Сувенир с Мирассы (СИ) - Брандеска Марлона - Страница 137

Я покачала головой:

- И открыть Мирассу всем проходимцам, которые ринутся туда, как только запреты будут отменены? Получить массу людей, проклинающих тебя за разрушение их мира? Не думаю, что это хорошая идея.

Эдор неожиданно рассмеялся.

- Иди-ка ты отдыхать, безрадостная моя! Вот не думал, что будущее кажется тебе таким апокалипсическим… Или ты по-прежнему не веришь нам?

- Я верю, верю. Просто не вижу выхода и боюсь возможных последствий.

- Не бойся. Я же пообещал аборигенам, что буду ювелирно осторожен… Кстати, ты знаешь, чем занимаются наши полосатые друзья?

- Чем же?

- Молятся Мирассе об удачном и мирном разрешении нашей задумки.

- Ух ты… И давно молятся?

- Ну, с момента возвращения домой нашего знакомого, вероятно.

Не удержавшись, я фыркнула.

- О, да. Это очень, очень ценный вклад. Я тронута их стараниями…

- Эх, Жужелица, сразу видно, что ты не привыкла полагаться на кого-то, и все проблемы пытаешься решать только сама и только по-своему. Ни ты, ни я не знаем, к какому результату могут привести их молитвы… Я не склонен их недооценивать.

- А я – переоценивать. Ну, хоть молятся об успехе, а не о провале, и то хлеб…

Стратег покрутил головой, словно расписываясь в собственном бессилии переубедить меня, и встал. Я поднялась следом, прихватив пустые чашки. Всё, как обычно, – взобравшись на холм, мы увидели впереди гору. М-даа…

- Кстати, нынешний император правит уже двадцать три года, – притормозив в дверях, сообщил мачо. – А это значит, что через два года у нас будет очень реальный шанс добиться всего, чего мы хотим, надо только правильно разыграть наши карты и помочь нужному наследнику занять престол.

- Всего-то, – грустно пробормотала я. Помнится, именно этот вариант уже приходил мне на ум как-то. – Главное, чтобы действующий император не вмешался и не запретил тебе появляться там. Впрочем… у нас всегда есть великая и непобедимая Мирасса, будем уповать на неё.

- Ехидина, – буркнул мачо, улыбаясь, и на этом мы разошлись спать, каждый в свою спальню.

Сувенир 44

На следующий день стратег улетел на встречу со Скроссом. Мы договорились, что он не будет пока рассказывать будущему тестю о наших опасениях из-за сорвавшейся аудиенции. Мачо собирался дождаться прилёта (или неприлёта) мирасского аристократа с ответным визитом, и только потом что-то предпринимать. Зная Эдора, я не сомневалась, что у него имелось уже, по крайней мере, с десяток планов для любого развития событий. Но столпу экономики предназначался исключительно бравурно-радостный отчёт.

Вечером, к нашей с лягушонком радости, вернулась Лавиния, и мы снова зажили втроём, старательно делая вид, что ничего особенного не происходит, и никто не мучается от неизвестности. Конечно, я и златовласка потихоньку обсуждали новости, пытаясь угадать, что же произошло на Мирассе, и чем это нам грозит, но, вполне ожидаемо, попали пальцем в небо со всеми своими догадками.

Столь страстно ожидаемый аристократ так и не появился, зато вместо него через десять дней примчался Альдор, собственной персоной, с уже готовыми приглашениями для мачо и Скросса, сроком на пять суток. Лететь нужно было настолько срочно, что папаша Линны и ГИО-стратег отбыли буквально на следующий день, а нам досталась только запись их беседы с Альдором, второпях пересланная бывшим контрабандистом. Мы прослушали её вместе с Лавинией, поздно ночью, когда уснул лягушонок.

Животрепещущий вопрос: «Что ж там случилось?» наконец-то прояснился. В предыдущий визит Эдор не смог встретиться с наследником, потому что второй «принц», принадлежавший к конкурентной семье, внезапно умер. Погиб на охоте, как сообщил Альдор. Несчастный случай, роковое стечение обстоятельств... Я даже не знала, чем была шокирована больше: то ли тем, что на Мирассе до сих пор практиковалось убийство диких зверей, то ли тем, что и в наше время на охоте оказалось возможным погибнуть.

Как выяснилось, прежде такое уже случалось: однажды, пару сотен лет назад наследник тоже скоропостижно скончался, и это чуть не поставило под удар всю систему передачи власти. Взбудораженный Альдор непривычно многословно и цветисто объяснял, что именно после этого тогдашний император постановил, что впредь претендентов на престол будет двое, во избежание, так сказать, проблем с наследованием. Потом эта мера долго казалась излишней, самодержцев даже втайне порицали за их упрямство, но вот теперь оказалось, что всё было не напрасно, – трон не опустеет, слава Всевидящему.

Более того, произошедшее несчастье обернулось подарком судьбы, потому что «наш» претендент остался единственным. Стало быть, со временем, трон должен был занять вполне лояльный к нам император! А ещё это означало, что все работы, связанные со строительством курорта, можно было начинать в самое ближайшее время, поскольку противодействовать стало некому. Члены «партии прогресса-общества милосердия», как мы их окрестили, дружно ликовали, но, разумеется, втайне, и усердно готовились к кардинальным переменам через два года. Именно поэтому Эдор и Скросс должны были как можно скорее появиться пред светлыми очами наследника престола, дабы получить последние разрешения и высочайшие подписи.

Я, правда, тут же задалась вопросом, насколько действующий император сам поддерживал идею альтруизма по-мирасски, и не поторопилась ли без пяти минут августейшая семья со своими прожектами, но понадеялась на чутьё и хватку господина Скросса и ГИО-стратега, вместе стоивших целой команды управленцев.

Поскольку все эти дни противоположный лагерь и императорский двор переживали глубокий траур, как, впрочем, и остальное население Мирассы, оплакивавшее смерть «принца», бизнес-визиты намечались почти тайные и почти неофициальные, но от этого не менее важные.

Прослушав всю запись три раза, мы с Лавинией облегчённо вздохнули. По крайней мере, на некоторое время можно было сосредоточиться на своих проблемах, не столь глобальных, но тоже требовавших внимания. Я с головой ушла в учёбу, златовласка с удвоенной энергией принялась тренировать заморыша, и у нас воцарились мир и покой.

Бизнес-посланцы вернулись уже через три дня, вполне довольные поездкой и преисполненные надежд на будущее. Скросса мы, конечно, не видали, а стратега удалось залучить к нам довольно быстро. Всего лишь по шесть звонков от каждой из нас на вифон, – и мачо сдался. Тем же вечером мы имели удовольствие лицезреть его у нас в домике.

В первую очередь мачо вручил поистине драгоценный подарок Маугли: копию редкой книги с записями легенд и сказок мирасских аборигенов. Обомлевший Вайятху даже не смог как следует поблагодарить своего опекуна, но его сияющие глаза говорили сами за себя. Когда лягушонок умчался наверх, чтобы немедленно начать читать, я тихонько спросила стратега:

- Где ты ухитрился разжиться таким раритетом?

- Где надо, – меланхолично ответствовал красавчик. – Главным было попасть в архивное хранилище… А остальное – дело техники.

- Так ты что – незаконно её скопировал? – ахнула я.

- Ну, какая разница, законно или нет? Если уж таких книг у них нет в свободной продаже… Я не виноват, что приходится изворачиваться. Зато вон твой зелёный гуманоид счастлив по уши!

Чуть позже, когда мы по просьбе так и не оставившего своих привычек контрабандиста накрыли стол в гостиной, он вынул откуда-то, как фокусник, бутылку почти лилового вина.

- А это – подарок вам. Тоже мирасское.

- И тоже запрещено к вывозу, – проворчала я тихонько. – Но хоть вкусное выбрал, и то хорошо…

- Мне хотелось бы сказать долгожданный тост, – торжественно заявил Эдор, подняв свой бокал. – Время пришло! Период подготовки закончился, пора действовать! Теперь я уверен, что мы добьёмся успеха. Всё за нас: обстоятельства, время, будущий император, его семья и друзья... У нас просто обязано всё получиться!

- Ура! – выдохнула я, и мы дружно сдвинули бокалы.

- Когда ты теперь летишь на Мирассу? – поинтересовалась Лавиния у мачо.