Конунг. Вечный отпуск (СИ) - Руденко Сергей - Страница 69

- Откуда ты это знаешь?! – шутливо поинтересовался Игорь, тут же одним плавным движением клинка отхвативший сочное ребро, и попытался донести его до рта, не уронив текущий жир на свежую рубаху или штаны.

- О, родичи моей матери великие воины, но они не могут выбрать лучшее мясо малых скотов. У этой «ярки» (92) очень нежная плоть, и мы принесли ее лучшую – правую часть!

(92) Ярка - молодая, еще не ягнившаяся овца.

- А почему правая часть - лучшая? – нашел в себе силы удивиться парень, торопливо проглотив горячее, буквально растаявшее во рту мясо.

- Вот! – явно довольная собой, девушка подняла палец вверх, как бы подчеркивая, что как, мол, этого, можно не знать, но все же уточнила. - Ставя на стол баранину, гостю и господину подают куски только с правой части барашка. В здешних горах знают, отдыхая, баран всегда ложится только на левый бок. Оттого и мясо на его левом боку не такое нежное и мягкое, как на правом! Господин! – очевидно, предположив, что так подчеркнуто поучать не очень разумно, она немного испуганно, несколько раз поклонилась.

«Надо же, до земной необходимости подделывать продукты еще тысячелетия, а «левое мясо» - и здесь означает какую-то ерунду…»

Внутренне усмехнувшись, и прожевав так же мгновенно очередной кусок, Игорь решил, что не готов сейчас вести дискуссии, но все же озвучил мысль: такой прекрасной баранины он и правда, никогда не ел. После этого уже окончательно отдался чревоугодию, в первое время, даже забывая отпивать из заботливо придвинутого серебряного кубка.

* * *

Неизвестно, как Аскольд подгадал, но стоило Игорю сыто отвалить от лишь наполовину опустевшего блюда, как со стороны центра осадного лагеря послышался целенаправленный  топот минимум трех-четырех коней, прервавшийся у их шатров. Бросив заинтересованный взгляд в сторону коновязи, Игорь, мгновенно потребовал таз с чистой водой, и уже через полминуты, шел навстречу дорогому гостю.

Едва успев вытереть руки, он перебросил Труде кусок некрашеной ткани и без малейшего внутреннего напряжения изобразил благожелательное выражение на лице. Высокие договаривающиеся стороны встретились сразу за кругом палаток и шатров и сердечными объятиями подтвердили дружеское расположение.

- Разделишь с нами трапезу? У каменных выдр, как оказалось, помимо богатства было и чему поучиться. Правда, на кухне, а не «на поле», но – было! - под смех гостей и телохранителей уточнил Игорь.

- Не буду возражать, если моих воинов накормят, но сам я не откажусь от кубка вина. У меня к тебе важный разговор! – батав взмахнул в сторону стоящих позади сопровождающих, и замершего между ними мужчины со связанными впереди руками.

«Очевидно, разговор еще и тайный…» - про себя уточнил землянин, рассматривая пленника, по виду, так явного горца.

- Для разговора нам понадобится помощь этого мужа?

- Да.

Переведя взгляд на замершего рядом Дольфа, Игорь принялся отдавать приказания:

- Можете вернуться к огню и накормите наших гостей. Присмотрите, чтобы к моему шатру не приближались, пока не позову. Туда доставить пару кубков, бурдюк вина и, на всякий случай, небольшое блюдо с бараниной! Вдруг ливэ Аскольд все-таки надумает отведать.

Последнее приказание относилось уже к Труде, и он приглашающе повел рукой в сторону жилища.  Через пару минут, все было выполнено, сопровождающие посадили горца на колени у входа и переместились к кострам.

За предыдущие недели пути все давно перезнакомились, и оттуда сразу же начал доноситься веселый гул от голосов множества довольных жизнью мужчин.

- Ни среди убитых, ни тем более среди пленников, взятых в цитадели, так и не нашли ни юного сына здешнего конунга, ни его мать, ни шестерых остававшихся хирдманов… - намекающе проговорил гость, отхлебнув вежливо из кубка. – Что думаешь об этот?

- Их башня примыкает к скале, в ней было множество помещений и, может быть, они все еще прячутся, но... Я думаю, что у них есть какой-то ход!

- Не сомневался в тебе! – рассмеялся, чем-то довольный Аскольд. – А какой он?

Все это напоминало какой-то странный экзамен, но Игорю уже и самому стало интересно.

- Я всего один раз зашел туда, просто из любопытства, но если правильно понял, то большая часть внутренних помещений были прежде пещерой. И еще: они очень мало там рубили камень. Разве что в главной зале… Наверное, где-то есть еще одна пещера, просто хорошо спрятанная. Может в сокровищнице. Ее, кстати, вскрыли?

- Да. В одном из углов там, действительно был заложенный пролом в полу, но воины углубились уже почти на рост – а следов используемого прохода нет. Никаких пустот там тоже не нашли, - уточнил посланник.

- Тогда не знаю, - с улыбкой развел руками Игорь. – Все-таки это нужно смотреть на месте, а не гадать отсюда. В одном я уверен: надо все-таки постараться обойтись без лобовых атак. На три оставшиеся башни приходится фирд в 250-300 мужчин. Они не так хороши, как дружинники их покойного вождя, но если представить что за каждую из них нужно будет полить крови, как в цитадели, то мы оставим здесь слишком много умелых фризов. Кстати, попробуй все-таки баранину, а то скоро остынет, и будет совсем не то. Горцы в этом и правда, понимают лучше моих воинов.

Батав усмехнулся и извлек из-за пояса меньший - столовый нож. Отделив тонкую полоску от лопатки, он вежливо откусил, задумался на мгновение, и заметно оживленнее заработал челюстями. В течение пяти минут лопатка была очищена, но на кусок ребер с правого бока его внимание не переключилось. Аскольд снова потянулся к кубку.

- Смотрю, тебе достался вдвойне ценный приз?! – подмигнул гость.

- Пока знаю это не во всех подробностях. Кстати, я так понимаю, что ответ на вопрос, который мы обсуждали, у тебя все-таки есть? Не зря же ты привел этого мужа, - Игорь кивнул в сторону по-прежнему сидящего на коленях горца.

- Я с тобой согласен, но думаю, то будет все еще хуже. В их главной башне в итоге дрались меньше двадцати пастухов и пахарей, и они убили почти столько же опытных воинов в хорошей броне, да втрое больше серьезно изранили. А здесь, ты правильно говоришь: будет много крови.

- Но у тебя есть какое-то решение… - снова настойчиво заговорил Игорь.

- Нам повезло! Я отправил к навесам для пленников своего помощника, и велел пообещать, что тот, кто подскажет, как взять хоть одну из трех оставшихся башен, не только не будет продан в каменоломни или рудники, но и может рассчитывать получить дом, женщину и кусок земли, чтобы жить спокойно. Он, - Аскольд покосился на пленника, - помог разгадать этот секрет. Правда, ковыряться в земле не хочет. Просит оружие и право вступить в хирд.

- К его судьбе мы, если хочешь, еще вернемся. Что там с башнями?

- О, там все очень интересно! Его дед был хорошим каменщиком, и тринадцать лет назад, когда боги в очередной раз трясли здешние горы, у них что-то произошло с колодцем. Он тогда был не так уж и мал, поэтому хорошо помнит, что почти десять дней туда не пускали никого. И именно его деду их господин поручил какую-то работу в подвале, а потом – щедро наградил… Старик, однажды подвыпил и рассказал внуку секрет, а через некоторое время поехал в гости и пропал. Так его даже следов не нашли. Сказали: волки загрызли, вместе с ослом и седлом от него… Но он согласен: дед любил хвастать, и мог рассказать, эту тайну, не только ему.

- Да что за тайна-то?

Ответом ему был искренний заливистый хохот, и стало понятно, что Аскольд осознанно тянет резину. Скорее даже специально «дразнит».

- Извини, - с улыбкой повинился батав, - ты был слишком сонлив, и я хотел тебя немного взбодрить. У нас, кажется, есть шанс обойтись без штурма…

* * *

Дальше Аскольд принялся рассказывать все известные ему подробности и вместе с расспросами пленника, получилась довольно стройная картина.

Во-первых, выяснилось, что как минимум в одной, из все еще не взятых башен, нет своего колодца в традиционном смысле этого слова. Они, по словам горца, получают воду из подземного ручья, текущего в огромной пещере, примерно на 8-9 метров ниже уровня «земли».