Враг престола - Гарин Дмитрий - Страница 84

Какое–то время под каменными сводами царила звенящая тишина. Наконец её нарушил надрывный хрип.

Поднявшись на ослабевших ногах, Ош посмотрел на Источник. Кристалл висел в воздухе как ни в чём не бывало. Затем орк опустил глаза на свою грудь. Из неё всё ещё торчала изящная рукоятка.

«Ощущения, знакомые до боли».

Орк улыбнулся неожиданной игре слов, отчего по краю его рта сбежал тёмный ручеёк. Ош подумал, что, возможно, он даже успеет попрощаться с Зорой перед смертью. Ещё раз сказать ей, как сильно он её любит.

Сзади раздались тихие шаги.

— Зора, я… — начал он, оборачиваясь.

Это была не она.

Облачённый в лёгкие доспехи прислужников Вечного, перед ним стоял человек с худым грустным лицом и бездонными чёрными глазами. Заглянув в них всего один раз, Ош сразу узнал убийцу короля.

— Сердце справа, верно? — спросил Джек и безрезультатно попытался ухмыльнуться. — Большая редкость.

Ош находился в столь бескрайнем мире боли, что даже не почувствовал укола, с которым стилет убийцы вонзился в его грудь. И без того сбивчивое дыхание перехватило. В глазах потемнело.

— И это всё? — вновь спросил Джек. — Я даже как–то разочарован.

Хватаясь за руку убийцы, ослабший Ош опустился на колени.

С тоской он посмотрел на Зору, понимая, что больше никогда её не увидит. Джек проследил за его взглядом.

— Не волнуйся, — холодно заметил он, — она скоро к тебе присоединится.

Нет. Ош не мог этого допустить. Пускай начнётся его путешествие в Вечную ночь, но охотница не последует за ним. Не сегодня.

Ниточка за ниточкой разрывалась связь орка с Безымянным. Голос духа, жуткий, пробирающий до костей, но уже такой привычный и родной, становился всё тише. Он успокаивал, благодарил, прощался.

В его компании Ош совершил долгое и опасное путешествие, но теперь, когда оно подошло к концу, у орка осталась к духу ещё одна просьба.

Его последняя просьба.

— Эй, — Ош поманил убийцу, — у меня… есть подарок…

Джек нахмурился, но в глазах его мелькнул интерес. Трясущимся пальцем орк указал на рукоятку меча, торчащую из груди.

— Возьми… на память…

Убийца легкомысленно пожал плечами: почему бы и нет? В конце концов, он сделал то, зачем пришёл. Однако, когда тонкие пальцы сомкнулись на оружии, Джек обнаружил, что не может их разжать. Кожу будто закололо мелкими иголками, а на эфесе выступил иней.

— Что это? Что ты сделал? — выкрикнул убийца. — Кто здесь?!

В воздухе разлился призрачный шёпот. Реальность содрогнулась. На мгновение в зале как будто бы наступила зима.

Отпрянув от орка, Джек выдернул меч, рукоятку которого так и не смог разжать. На камни брызнула струя тёмной крови. Попятившись, убийца взмахнул клинком, словно пытаясь отбиться от кого–то незримого. Затем, издав нечеловеческий вопль, в котором боль смешалась с ужасом, он бросился прочь, исчезнув в тёмных коридорах древней крепости.

На лице Оша расцвела грустная улыбка.

— Спасибо, — сказал орк и медленно осел на холодные камни.

Мало–помалу звуки битвы снаружи затихали.

Очнувшись, Зора позвала Оша, но тот уже не мог ей ответить.

На его усталом лице застыло выражение безбрежного спокойствия. В остекленевших глазах цвета мёда отражалось хмурое дождливое небо. Серое покрывало, не имеющее ни начала, ни конца.

Небо — такое древнее и такое молодое.

Эпилог

Стройные ряды мертвецов маршировали через западные ворота замка Кран де Мор в сторону далёкого Варгана. Даже находясь высоко на стене, Ярви словно чувствовал холод, исходящий от бессмертного воинства.

Над Сыпучим морем поднималось Солнце. Оно порождало длинные утренние тени, тянущиеся вглубь королевства людей зловещими тёмными пальцами.

— А он… — Ярви никогда не был особенно религиозен, но, принимая во внимание последние события, всё же не хотел произносить имя вслух. — Он среди них?

Эдуард догадался, что спутник спрашивает его о Солисе. Человеке, с которого всё началось. «Проклинаемом», как называли его адепты Наследия.

— Я не знаю, — признался юноша всё тем же бесцветным голосом, который неизменно вызывал у вора внутреннюю дрожь. — Их память… смешалась воедино. Если бы ты только мог видеть. Если бы мог понять.

Он смотрел в небо. Туда, где на западе ночь уступала дорогу рассвету. Взгляд единственного глаза юноши был прикован к крохотной красной точке, сияющей над горизонтом. Эдуард знал, что скоро она спрячется в свете дня. Звезда из его снов.

— Мы должны успеть, — сказал он всё так же загадочно. — Время на исходе.

Много раз Ярви пытался выспросить, что за угрозу он имеет в виду, но тот отвечал так, словно пустынные колдуны заразили его своей манерой говорить туманно и расплывчато. В конце концов вор решил, что наследник безумного графа и сам не знает, что за напасть ожидает их в будущем.

Внезапно Эдуард вздрогнул, как человек, насильно пробуждённый ото сна. Взгляд его опустился к горизонту. Лицо, такое бледное и бесстрастное, озадаченно нахмурилось.

— В чём дело? — спросил Ярви, заметив неожиданную перемену в спутнике.

— На западе пролилась кровь, — ответил Эдуард, которого это, похоже, тронуло. — Как… печально.

Оставив попытки понять полубезумного лорда, Ярви вздохнул и пошёл прочь. Впереди у них был долгий поход, к которому следовало основательно подготовиться.

Оставшись в одиночестве, Эдуард вновь вернулся к наблюдению за звездой, которая уже почти скрылась в утреннем небе. Он думал о том, знает ли ещё кто–то о тех отчаянных невзгодах, что сулит людям эта одинокая красная точка.

Думал о том, сможет ли он хоть что–то изменить.

Самым главным званием в иерархии гвардии Пламенеющего замка было звание капитана. Самым главным, но не самым почётным. На протяжении веков наиболее смиренные и преданные защитники владыки Побережья удостаивались чести стать хранителями пламени. В обязанности их входило поддержание очага исполинской жаровни, находящейся на вершине самой высокой башни замка. Уважаемый и хорошо оплачиваемый труд, даровавший хранителям тихую и спокойную старость. Особенно если учесть армию слуг, что была у них в подчинении.

Щурясь в раздвижной монокуляр на кованой передвижной треноге, хранитель изучал стремительно светлеющее небо. Взгляд его был прикован к странной красной точке, пульсирующей на тёмном фоне. Вообще, это устройство предназначалось для наблюдения за судами, входящими в залив Звездопада и Торную гавань, но хранитель мог позволить себе и другие занятия. Благо, времени для них на вершине башни было с избытком.

Оторвавшись от увеличительной трубы, старик сверился с толстой книгой, покоящейся на столе подле него. Пожелтевший пергамент был испещрён схематичным изображением карт звёздного неба и описанием движения небесных тел.

— Хм… — нахмурился он, изучая астрономические труды. — Странно.

Он никак не мог найти красную звезду на картах и готов был поклясться, что раньше её там не было. Уж он–то достаточно ночей провёл за наблюдениями небесных сфер, чтобы быть в этом уверенным.

— Хранитель!

От чтения его оторвал окрик одного из молодых слуг. Смуглый мальчишка взбежал по винтовой лестнице и теперь старательно пытался перевести дыхание, уперев руки в полусогнутые колени.

— В чём дело? — недовольно осведомился старик, известный всем не самым радужным нравом. — Я же говорил не отвлекать меня.

— На юге, ваша светлость. Паруса на юге.

— Что за вздор? — проворчал хранитель, перемещая монокуляр по бронзовому рельсу, идущему кругом вдоль всей кромки башни.

То, что он увидел, заставило старика похолодеть, несмотря на жар, исходящий от пламени, которое было ему вверено. Десятки. Нет. Сотни кораблей. Настоящая армада заходила в залив. Сверкая огнями, они раскинулись по водной глади мириадами дрожащих точек. Словно звёзды, за которыми старик так любил наблюдать.

— Опять пираты? — обеспокоенно спросил слуга.