Темная сила Вселенной - Чернеда Джулия - Страница 101

Ну разумеется. Телепат. Шпион в их стане.

— Барэк, пригляди за ним, ладно? — попросил Джейсон и, ухватив ничуть не сопротивляющегося Гвидо за верхнюю клешню, потянул исполина к широкой двери из кухни. — Мы сейчас вернемся.

— С удовольствием, — мрачно отозвался клановец и примостился на краешке стола. Морган приподнял бровь.

История о телепатах и Клане обещала быть весьма занимательной.

Он надеялся лишь, что молчаливость его побратима означает — каресианин узнал что-то о Сийре.

ГЛАВА 50

Если я что-то и успела к настоящему времени о себе узнать, так это что злость придает мне сил. Чувство это, однако, было ненадежным союзником, склонным внезапно испаряться и оставлять меня слабее, чем прежде. Но пока что я лелеяла маленький огонек, разгоравшийся внутри меня, как свою единственную надежду.

Я обнаружила шкаф с белыми, похожими на халаты, костюмами, в которых ретиане работали в своих лабораториях, и натянула на себя самый маленький. Он оказался мне впору — до некоторой степени. У ретиан не было шеи и плеч как таковых: тела у них начинались там, где у гуманоидных рас были уши. В том же шкафу обнаружились горы защитных шлемов, вроде тех, что носят в зонах биологической опасности. Один из них замечательно скрыл мою определенно не-ретианскую шею, хотя и изрядно ограничил область зрения. К счастью, ретиане в целом были ниже большинства людей, поэтому полы халата не мели по полу.

Мои тонкие и нежные руки представляли собой еще одно затруднение. Драгоценные минуты утекали, а я все не могла найти хоть какую-нибудь пару перчаток, но в конце концов одна все-таки обнаружилась у раковины. Лишние пальцы пришлось оставить болтаться пустыми. В моем теперешнем состоянии любой дополнительный груз становился для меня тяжким бременем, но я все же разложила на пластиковом подносе кое-какие острые инструменты, рассудив, что занятого работника вряд ли станут окликать, чтобы дать ему новое задание.

Я не могла полностью распрямиться без боли и шаркала, даже когда моя походка была наиболее энергичной, но если никто не станет присматриваться внимательно, мой вид не должен вызвать подозрений. «Конечно, — вздохнула я про себя, медленно взбираясь по наклонному подъему, — трудно сказать, не пользуются ли ретиане какими-нибудь сигналами, которые я при всем своем желании воспроизвести не смогу. Как мои милые умные драпски». Я знала, что макии не потерпят такого обращения с членом своего племени. Эта мысль тоже заставляла меня продолжать двигаться.

Моя маскировка выдержала первое испытание: мимо меня одна за другой торопливо промчались по своим делам три различные группы ретиан, и ни один из них не задержался на мне взглядом. Я кое-как доплелась до следующего уровня и остановилась, чтобы перевести дух и еще раз напомнить себе, кто повинен в моем состоянии, прежде чем брести на следующий. До чего же здорово было бы найти что-то вроде лифта и проехать оставшиеся до нулевого этажа уровни на нем! Но я прекрасно понимала, что именно в подобных местах меня и будут искать в первую очередь.

Я автоматически переставляла ноги, давным-давно перестав замечать окружающее, и вдруг обнаружила, что пандус кончился. Впереди, насколько я могла видеть сквозь толпу ретиан, людей и всех прочих собравшихся здесь иномирцев, было несколько дверей, проход через которые позволялся лишь после обыска и внимательного досмотра, осуществляемого капитаном Рек.

Я склонилась вперед так сильно, что моим ногам волей-неволей пришлось передвигаться, не то я упала бы носом вниз. Топтаться на месте не было времени, возвращаться обратно — смысла. Все должно было решиться у этой двери.

В зале были и другие ретиане в таких же лабораторных костюмах и с подносами в руках. Но я, разумеется, была единственной, кто не снял шлем. Поэтому я так самоуверенно, как только могла, подражая движениям ретиан, направилась прямиком к скату.

Как я и ожидала, ее хищный взгляд уперся прямо в меня, зрачки-щелочки зажглись угрожающим интересом. Я медленно кивнула ей и подносом ткнула в сторону ближайшей двери, которая была приоткрыта ровно настолько, чтобы я могла разглядеть, что она ведет в какое-то пустое подсобное помещение.

Рек подошла ко мне сзади, пощелкивая челюстями.

— Чего ты хочешшь, жаба? — прошипела она. — Или?..

И скат внезапно сорвала шлем с моей головы, больно задев уши.

Я развернулась к ней лицом с видом, как я очень надеялась, полным уверенности, и заставила мое измученное тело выпрямиться так гордо, как только оно было способно.

— Вот мы и встретились снова, капитан Рек, — проговорила я. — К нашей взаимной выгоде.

Кожистые складки над глазами ската запульсировали, налились краснотой и пурпуром, сменившими более спокойные желто-синие тона. Кончик длинного черного языка подобрал несколько просочившихся между зубами пузырьков пены. Она перебросила мой шлем из руки в руку, но никаких дальнейших движений делать не стала.

Мне удалось возбудить ее интерес; теперь дело было за тем, чтобы правильно им воспользоваться.

Пиратская капитанша оказалась весьма выгодной союзницей — взять хотя бы предложенный ею восхитительно деловой подход к тому, как мне покинуть ретианское здание.

Она ухватила меня за локоть и потащила за собой сквозь толпу тех, кто охранял двери, и тех, кто жаждал пройти мимо охранников, а когда один из них собрался было что-то сказать, так угрожающе щелкнула челюстями, что тот мгновенно умолк.

Мне бы такой план даже в голову не пришел, но я наслаждалась им, несмотря даже на мучительную боль в животе, которая была его следствием.

Небо за дверями оказалось небывало ясным по ретианским меркам: облака поредели настолько, что превратились в пронизанную солнечными лучами сероватую дымку. Было невыносимо жарко, и от земли поднимался пар, так что воздух казался почти таким же густым и вязким, как и подсыхающая грязь под ногами. Кожистые складки на морде Рек раздулись, длинная челюсть слегка отвисла. Я так и не смогла решить, наслаждается ли она зноем или пытается таким образом справиться с ним.

Таким же образом она выволокла меня к припаркованному на другой стороне улицы аэрокару, и при виде нас три человека — по-видимому, из экипажа «Нокрауда» — мгновенно вскинулись.

— Забирайсс-ся, — приказала она мне. — И побыс-сст-рее.

Я в меру сил подчинилась. Сзади кто-то энергичным тычком помог мне усесться на самое дальнее сиденье.

— Стоять!

Окрик и ударившая о мою защиту волна силы подоспели одновременно. Я выглянула из аэрокара и увидела Фэйтлена, появившегося вдруг словно из ниоткуда. Ретианам рядом с ним телепортация, похоже, не понравилась, но после секундного оцепенения они опомнились и бросились на нас.

Со своего сиденья я увидела, как чешуйчатые бока Рек начали вздыматься и раздуваться, и она вдруг издала странный кашель, заплевав ближайших к ней ретиан темной дымящейся слюной. Те, завопив, схватились за лица. Один рухнул наземь и принялся кататься достаточно близко от меня, чтобы я могла разглядеть распадающуюся плоть.

Я еще сильнее вжалась в свое сиденье.

Вдруг меня насторожило какое-то покалывание. Фэйтлен, стоявший вне зоны досягаемости личной артиллерии Рек, пытался телепортировать меня. Я отчаянно переместила себя обратно и успела почувствовать, что эта попытка пробудила вечно голодных обитателей м'хира и окончательно истощила мои и без того скудные силы.

К счастью, скат еще не исчерпала весь свой арсенал. Взмах когтистой лапы — и члены ее экипажа, занявшие позиции спереди и сзади аэрокара, открыли огонь. Ди Парс исчез, бросив своих охваченных ужасом соратников на произвол судьбы.

Я без сил упала на спинку сиденья, а Рек вскочила на водительское место и рывком подняла аэрокар в воздух, сорвав карниз крыши соседнего здания и — совершенно случайно, я уверена — оставив на земле свой экипаж.

«Нет, все-таки скаты — весьма своеобразные союзники», — решила я и рискнула закрыть глаза, чтобы немного вздремнуть.