Сувенир с Мирассы (СИ) - Брандеска Марлона - Страница 271

- Тэш, я и вправду очень рад, что вы всё-таки задержались здесь, – улыбаясь своей особенной улыбкой, сказал стратег. – Надеюсь, не слишком скучали?

- Нет-нет, что ты! Мы очень даже с пользой для дела провели время. Я уговорила Дериони поработать у меня в приюте.

- Правда? – изумился Эдор, и Линн с её ревностью была мгновенно забыта.

Ещё несколько минут спустя, мы распрощались с мачо и смешались с толпой. Только тогда я разжала кулак и посмотрела на ладонь, на которой набухали кровью четыре полукруглых следа от ногтей Линны.

- Что это? – тревожно спросил лягушонок. – Это сагите Валлегони сделала?

- Ага, она, – стараясь говорить как можно беспечнее, ответила я. – Жаль, что у меня аптечки нет с собой. Надеюсь, она не додумалась намазать ногти ядом…

- Надо позвать кого-то из прислуги, – оглядываясь по сторонам, заявил Маугли.

- Нет, не нужно, – возразила я. – Это будет слишком уж… демонстративно. Только-только я отошла от новобрачных, и немедленно прошу лекарства. К тому же, есть люди, которые могут догадаться, что произошло, пойдут слухи… Нет, не хочу подставлять Эдора.

- Ладно, тогда сделаем так…

Мы шли уже по аллее, вдоль которой росли не только деревья, но и цветущие кусты, очень колючие, как выяснилось. Лягушонок внезапно свернул к ближайшему родичу земного кактуса, что-то прошептал ему и отломил одну ветку с ярко-пунцовыми цветами.

- Что ты делаешь?! – в шоке спросила я.

Даже увидев этот нонсенс своими глазами – Маугли, собственноручно ломающего куст, – я не могла в это поверить! Вайятху, причиняющий растению боль?! Невозможно!

- Я извинился перед ним, – покаянно произнёс внезапный варвар, обернул ветку своим носовым платком, настоящим, из ткани, и протянул её мне. – Зато теперь у меня есть повод самому обратиться к медикам.

И он показал мне свою изрезанную и исцарапанную ладонь. Я только ахнула.

- Да ничего страшного, все просто подумают, что я – необразованный инопланетник, и не будут ничего подозревать.

- Да уж… – пробормотала я. – Ну, ладно, зови слуг.

Через пятнадцать минут мы сидели в «летающей» беседке, с обработанными ранками, вполне довольные жизнью и друг другом.

- Знаешь, это чем-то напомнило мне старые брачные клятвы, – сказала я. – Когда жених и невеста обещали друг другу быть вместе в горе, в радости, в богатстве и бедности, во время болезни и ещё чего-то там…

- Угу, и во время интриг и козней, – поддакнул Маугли. – Я готов. Всегда и везде, где бы ты ни была, и чем бы ни занималась. А ты?

- Ну… и я, тоже. Ты ведь и сам знаешь.

- Знаю, но не всё. Вот, например, я не знаю, захотела бы ты… Решилась бы… Ну, словом, вышла бы ты за меня замуж?

Выпалив это, Маугли стремительно позеленел, это было заметно даже сквозь слой краски на лице.

- А ты… предлагаешь? Выйти? За тебя? – Почему-то и у меня вдруг случилось какое-то затмение, в результате которого я начала заикаться.

- За меня?.. Ну да, предлагаю, – растерянно ответил Маугли, словно и сам сомневался в том, что говорил. – Тэш, ты… Может быть, это не то… Но всё-таки я спрошу: ты выйдешь за меня?

Всё случилось настолько неожиданно и быстро, что ответила я и вовсе уж невпопад:

- Когда?..

- Не знаю, – глядя на меня круглыми глазами, ответил лягушонок. – А когда нужно?

- А когда ты хочешь?

- Хочу?.. Погоди, так ты согласна? Ты выйдешь за меня?

- Да, – вымолвила я, чувствуя, как внутри всё начинает сворачиваться в тугую спираль. – Выйду. Конечно, выйду!

- Уфф, ну… хорошо, – сипло ответил лягушонок и с силой выдохнул. – Просто замечательно. Я и не думал, что ты так быстро согласишься. Честно говоря, не верил, что вообще согласишься.

- Почему?

- Потому что… Ну, потому что я – даже не человек, Тэш. А уж какой из меня выйдет муж – вообще никому не известно, включая меня самого…

- А вот я – знаю. Замечательный, нежный, верный, любящий и любимый, вот какой!

Продолжить я не успела, потому что мой панегирик был прерван страстным поцелуем. Конечно, я ответила, и, конечно, мы смогли остановиться не сразу, в глазах Маугли уже появились явственные фиолетовые отблески, только тогда я немного опомнилась. Слава Всевидящему, наша беседка двигалась поодаль от остальных, поэтому никто ничего не заметил.

Успокоившись и дождавшись, пока Маугли вернёт себе нормальный цвет лица, я прижалась лбом к его плечу и сказала:

- Знаешь, я только сейчас почувствовала, что опять могу любоваться красотой Мирассы без всяких задних мыслей, как в первый раз. До этого мне всё время что-нибудь мешало: то воспоминания, то страх, то ненависть, то тревога… А вот теперь мне снова дышится здесь легко.

Маугли молча улыбнулся, обнял меня за плечи и потянул рычаг управления, направляя нашу беседку прочь от берега. Она медленно заскользила над поверхностью моря, минуя десятки таких же ажурных, почти кукольных построек. Большой проём-вход позволял любоваться несравненными красками заката и огненной дорожкой, тянущейся к нам через всё море.

- Я хотел бы ещё много-много раз сидеть с тобой вот так, – сказал Маугли, когда мы оставили всех позади и поплыли в полном одиночестве.

- Надо будет попросить Эдора подарить нам эту беседку, – отшутилась я. – Надеюсь, ему не будет жалко, у него их много…

- А ещё мне хотелось бы, чтобы наша свадьба была не хуже.

- А мне – нет. Зачем нам столько роскоши и помпезности? Вполне будет достаточно тебя и меня. Ну, ещё наших друзей, наверное… И, кстати, я понятия не имею, как надо жениться по вашим, мирасским законам. А ты знаешь?

- Нет, – задумчиво ответил Вайятху. – Надо порасспрашивать Хильгасиу, вдруг они что-то помнят.

- Ну, если даже и нет, не расстраивайся. Мы придумаем свой собственный обряд, красивый и необычный. Например, где-нибудь, на месте силы. Хочешь?

- Хочу. Я хочу всего, чего хочешь ты.

- Вот и прекрасно, – прошептала я, прижимаясь к нему ещё ближе, – потому что больше всего на свете мне хочется сделать тебя счастливым…