Куда тянутся души (СИ) - Пенкина Анастасия - Страница 48

Дверь распахнулась, на пороге появилась невысокая женщина, немного сгорбленная, она вытирала руки о серый фартук. Ее черные волосы, свободно рассыпанные по плечам, были немного тронуты сединой.

Светло-голубые глаза будто выцвели, а суховатая кожа в глубоких морщинах обвисла. Но не знай я, сколько ей лет, ни за что бы не догадалась.

— Бабуля, — воскликнула Канья, бросаясь обниматься.

— Рада видеть, дитя мое, — пробормотала старуха, целуя правнучку в щеку и оглядывая с ног до головы. — Ты такая взрослая.

— А ты совсем не изменилась, — весело проговорила Канья, заводя старушку обратно в дом и немного наклоняясь, чтобы не удариться о дверной косяк.

Я последовала за ними, только мне пришлось изрядно согнуться.

К моему счастью, внутри потолок был не такой низкий, как мне показалось снаружи, так как его вообще не было, сразу начиналась крыша, укрепленная деревянными балками, и я могла спокойно выпрямиться во весь рост. Над головой сушились травы, развешанные на веревках. Одни были уже высохшие, а какие-то совсем свежие, и от них исходил приятный аромат.

В центре просторной кухни стоял выложенный из камня стол, с полочками по бокам и деревянной поверхностью сверху.

Позади большой очаг, в котором грелся огромный котел, какой в мультфильмах использовали ведьмы для варки зелий.

— Я знаю, зачем вы пришли, но, думаю, лучше отужинать для начала.

Нас накормили вкусным горячим супом с лапшой и ржаной лепешкой.

— Так ты сможешь перенести нас в храм богини, правда? — поинтересовалась Канья у прабабки, закончив трапезу.

— Смогу, — немного улыбаясь, но уверенно заверила старуха.

— А вы уверены, что богиня все еще там? — обеспокоенно спросила я.

— Да, я чувствую это, я знаю это, — ответила старушка, оглядывая нас прищуренным взглядом.

— Почему она скрывается ото всех? — спросила Канья. Я и сама задавалась таким вопросом и сотней других.

— Всему свое время, замыслы великих духов понятны, лишь когда осуществляются, так было всегда. Мы не можем видеть так далеко вперед, как они. Для каждого из нас ими уготована роль, и они следят, чтобы мы ее сыграли, как ими задумано. Ты получишь ответы, девочка, но позже, — произнесла старуха, глядя мне в глаза, будто читая мои мысли, — но не от меня. Пожалуй, вам пора отправляться.

— Как? Уже? — удивилась Канья. — Ты чувствуешь за нами погоню? Но они не смогут найти нас без магического проводника.

Старушка лишь улыбнулась.

— Погоня не погоня, а время пришло, и как бы мне ни хотелось, чтобы вы остались, вам пора идти дальше, — загадочно ответила старушка.

Она встала с деревянного табурета, лет которому, наверное, было почти столько же, сколько и ей, и взяла в углу из охапки хвороста кривую небольшую ветку. Направившись к пустому месту у порога, она углем начала чертить круг на полу, в нем рисуя еще один, но поменьше, а в пространстве между ними расположила неизвестные мне символы.

— Вставайте в круг, — скомандовала старушка, и Канья послушно встала, куда сказали, взяв сумку с вещами.

Я, последовав примеру Каньи, встала рядом с ней.

Старушка возвела глаза и руки к крыше, в одной руке была кривая ветка. Вот вам и настоящая ведьма, не то, что эти маги из совета со своими пафосными магическими посохами.

— «Сквозь пути нити,

Сквозь материю Света и Тьмы,

Пронесите духи великие,

Все, что создано вами едино и цельно…»

Голос старухи, словно гром, разносился по маленькому дому. Это было первое заклинание, которое я слышала отчетливо, понимая каждое слово.

Наши тела окутал серый туман, и я больше не видела Канью и не слышала голос старухи, земля будто ушла из-под ног.

Габриэль, не церемонясь со стражником, дежурившим ночью на западных воротах, зарядил ему с силой по уху, голова того сильно накренилась в сторону, будто сейчас оторвется.

— Прошу вас, милорд, не надо, — умоляюще заныл стражник, — я все расскажу.

— А это не для того, чтобы ты рассказал, это ты и так сделаешь, это, чтобы твоя голова соображала лучше, — процедил сквозь зубы Габриэль.

Вокругстояло несколько солдат и придворный маг, они сочувственно смотрели на стражника, которого Габриэль изрядно избил.

— Давай уже выкладывай, — сурово проговорил командующий армией людей, отстраняясь от стражника, — с самого начала.

— Время было за полночь, к воротам приблизилась телега, это была Кемма с остальными блудницами. Они часто покидают стены города, навещая особ, живущих за городом. В этот раз все было, как обычно, только было две новых девочки, — начал рассказывать стражник сдавленным тоном, — все девушки были одеты, как блудницы, одна с темными волосами, и бледной кожей, очень хорошенькая, вторая еще лучше, словно великая Богиня сошла с небес. Я прикоснулся к ее нежному бедру, и она чуть не испепелила меня взглядом, мне показалось это странным, но я…

— Что ты сделал?! — прорычал Габриэль, переспрашивая и пытаясь подавить в себе желание отрубить наглецу руки.

— Дотронулся до ее бедра, — еще более сдавленным тоном повторил стражник. — На ней были мужские сапоги. Это тоже было весьма необычно. Я пропустил их, и тут прибыл Барт с вестью о том, что ворота надлежит закрыть.

— Идиот, — прошипел Габриэль, совсем потеряв самообладание, — почему ты сразу не сказал, что видел подозреваемых?

— Простите, милорд, — взмолился стражник, — я слишком поздно это понял и опасался рассказывать, боясь вашего гнева.

Лицо стражника сморщилось, а глаза прищурились, он сжался, ожидая еще одного удара. Но его не последовало.

— Когда вернулась телега с блудницами? — последовал еще вопрос от Габриэля.

— Так не вернулась еще, милорд, — осторожно сообщил стражник.

— Вон она, милорд, — проговорил один из солдат. — Возвращается!

Габриэль делал глубокие вдохи, ожидая, когда телега проедет через ворота. Он знал, что не найдет там Анну. Но все же это след в поисках.

Телега остановилась, так как путь перегородили солдаты.

Девушек было всего три, чего и следовало ожидать.

— Кемма, — обратился провинившийся избитый стражник к блондинке, что управляла телегой, — ты только не сопротивляйся и расскажи все, как есть.

— Если не хочет отправиться на рудники — расскажет, — сурово проговорил Габриэль, сцепив руки за спиной, и сверля девушку взглядом. — Куда? Куда ты их отвезла? Куда они направляются?

Девушка на мгновение замешкалась. Взгляд пробежался по солдатам, придворному магу и остановился на Габриэле. Вывод очевиден — выбора у нее нет.

— Я высадила их на постоялом дворе, что на западном тракте, — проговорила девушка и обреченно потупила взгляд.

— Куда они держат путь? — продолжил допрос Габриэль.

В ответ тишина.

— Куда? — прогремел Габриэль. Ярость в нем закипала. Он догадывался об их цели, но надеялся, что ошибся. Если они отправятся в Мертвые земли, он может опоздать, здесь недалеко до границы. Может, их целью было все-таки другое место? Что-то менее смертельно-опасное.

— К прабабке Каньи, — наконец ответила девушка.

Габриэль вопросительно посмотрел на блудницу. Может, он ошибся, и ему послышалось? Ответ девушки сбил его с толку.

— Куда именно и зачем? — нетерпеливо потребовал ответа Габриэль.

— Я не знаю, — промолвила девушка, — она живет на отшибе, где-то вблизи Драконьих гор. Пожалуйста, милорд, пощадите.

Широко раскрытые глаза девушки умоляюще смотрели на Габриэля. Но ему было все равно, что будет с блудницей, не до наказаний сейчас. Анна — все, что его волновало. Он променял свою свободу на ее жизнь. Дал обещание Хендрику — жениться на наследнице магов Севера, если тот не позволит Анне сгнить в темнице или на рудниках. И он согласился.

Никогда бы он не подумал, что способен беспокоится так о ком-то, кроме себя самого. Но ярость от всего происходящего все сильней закипала в нем. От обещания ему уже никуда не деться.

Габриэль взобрался на лошадь, нужно как можно быстрей нагнать их, а там он что-нибудь придумает.