Сувенир с Мирассы (СИ) - Брандеска Марлона - Страница 48

Я, наверное, в десятый раз уже, проверяла Хранитель с Деоной, шарфик для Маугли, адреса лабораторий и магазина одежды, когда над нами, наконец, появилось овальное лоснящееся брюхо флайера.

Мгновенно углубившийся ступор Маугли пришлось прекращать традиционным способом: завязав ему глаза. Именно так он и просидел всю дорогу до магазина, где я, выскочив на минуту, схватила пакет, расплатилась и запрыгнула обратно, в кабину флайера. Там же, прямо во время полёта, я натянула на него бельё, обыкновенную летнюю рубаху и светлые брюки, обула в сандалии и нахлобучила на голову модный головной убор подростков: пайду. Я рассудила, что это будет самый удобный вариант, поскольку передний козырёк затеняет лицо, задний закрывает шею, а, если надо, можно и встроенную солнцезащитную плоскость активировать, сделав лицо заморыша почти невидимым для прохожих.

Экипированный таким образом, лягушонок, на первый взгляд, стал походить на тысячи парнишек, которых можно встретить в любом уголке столицы. Не выделялся, не привлекал внимания, и я в первый раз за всё время нашего пребывания здесь, смогла спокойно подумать о выходе на улицу.

В лабораторию мы попали в тот самый момент, когда истекали последние секунды назначенного нам времени. Я даже повязку с глаз Маугли срывала на ходу. Ворвавшись в нужное помещение, громко сообщила своё имя. Всё! Успели… Теперь нас уже не выставят, даже если у них очередь через три коридора и две планеты…

Приятная молодая девушка, чуть старше меня, понимающе улыбнулась моему воплю и пригласила в кабинет заведующего лабораторией. Я потащила Вайятху за собой, чувствуя, как он даже упираться начал. Вот, Вограны его возьми! Это надо же так врачей бояться! В голове промелькнула мысль, что если и дальше так пойдёт, то я вплотную столкнусь со всеми прелестями реакции Маугли на сильный страх, и… Что я тогда буду делать?! Просить врачей «оставить нас вдвоём» на некоторое время?.. Надо бы как-то успокоить недоразумение, пока он не опозорился, и заодно, меня не опозорил.

Когда я посадила его рядом с собой на длинном диванчике около стола, за которым сидел врач, сжала руку лягушонка и тихо сказала:

- Маугли, сиди спокойно! Это просто осмотр, а не лечение, понимаешь? Только осмотр!

- Вы не уйдёте, сагите? – умоляюще прошептал в ответ заморыш, судорожно стискивая мои пальцы.

- Да куда ж я денусь! Здесь буду, следить, чтобы всё прошло хорошо!

- Я… я не могу тут… – пробормотал лягушонок и, преодолев моё сопротивление, всё-таки сполз на пол и устроился рядом, в ногах. Ну, хоть не вцепился мёртвой хваткой, и на том спасибо, – смиряясь, подумала я.…

Неуверенно улыбнулась врачу, который, подняв брови, наблюдал из-под очков за нашими передвижениями, но пока молчал. Присмотревшись к нему, порадовалась своему выбору: доктор был такой уютный, старомодный, какой-то домашний даже, особенно в этих своих очках, которые давным-давно никто не носит… Оглядев нас, должно быть, в высшей степени странно смотрящихся вместе, доктор Вольп, заведующий этой лаборатории, доброжелательно спросил:

- Простите, молодой человек, вам там удобно?

Вайятху быстро кивнул и крепче прижался ко мне.

- Ну, хорошо, – заключил добрый доктор и внимательно взглянул на меня. – Так что вас привело к нам, да ещё так срочно?

- Видите ли, господин Вольп, – начала я, глубоко вдохнув, – у меня есть сильнейшие подозрения, что вот его, – я ткнула пальцем в Маугли, – подвергали генным изменениям. И мне очень нужно знать, из кого его… сделали, понимаете?

- Понимаю.

- Вот. И ещё я хотела бы знать, можно ли исправить то, что было сделано? Можно ли вернуть его настоящий облик?..

Доктор кашлянул и заметил:

- Госпожа Вайберс, я понимаю вас. Но хотел бы уточнить кое-что. Знаете ли вы, что мы все – результат генных мутаций, вполне естественных, природных. Что, если бы не эти мутации, возможно, эволюции вообще не произошло бы? До сих пор продолжали бы существовать примитивные организмы, более-менее приспособленные к выживанию. Вы отдаёте себе в этом отчёт?

Я энергично кивнула, а Маугли стал дышать через раз. Похоже, он ничего не понял из речей заведующего лабораторией, но перепугаться уже успел.

- Видите ли, байон Вольп, тут речь идёт об изменениях не природных, а искусственных, введённых специально, с целью добиться определённых характеристик. Вот, посмотрите…

Я выдала ему кристалл, на котором были записи всех исследований лягушонка, которые я смогла сделать. Конечно, это были довольно поверхностные результаты, но даже они должны были показать доктору, что я имела ввиду.

- М-дааа, м-дааа… – протянул он, быстро просмотрев записи на своём экране. – Действительно, очень необычный случай. Уникальный, я бы сказал… Насколько я понимаю, эти изменения должны были быть сделаны совсем недавно? Не более, чем … – он замялся, пытаясь на глаз определить возраст Маугли, – пятнадцать-двадцать лет назад?

- Нет, – ответила я и облизала вдруг пересохшие губы. Ну, вот и пришёл момент истины. – Я думаю… что эти изменения были сделаны раньше. Возможно, от пятисот до восьмисот лет. И, во всяком случае, не позже века тому назад.

- Века? – поразился доктор. – Вы хотите сказать, что вот этому мальчику – сто лет?!

- Совершенно верно… – подтвердила я,. – Именно поэтому я пытаюсь понять, какими же были исходные данные организма. И вообще, было ли что-то…

Байон Вольп, широко раскрыв глаза, смотрел на Маугли, как на некий медицинский феномен, отчего лягушонок нервничал всё сильнее.

- Простите, а он всегда ведёт себя… подобным образом? – наконец, обратился он ко мне.

- В-основном, да… – неохотно созналась я. – Видите ли, к генным изменениям были добавлены ещё и психические, поэтому… Всегда возможны неожиданные и неадекватные реакции…

- Всевидящий! – удивился врач. – Мне до смерти хочется спросить, где же вы взяли в наше время такое… архаическое существо?!

Я пожала плечами. На этот вопрос лучше было бы вовсе не отвечать.

Не дождавшись ответа, врач хлопнул по столу ладонями и поднялся.

- Вы настолько заинтриговали меня, что, пожалуй, я сам провожу вас на обследование. Мне кажется, ваш… э, подопечный предпочёл бы не разлучаться с вами?

- Да, – твёрдо ответила я. – Мы предпочли бы быть вместе.

- Ну, хорошо, – отозвался добрый доктор. – Думаю, мы всё устроим…

Я боялась, что в собственно лабораторию Вайятху придётся тащить силой, но слава Всевидящему, этого не понадобилось. Он шёл за мной сам, только дрожал всё время и заметно вылинял. Не знаю, видел ли это доктор, мне-то было заметно, и очень…

Когда мы пришли в комнату, набитую различным оборудованием, лягушонок вовсе затосковал. Он опустился на пол, но так, как будто разом лишился сил. Оглядываясь вокруг, он смотрел с такой тоской и ужасом, что у меня просто сердце разрывалось.

- Маугли, – тихонько сказал я, опускаясь рядом с ним, – ты помнишь, как лежал у меня катере, когда я тебя лечила?

- Да, сагите… – прошелестел он.

- Ты тоже тогда боялся?

- Да, сагите…

- Но ведь ничего страшного тогда не случилось? Я просто полечила тебя и всё!

- Да, сагите… – а голос уже, как у умирающего.

- Здесь будет всё то же самое! Просто обследование, врачи будут изучать твоё тело, вот и всё!

- З-зачем, сагите? Я всё выполнил, вы меня взяли… Я ничем не болен, честное слово!

«Вот, дурашка», – подумала я, покачав головой.

- Я и не говорю, что ты болен. Я говорю, что хочу знать, что с тобой сделали там, на Мирассе.

- Ничего, – прошептал он. – Со мной ничего не делали! Совсем ничего!

- А я хочу быть в этом абсолютно уверена! – ответила я. – Так что не надо расстраиваться, и сердиться не надо. Это не займёт много времени, вот увидишь!

- Хорошо, сагите, – прошептал Маугли, кладя голову мне на колени, – если вы так хотите…

Я чувствовала себя ужасно глупо: сидеть в лаборатории на полу, вот так, когда вокруг ходят ассистенты, готовя оборудование, байон Вольп негромко раздаёт распоряжения, а у тебя на коленях лежит голова настроенного помереть заморыша… Какой-то театр абсурда!