Конунг. Вечный отпуск (СИ) - Руденко Сергей - Страница 72

- …вход в пещеру прикрыт кустарником. Удачно. Он густой и колючий. Мы смогли это увидеть, только оттого, что по склону оказались выше. У входа всего один муж. С коротким копьем и без брони. Пастух. Несколько раз выходили женщины к ручью. Вода в полста шагах ниже убежища. Видно, что натоптана целая тропа, но издалека ее не рассмотреть. Теми же кустами прикрыто…

У фризов, по крайней мере, у уроженцев центральных кинефатских земель, умение балагурить очень ценится. Других Игорь мало кого видел, хотя в хирде у Эрвина Сильного выходцев откуда только не было, но как он не без основания подозревал, дружинная культура – это свой особый микрокосм, а потому не совсем отражает общие фризские традиции.

Хотя и батавы, как, оказалось, тоже считали владение острым словом важной штукой. Однако в бою и при какой-то иной опасности, все они переходили на скроенный по особым стандартам язык.

Никакого тебе обилия причастий-деепричастий, отсутствует игра слов, и даже просто прилагательные сведены до минимума. Фразы стараются строить покороче, и даже мимика – и так не очень свойственная их культуре, - обеднялась до настоящей каменной невозмутимости. В этом плане Игорю было сложнее всего.

Его власть внутри отряда, даже расширенного за счет выходцев из других, не ивинговских ополчений Торгового Союза, никак не оспаривалась. Поэтому чувствуя себя однозначным «начальником», он нередко позволял себе общаться прежним, еще земным порядком. С повышенной ироничностью и желание чуть «расслабить» излишне, на тот - прежний взгляд, - серьезных собеседников.

- Бабы-то хоть симпатичные? – уточнил он, дождавшись окончания доклада, и продолжил без паузы, подчеркивая, что это всего лишь шутка, и отвечать не надо. – Вопрос, который мы должны решить первым: по силам ли они нам?

Тройка охотников, обнаружившая стоянку врага, переглянулась, и старший из них, снова заговорил, оставляя ощущение, что это они между собой уже обсуждали.

- Семь лет тому назад, мы ходили на янгонов. Приструнить их за прошлые обиды. Дважды бывали в пещерах. Если после входа она ведет вниз и расширяется, то может быть очень большой. Но если бы там были лишь воины, не думаю, что для готовки они бы взял жен… Да и воды, что те вдвоем унесли, хватит разве на один котел. Даже если у них других котлов нет, и есть приходится в очередь, думаю все равно они по силам. Скорее это не фирд, а лишь селение, скрывшееся от наших воинов.

- Видно ли от входа наш лагерь?

- Нет, мы за их же горой…

- …но даже если они еще не знают, другие мужи у них могли быть, и они тоже могли сейчас быть на охоте… - весомо уточнил один из воинов справа, довольно прозрачно намекая, что тянуть опасно.

Игорь слабо помнил подсказчика, но судя по густым синим татуировкам вокруг глаз, он родом из какого-то кельтского рода, и был придан отряду наемников Игоря, когда они превратились в саперов.

- Да, откладывать не станем! – согласился хевдинг, обратив внимание на кивки нескольких других опытных бойцов. – Свинд, ты у меня много раз доказывал, что лучший стрелок. В тамошних теснотах это без надобности, а потому отберешь себе пятерых. Доверяю тебе присмотреть за нашими лошадьми. Как бы не стало так, что ты окажешься в самом опасном месте…

Второй «десятник» видно, что хотел хотя бы формально попробовать возразить против такого назначения, но последние слова отняли у него такую возможность. Да и явно примирили с приказом, лишив возможности даже в шутку потом обвинять, что его оставили «костровым». После боя тяга к грубоватому казарменному юмору должна была вернуться, но опытные воины помнили о таком всегда.

- …думаю, что двух дюжин бойцов нам хватит. Особенно, если выдры еще не узнали, - как бы про себя, проговорил Игорь, и отдал новый приказ. – Всем готовиться к битве!

* * *

Некоторая расслабленность вражеского часового была, как оказалось, вполне оправданна.

С его места у входа в пещеру отлично просматривалась вся прилегающая местность на несколько километров у подножия горы. Днем, нечего было и мечтать, даже проползти все это расстояние незамеченным. Единственно уязвимой можно было считать сторону, с которой охотники и рассмотрели горцев. Но и там, тоже все оказалось не слава Богу.

Во-первых, риск сломать ноги и скатиться по крутой осыпи даже стараясь это делать вдумчиво и медленно, был излишним. Во-вторых, без шума - это тоже было невозможно. А значит, ползущих по склону, горцы легко, как в тире, смогут забросать копьями или стрелами. Действительно, застигнутый в таком положении, опытный воин не сможет даже уклоняться, а значит, станет легкой жертвой для какого-нибудь пастуха.

Нет, все было не так и плохо.

С места, откуда Игорь наблюдал за входом, часового можно было достаточно легко подстрелить. По прямой, получалось меньше 35-40 метров. Со своего места Игорю было отлично видно, что вход достаточно узкий, и несколько человек смогут его долго удерживать.

После такого конфуза, утверждение, что командир у них парень не только умный, но и самое главное – удачливый, станет не таким уж и однозначным. А значит, это было попросту неприемлемо. Получался самый настоящий пат (96).

(96) Пат - положение в шахматной партии, при котором сторона, имеющая право хода, не может им воспользоваться, не подставив под удар своего короля, и партия признается «ничьей».

На небольшом военном совете возможность обойти по широкой дуге, и больше часа подниматься по склону на глазах у часового или случайных свидетельниц, не обсуждали. Черновой план выглядел незамысловато, но давал хотя бы надежду на неожиданность удара.

Игорь, чтобы не выглядеть «простецом» и всего лишь «одним из», напустил таинственности, сделал невозмутимое лицо и, выслушав всех желающих, согласился с предложенным вариантом, начать атаку с верхней террасы. Было решено, что сначала подстрелят часового, а потом, с помощью трех веревок, подстрахуют воинов, спускающихся на нижнюю площадку по самой безопасной осыпи.

Только оказавшись на месте, он внутренне просиял, сообразив, что не зря «выделывался». Для пересмотревшего множество фильмов про атаки спецназа на террористов, засевших в зданиях, было очевидно, что трех веревок, достаточных для спуска по пологой осыпи, точно хватит для «десантирования» спутников сразу на площадку у входа, с небольшого козырька, нависающего в десяти-двенадцати метрах над ним.

С 20-30 килограммами брони и оружия, попробуй, заберись вверх на высоту трех-четырех этажного дома. А спуститься – никто даже не засомневался. Чего-чего, а защитные кожаные перчатки, необходимые для такого фокуса, были у каждого.

Место у входа хоть и пользовалось завидной популярностью, но за пару последних часов группы или одиночки подряд ни разу не выходили. Всегда между явлениями были пусть небольшие, но паузы. Поэтому можно было логично предположить: что до момента, как смерть часового заметят, отряд успеет спуститься вниз. И значит, будет шанс, что штурм получится единым, дружным, и кровью за него заплатят в основном защитники. Был реальный шанс не дать им собраться и перебить по одному.

Большая часть отряда собралась вокруг закрепленных над входом веревок, а их хевдинг оставался с четырьмя лучниками на площадке, с которой можно было с комфортом обстрелять часового. «Знаком» к нападению, должно было стать появление очередных «гуляк», и внутренний таймер отсчитывал последние минуты.

Игорю было, конечно, не идти в первых рядах, но легкий мандраж его все же поколачивал. Хотя единственное, о чем он старался думать еще меньше, чем о возможной смерти или ранении – это факт, что, скорее всего, перебить первыми придется двух водоносок. Чаще всего туда-сюда бродила именно неопрятная пожилая тетка в сопровождении мелкой 10-12-летней девчонки.

Старуху в полон угонять все равно никто бы не стал, а вот приговорить за ради «военной необходимости» соплюху… Ни нервничать по этому поводу, ему все никак не получалось себя приучить.

«Рабство, конечно, тоже не подарок, но это все-таки жизнь. Да и возможность найти намного лучшую судьбу, чем состариться в кухонной прислуге…»