Падшие ангелы (ЛП) - Шеттлер Джон - Страница 47

— Ответа нет, товарищ капитан, — подавленно сказал он. — Я повторил трижды.

Карпов принял сердитый вид.

— Да что с ними такое? Они что, не видели, что мы можем?

— Возможно, взрыв повредил их аппаратуру связи, — Роденко стоял рядом, скрестив руки и оценивая ситуацию.

— Николин?

— Возможно, но маловероятно, товарищ капитан. У них нет современно электроники, и во многом их системы гораздо более устойчивы к ЭМИ.

— Согласен, — сказал Роденко. — Кроме того, взрыв произошел на малой высоте. Он в любом случае не мог создать значительного импульса.

— Значит, они соблюдают радиомолчание намеренно, — заключил Карпов. — Это означает, что они что-то готовят. Внезапную атаку.

— Они не смогут застать нас врасплох, товарищ капитан. Мы можем вести постоянное слежение за их авианосцами с вертолетов.

— За сколько они смогут доложить?

— За минуту, товарищ капитан.

Тарасов неуверенно двинулся в кресле и нахмурился. Его лицо явно было сосредоточенным. Карпов уловил его движение краем глаза и осторожно посмотрел. Он уже видел это прежде и знал, что Тарасов что-то засек. Он ждал, внимательно глядя на экран сонара, пока Тарасов не повернулся в его сторону[72].

— Наблюдаю подводную цель, пеленг 240, дистанция 18 000, дизель-электрическая подводная лодка. Скорость шесть узлов, курсом на корабль.

— Кто-то крадется к нам, — сказал Карпов, глядя на Роденко. — Не очень дружелюбно. Готов ли второй Ка-40 к взлету?

— Так точно. Второй вертолет к взлету готов.

— Взлет немедленно. Обойти цель и уточнить буями. Они считают, что могут подкрасться к нам подобным образом, но скоро мы покажем им, что это не так.

Внимание Карпова не посчастливилось привлечь USS «Арчерфиш». Лодка выполняла седьмой и последний боевой поход, имея задачей спасение экипажей В-29 в случае, если те будут сбиты в последние дни вблизи Японии. Для коммандера Джозефа Фрэнсиса Энрайта это была пресная задача по сравнению в той славой, которую он заработал в прошлом году, обнаружив формирование из пяти кораблей — авианосец с четырьмя кораблями охранения. Мало какому командиру подводной лодки удавалось подобное.

После головокружительной погони с целью опередить японскую флотилию и выйти на огневую позицию, «Арчерфиш» выпустила шесть торпед из всех носовых аппаратов и, как не удивительно, добилась шести попаданий[73]. Вскоре он узнал, что потопил «Синано», крупнейший авианосец своего времени. Заложенный первоначально как третий линкор типа «Ямато», он был благоразумно перестроен в авианосец. За это Энрайт получил благодарность президента, а успех наполнил экипаж гордостью и энтузиазмом.

Следующий поход был не таким славным. Энрайт оказался в маленькой «Волчьей стае» из трех подводных лодок под обозначением «болваны», действующей в Южно-Китайском море. В ходе одного короткого боя они атаковали и потопили японскую подводную лодку, хотя позднее эта победа не была подтверждена. Итак, в своем последнем боевом походе лодка действовала у южной оконечности острова Хоккайдо, мыса Эримо Саки. Ликование по поводу окончания войны было заслуженным, но недолгим. «Арчерфиш» направлялась в токийский залив для участия в церемонии капитуляции, но затем внезапно получила приказ изменить курс и идти на север.

В это время в районе Хоккайдо действовало немало лодок. Две из них оказались поблизости, и присоединились к операции — «Атуле» коммандера Джона Маурера и старая «Гато», первая лодка своего типа, под командованием лейтенант-коммандера Ричарда Фарелла. Вместе они потопили несколько японских сторожевых кораблей и морского охотника вблизи острова, но теперь присоединились к Энрайту и образовали «волчью стаю», направившуюся на север, чтобы искать русских! Это был крайне необычный приказ, от которого у многих членов экипажа отвисла челюсть, когда лодка развернулась на север.

Энрайт не был доволен эти делом. Он все еще собирался взглянуть на Токийский залив, а теперь оказался вынужден душиться в этой лодке, со всей ее роскошной системой кондиционирования. Слишком много потных обезьян. Эта проклятая система должна была исправить проблему, но от нее стало только хуже. Он так и записал в судовом журнале: «установка системы кондиционирования воздуха ухудшила, а не улучшила обитаемость корабля». Это бы не имело особого значения, если бы они могли идти в надводном положении, но по какой-то причине в приказе особо подчеркивалось, что они должны были следовать к целям исключительно в подводном положении, всплывая только для плановых проверок обстановки радиолокаторами. Задачей было обнаружить три русских корабля.

Он вытер лоб носовым платком и посмотрел на лейтенант-коммандера Л.Дж. Бернарда, стоявшего за перископом. Порядок состоял в том, чтобы следовать на перископной глубине, всплывая для проверки обстановки радаром каждые тридцать минут. Затем они должны были уйти на большую глубину и следовать за любыми обнаруженным целями. В данный момент они проползли мимо восточного побережья Хоккайдо и теперь находились примерно в 20 милях к северо-востоку от острова Шикотан. Всплывая, они видел вдали длинные серые силуэты южных Курильских островов.

— Опять помехи? — Спросил Энрайт Бернадра о необычных показаниях, обнаруженных во время последней проверки обстановки.

— Частота и импульс не совпадают ни с одним японским радаром, — ответил Берндард. — Прекратились пять минут назад. Фиксируем импульсы. Похоже, там кто-то шумит.

— На сонаре ничего, только гул вдали, который мы считаем шумами целей.

— Было также предупреждение о тайфуне. Мы видели что-то похожее два часа назад, повреждений нет. Тем не менее, шторм может создать немало проблем.

— Вот о шторме я бы не беспокоился. Я слышал, что из-за него церемонию в Токио могут отложить, и это замечательно. Я хотел бы оказаться там — мы все это заслужили.

— Так если японцы сдались, почему они ведут противодействие?

— Потому что, лейтенант-коммандер, мы теперь ищем не японцев. На этот раз это русские.

— Неужто? Тогда это тоже не имеет смысла. Тем не менее, на сонаре что-то есть, сэр. Мы просто не можем разобраться за этими помехами. Нам нужно всплыть и осмотреться радаром.

Энрайт посмотрел на часы и кивнул.

— Хорошо, — сказал он, пожимая плечами. — Выпустить две дымовые шашки и всплывать. Может быть, радар поможет разобраться в этом бардаке.

Спустя несколько минут лодка всплыла, и вскоре они обнаружили на радаре три объекта. Один из них был опознан как «Гато» благодаря системе «Свой-чужой», два других опознаны не были. Один из них был воздушной целью, приближающейся с севера, второй — надводной. Затем надводная цель исчезла с экрана сразу после того, как появилась.

Энрайт поднялся на рубку, чтобы осмотреть объект в бинокль, но то, что он увидел, было не похоже ни на какой летательный аппарат, который он видел прежде. Он двигался медленно, время от времени вообще словно зависал, а затем снова двигался. Что это, черт его дери?

Он не собирался торчать посреди быстро рассеивающейся дымовой завесы, дабы узнать что-либо еще. У него был пеленг на цель, так что он приказал быстро погружаться и занимать новый курс на северо-восток вместе с «Гато». Короткий сеанс связи подтвердил, что «Атуле» также находилась поблизости, к западу от «Гато».

— Что-то там точно есть, — сказал он Бернарду. — Самое странное, что я когда-либо видел. Что же… У нас есть трое злых ребят на правильной позиции для рывка на север. Так и поступим. — Это было ошибка, о которой он мог бы пожалеть, но приказ был приказом, так что он приказал изменить курс на пять градусов и двигаться вперед.

Торпедист «Атуле» Дон Суини укладывал личные вещи в брезентовый мешок, когда раздался сигнал тревоги. Он просматривал свои награды, думая о возвращении домой в Иллинойс. Одной из них был «Священный орден Золотого Дракона», полученный им 8 июля, когда лодка пересекла 180-й меридиан, находясь в японских водах. У каждого из них был такой, но для солдат, собирающихся домой, он мог быть очень важен. Это могло обеспечить ему Медаль за Победу во Второй Мировой войне на Тихом океане, которую он получит, как только они вернуться в порт. Она бы смотрелась очень красиво вместе с нашивкой торпедиста. По крайней мере, именно так он рассказывал почти всем на лодке последние три дня.