Самый черный день (СИ) - Адрианов Юрий Андреевич - Страница 108

— На юг, конечно. Во-он туда... Надо как-то вывернуть поближе к мосту, а то нам еще через Дон переправляться.

Пацаны срезали между домами, пробежали через насаждения деревьев, отделяющих этот квартал от главной магистрали города, и вышли на проспект Стачек. Вопреки их ожиданиям, трасса оказалась забита автомобилями, не успевшими вырваться за пределы разрушенного мегаполиса. Заторы из столкнувшихся автобусов и легковушек всевозможных марок простирались по обе стороны от того места, где вышли подростки.

Внимание Саньки, изучавшего ошарашенным взглядом застывший поток, вдруг привлекла синяя иномарка, стоявшая неподалеку. Цвет был точь-в-точь, как у машины отца. Непроизвольно сделал несколько шагов в ее сторону и замер, рассмотрев номерной знак. Это была их машина! На негнущихся ногах побрел к ней, убеждая себя, что там никого нет. То, во что превратилась иномарка, уже мало походило на средство передвижения. Передняя часть была смята мощным ударом о борт автобуса, а дверь со стороны водителя протаранил «Патриот».

Поскольку протиснуться между сцепившимися намертво автомобилями было невозможно, он попытался запрыгнул на капот преградившей путь «девятки», рассматривая сквозь треснувшее заднее стекло салон отцовского «Фокуса». Взлетевшие при его появления мухи открыли неприглядную картину. Санька отпрянул назад и тотчас согнулся от безудержного спазма желудка, извергнувшего завтрак, поглощенный еще в подвале родного дома. Тело отца было обезображено, но он узнал цветастую, похожую на гавайскую, рубашку. Да и не мог это быть другой человек, в машине с таким знакомым номером.

Саньку снова вырвало, прямо на обувь, обрызгав штаны и выпавшие из ослабевших рук пачки «Беллакта». Встревоженный Данил тут же подскочил к нему.

— Что? Что с тобой?

— Уй...ди, — еле выдохнул Санька и его тут же скрутил очередной рвотный приступ.

Чтобы не рухнуть на колени, он машинально выбросил руку вперед, опершись о борт злополучного «Патриота». Данил, случайно бросивший взгляд в салон, немедленно выпростал свой завтрак на асфальт.

Проспект покинули в полном молчании. Санька утирал рукавом катившиеся безостановочно слезы, отказываясь верить в происходящее, а Данил брел следом, полной грудью вдыхая воздух и стараясь справиться с периодически подкатывающей тошнотой. Миновав пятиэтажки, окруженные рядами кленов, они оказались в уцелевшем частном секторе. Коттеджи, представляющие собой разнообразие архитектуры и вкуса, занимали большую территорию на правом берегу Дона. До самой реки еще было далеко, но восточнее уже маячил автомобильный мост, ведущий на левый берег и продолжающий магистраль в направлении Батайска.

Петляя по улочкам между частной собственностью состоятельных граждан, пересекли Портовую улицу и углубились в район, где дома имели менее презентабельный вид. Судя по простоте и незамысловатости построек, здесь обитал куда менее зажиточный люд, давно сбежавший из душных оков многоэтажек. Свернув в один из многочисленных переулков с красноречивым названием, явно указывающим на близкое расположение к реке, подростки внезапно остановились, увидев человека, выходящего из ворот одноэтажного дома.

Мужчина, прихрамывая, подошел к автомобилю с открытым багажником. Краем глаза уловив движение справа, он на мгновение замер, а потом резко развернулся. Обе канистры синхронно выскользнули из рук, с глухим булькающим звуком стукнувшись об асфальт. Охотничье ружье стремительно слетело с плеча, и подростки, успев лишь ошалело моргнуть, оказались на прицеле относительно новой вертикалки. Не сговариваясь, оба инстинктивно подняли руки вверх.

Молодой парень, немного похожий на Мика Джаггера (о существовании которого пацаны никогда и не слышали) буравил обоих подозрительным взглядом. Ствол ружья ни разу не дрогнул, и подростки уже начали всерьез опасаться за свою жизнь. Но парень неожиданно опустил оружие, решив, вероятно, что особой опасности эти двое для него в принципе не представляют.

— Куда идем? — нейтрально поинтересовался он. — Да вы руки-то опустите. Встали, как немцы под Сталинградом.

Подростки послушно выполнили его просьбу.

— Ну? Так куда движемся? — повторил он свой вопрос.

— Туда, — Санька махнул рукой в сторону моста. — Из города выбираемся.

— Выжили значит в городе, — констатировал парень. — Сильные там разрушения?

— Чем дальше от центра, тем меньше.

— Я так и думал, — кивнул «Мик». — Ну ладно. Шагайте.

Они медленно прошли мимо, ожидая выстрела или какой-нибудь другой пакости, но все обошлось. Удаляясь по переулку, долго чувствовали на себе его взгляд. Царившая вокруг тишина периодически нарушалась криками чаек, кружащих где-то над рекой, а вскоре подростки услышали постепенно приближающийся звук двигателя. Оглянувшись, увидели подъезжающую «Приору» и отпрянули в сторону, чтобы разминуться с ней в довольно узком переулке. Автомобиль медленно проехал мимо, но через несколько метров остановился, мигнув стоп-сигналами. Дверь открылась и парень спросил:

— Из города выберетесь, а потом куда двинете?

— Не знаю, — пожал плечами Санька. — Туда, где есть люди, наверное.

— Могу подвести, — предложил парень.

Не ожидавшие такого предложения подростки остолбенели.

— Ну? Едете?

— Конечно! — оба энергично закивали.

— Только у меня заднее сиденье занято, так что вперед садитесь. Не толстые — вдвоем влезете. Меня Анатолий зовут.

Пацаны втиснулись на переднее сиденье, и машина тронулась с места. Данил оглянулся назад: все сиденье было занято какими-то пожитками.

Пока Анатолий выруливал к железнодорожной ветке, идущей вдоль пакгаузов на берегу реки, все посматривал на пацанов и морщил нос. Потом не выдержал и приопустив стекло, спросил:

— Чего от вас так блевотой прет?

Так как Санька безучастно глядел в окно, ответил Данил.

— Пересекали проспект и увидели трупы.

— Понятно, — хмуро кивнул Анатолий. — Я сам пару раз блеванул, пока бензин с тачек сливал.

— Мародерствовали? — уточнил Данил.

Анатолий бросил на него быстрый взгляд и хмыкнул.

— Это как посмотреть. Но, наверное, да, мародерствовал. Только тем, кто остался на том проспекте, бензин сейчас ни к чему, а мне ехать далеко. Заправки вряд ли сейчас будут исправно работать.

— А это тоже украли? — Данил кивнул назад.

— Ты за базаром-то следи, — мрачно предупредил Анатолий. — Не думай, что раз я вас в попутчики взял, то шибко добрый. Высажу нахер. Да и мои это вещи. И дом мой был. Я не ворюга, чтоб по чужим шариться.

— А вы не знаете, где все люди? — Данил виновато поспешил сменить тему.

— Где все, не знаю, но в нашем районе многие заперлись в домах. Ждут, что придет армия и всех спасет.

— А она придет?

— Да хрен ее знает. Наверное.

— А вы далеко едете? — продолжал допытываться Данил.

— Как говорил один компьютерный герой — на север.

— На север? А что там?

— Ты чего такой любопытный? — не выдержал Анатолий. — В такси тоже вопросы водителю задаешь?

— Нет.

— Ну вот и сиди молча, не отвлекай от дороги.

Данил насупился и отвернулся, а Санька все также продолжал невидящим взглядом таращиться в окно. Анатолий исподлобья покосился на пацанов и вновь сосредоточился на дороге. Неторопливо ведя автомобиль, он не стал сворачивать на шоссе, ведущее к мосту, а двинулся дальше вдоль реки, по прибрежным улочкам. И чтобы избежать лишних вопросов, пояснил:

— Лучше проехать тут. Все проспекты, думаю, сейчас забиты транспортом — не пробраться. Вам же без разницы куда, на север или юг?

— Лишь бы к людям, — буркнул Данил.

— И то верно. Так как вы умудрились выжить-то?

Данил стал с готовностью рассказывать об их злоключениях. Анатолий слушал внимательно, не перебивая. Когда подросток закончил рассказ, не опустив ни единой подробности, мужчина подвел итог:

— Готовились, значит, к концу света.

— Не то чтобы готовились, — подал, наконец, голос Санька. — Но из-за той политической обстановки в мире, что была перед этим, все к тому и шло. И вот случилось, что случилось. Совпало, когда мы находились в подвале.