Пираты Черных гор - Черненко Дэн - Страница 57

– Разорены! – воскликнул барон и вцепился в свою густую бороду, как будто хотел убедиться в ее наличии. – Разорены проклятыми варварами, и даже мой государь не станет ничего делать, чтобы облегчить страдания моего города!

– Ты, кажется, намеренно не хочешь понять меня, – сказал Грас.

Но Бутастур даже не слушал его.

– Разорены! – снова закричал он, еще более горестно, чем раньше. – Как сможем мы подняться после разорения ментеше?

Грас потерял терпение. Он только что кровью своих солдат заплатил за то, чтобы прогнать кочевников из этих мест, а губернатор, похоже, ничего не заметил.

– Как вы подниметесь? – прорычал он. – Заткнись и принимайся за восстановление разрушенного – это будет хорошее начало. Я говорил тебе, что сделаю, что смогу. Я просто не знаю, сколько смогу сделать. Я ясно говорю, ваше превосходительство?

Бутастур отшатнулся от него, как будто перед ним стоял один из палачей Улаша.

– Да-да, ваше величество.

Грас видел множество дворцовых слуг, которые подчинялись власти не иначе как только так – не потому, что власть была права, а потому, что это была власть и с ними могло случиться кое-что плохое, если бы они не подчинились.

Вечером в лагере король разговаривал с Гирундо:

– Я могу сражаться с кочевниками. Но что, как полагаешь, мне делать, когда мой соотечественник едва ли не вынуждает меня повесить его на самой высокой башне города?

– Можете именно так и поступать, ваше величество, – ответил генерал. – В королевстве станет немного меньше идиотов.

– Не искушай меня! Но если я начну вешать в Аворнисе всех дураков, сколько людей останется в живых через полгода? И не повесят ли меня самого за то, что я был глуп настолько, что начал вешать дураков?

– Ваше величество, если вы начнете вешать дураков, кто осмелится восстать и признаться, что он один из этих дураков? – Гирундо ухмыльнулся.

– Прекрати! – воскликнул Грас – Ты доведешь меня до головной боли, и я не смогу насладиться выпивкой.

На следующее утро армия двинулась дальше. За ночь банды ментеше исчезли из виду. Если бы не сгоревшие поля и дома фермеров, никто бы не узнал, что здесь побывали люди Улаша. Однако впереди В небо поднимались столбы дыма – значит, враги продолжают разорять Аворнис. Грас чувствовал дым каждый раз, когда вздыхал.

Он выслал вперед эскадрон с целью разведать обстановку, и в то время как основная армия Аворниса продвигалась вперед, король ожидал появления гонца с сообщением, что кочевники атаковали его солдат. Но, к удивлению Граса, ничего подобного не происходило. Армия спешно двигалась по разоренной местности, не встречая ни одного ментеше. Может быть, люди Улаша удирали назад к Стуре. Грасу хотелось в это верить. Он очень хотел, но не мог.

Было уже за полдень, когда король понял, что с раннего утра не получал никаких вестей от эскадрона.

– Неужели там все в порядке? Как ты полагаешь? – спросил он у Гирундо, указывая на запад, куда он отправил своих людей.

– Может, и так, – ответил генерал. – У нас был довольно спокойный день. – Но он нервно дернулся, когда Грас внимательно посмотрел на него. – Ну хорошо, ваше величество. Не похоже, чтобы было так.

– Пошли другой эскадрон, – сказал Грас. – Если с первым все в порядке, можешь назвать меня беспокойной старухой. Но если нет…

«Если нет, то, очевидно, уже слишком поздно, чтобы помочь людям. Почему я не начал беспокоиться раньше? »

Напряжение Граса росло. Оно напоминало ему чувство, которое испытываешь, когда кто-то пристально наблюдает за тобой. Это заставляло его то и дело оглядываться. Естественно, никто не смотрел в его сторону.

В конце концов король вызвал своего колдуна.

– Ты можешь мне что-нибудь сказать об эскадроне? – требовательно спросил он.

– Я не знаю, ваше величество. Дайте посмотреть, что я могу угадать.

Птероклс принялся шептать заклинание. Грас узнал монотонный напев; это был род наговора, который волшебники используют, чтобы найти пропавшие монеты или отбившуюся от стада овцу. Король предполагал, что Птероклс станет использовать что-то более необычное, но если простое заклинание подействует…

Птероклс не закончил заклинания, просто оборвал его вздохом ужаса. Его длинное, худое лицо стало белым, как полотно, и теперь напоминало череп. Прежде чем Грас успел спросить, что случилось, колдун согнулся пополам, и его стало шумно рвать.

Грас подумал, не съел ли он чего-то несвежего. В это мгновение топот копыт отвлек его.

– Ваше величество! – закричал командир эскадрона, которого Гирундо послал на поиски пропавших разведчиков. – О, ваше величество! Ради богов, ваше величество!

– Я здесь, – отозвался Грас, чувствуя нарастающее беспокойство. – Что случилось, капитан? Вы нашли их?

Капитан кивнул. Он был так же бледен, как Птероклс, и казалось, с трудом сдерживает тошноту.

– Да, ваше величество, – он судорожно вздохнул и стал еще бледнее. – Мы нашли их.

– Ментеше схватили их? – спросил он.

– Да. – Капитан попытался изобразить кивок. – Ментеше схватили их, ваше величество.

– И?

– Я не стану говорить об этом, – ответил капитан. – Ни за что. Если вы мне прикажете, я отведу вас к ним. Если не прикажете, я никогда не приближусь снова к этому месту. Никогда!

Последнее слово прозвучало почти как визг. Офицер задрожал.

– Что бы там ни было, мне надо посмотреть, – сказал Грас. – Сейчас же проводи меня туда, капитан. Сейчас же, ты слышишь меня?

– Я слышу вас, ваше величество, – офицера снова передернуло. – Я подчиняюсь приказу. Поехали!

– Охрана, – прохрипел Птероклс. – Возьмите охрану. Это не пришло Грасу в голову. Однако совет стоил того, чтобы к нему прислушаться. И телохранители окружили его.

Их небольшой отряд сначала поднялся на возвышенность, откуда король не мог как следует рассмотреть подробности… истребления его людей.

Когда Грас подъехал ближе, он понял, как расправились с разведчиками и их лошадьми и что сделали с их телами после того, как они умерли… или пока они умирали.

– Нет, – произнес он. – Никто не мог совершить такого.

Но его глаза, вероломные, говорящие правду глаза, настаивали на том, что кто-то все это совершил. То, что они были изуродованы, было само по себе плохо. Но то, что мертвецы были еще и изнасилованы…

– Вы видите, ваше величество? – Капитан тяжело дышал. – И я уже видел, но лучше бы мне не видеть.

Грас не ответил. Он ехал сквозь эту картину ужаса и мучений и чувствовал, что ему нужно увидеть все. Он узнал о жестокой изобретательности в эти несколько минут больше, чем когда-либо знал или даже хотел знать.

Наконец он нашел слова:

– Я не думал, что ментеше на такое способны.

– Они обычно… нет, – ответил офицер. – Я давно служу на юге. Это… – Он отвернулся. – Для этого нет слов.

– Низвергнутый, – в голосе короля звенела сталь. – Это его рук дело. Он пытается запугать нас.

– Он знает, как добиться того, что он хочет, не так ли? – Капитан зашелся в истерическом смехе.

Но Грас покачал головой:

– Нет. Это – потрясает, но не заставит меня бояться. Это делает меня злым. Я хочу мести.

Он помолчал. Значит ли это отплатить ментеше их же монетой? Смог ли он решиться приказать своим людям сделать что-то подобное? Тогда… не пригласить ли Низвергнутого занять резиденцию в Аворнисе?

– Лучшая месть, какую я знаю, это плетью выгнать их вон из нашего королевства.

– А что нам делать с… этим, ваше величество?

– Мы устроим погребальный костер. Мы сожжем мертвых. Мы все равны в огне. – Грас снова помолчал, затем добавил: – На этот раз мы сожжем и лошадей. Они заслужили надругательств ментеше еще меньше, чем наши солдаты. Они были животными, просто животными.

Как он приказал, так и сделали. Дым от огромного погребального костра смешивался с дымом горящих полей. К его облегчению, люди, которые клали мертвых в костер, испытывали те же чувства, что и он. Изувеченные тела вызывали ужас и ярость, но не страх.