланяюсь.

— Мдааа, ты всегда такая дальновидная? Сколько тебя знаю, не перестаю удивляться. Ты совершенно не продумываешь последствия своих шагов. Странным образом сначала планируешь что-то, мало представляя, как это что-то будешь потом достигать.

Вот ведь язва шибко умная, и главное, ничего не возразишь. В последнее время я, и правда, совершила столько необдуманных поступков, что теперь, чувствую, долго разгребать придется.

— Мне же не сто восемьдесят лет, — огрызнулась я. — Говорят, на ошибках учатся.

— Сто восемьдесят и семь. А еще говорят, что с возрастом мы умнеем, врут все, — миролюбиво заметил дракон.

Я фыркнула. — Зато у меня есть идеи, как нам обосноваться на месте, только нужно будет прежде все разузнать. Пойдем пока перекусим, а потом в подходящем месте расскажу, что задумала.

Время от прощания с улыбчивым капитаном, Атиллой и его отцом до того, как мы въехали на постоялый двор придорожной таверны, пролетело быстро и ничем примечательным не отличалось. Мы быстро поужинали. Шанти, оставаясь верным себе, попросил меня заказать огромную баранью ногу с щедро сдобренным к ней гарниром и ничтоже сумняшеся, под моим скептическим взглядом, без проволочек умял это все в один присест.

Сейчас он сидел напротив и сыто щурился на то, как я медленно доедаю свое овощное рагу. Я красноречиво повращала очами, мол, нечего тут разглядывать, сам поел — дай поесть другому, и быстро запихнув в рот остатки, помахала перед его носом ключом от наших сегодняшних апартаментов.

Пришлось изрядно потратиться на извозчика и ночлег, но промедление было смерти подобно. Пока бы мы пешком тащились по пыльным дорогам и подыскивали, где заночевать, нас легко могли вычислить и перехватить, тем более с таким подспорьем в виде бандогов. Денег у меня имелось немного, но взвесив на одной чаше весов наши жизни, а на другой материальное благополучие, выбор оказался очевидным. Только вот теперь нужно хорошо подумать, как будем выкручиваться дальше. И кажется, я знаю как мы поступим.

— Ну, выкладывай, — с порога потребовал Шанти, как только дверь в комнату за нами закрылась.