Самый черный день (СИ) - Адрианов Юрий Андреевич - Страница 103

Всего в здании было 8 противников — все с АКМ/АКС. Воевать эти парни явно готовы не были. Уже во время перестрелки со Славой они потеряли 4-х человек — трое были убиты Никелем, а одного ранил Слава, каким-то чудом попав дробью ему в шею. Оставшиеся четверо решили спуститься вниз и подобраться поближе к стрелку с ружьём. Но не тут-то было.

Мужик, шедший первым, открыл дверь на лестничную клетку и увидел перед собой окровавленное лицо Гризли — человекомедведя ударило дверью и сломало человекомедвежий нос. Что было дальше, Гризли отказывался говорить, но отставшие от него Домкрат и Малой, поднимаясь за ним, еле-еле увернулись от тела, с криком сброшенного с лестницы.

Шедшие за первым мужиком трое пустились наутёк, а Гризли с залитым кровью лицом не спешил их догонять. Домкрат с Малым принялись за дело. Домкрат, как всегда, поражал своими бойцовскими навыками — сначала он прострелил голову, на секунду высунувшуюся из-за угла одной из комнат, а затем, высунувшись с другой стороны этого же угла, пристрелил напарника этой головы.

Малой ушёл в другое крыло этажа. Сначала ему послышались звуки быстрых шагов рядом, а затем шумное дыхание за дверью, как будто после кросса. Недолго думая, Малой расстрелял в дверь весь магазин своего ПМа. Дверь открылась и из-за неё вывалилось тело. Малой ещё никогда не чувствовал себя так хорошо.

Глава 6

— И х… делать теперь? — разнёсся сверху голос Домкрата. Гризли что-то негромко пробасил в ответ.

— Ну, б.., хорошо, отправим мы их по округе широ……., а дальше-то, дальше что? А я тебе, б.., скажу, что дальше! Вернутся они сюда дальше, вернутся с толпой и у…. нас к х…!

Поднимавшиеся по лестнице Никель и Слава ускорились, услышав крики Домкрата наверху. Оказалось, что они с Малым и Гризли обнаружили в доме ещё пару квартирантов.

Это были две женщины, жёны кого-то из только что убитых мужиков. С ними в комнате лежал и раненный Славой защитник дома, единственный из восьми, оставшийся в живых. Но вот это, похоже, было ненадолго. Домкрат и Малой хотели пустить в расход всех троих, вот только им помешал Гризли. Человекомедведь с грязной тряпкой у носа хотел дождаться Никеля, чтобы разрешить вопрос по-человечески. Поэтому он оттягивал время, выслушивая тирады взбешённого Домкрата.

— Слыш, Гризли, у тебя чо, б…., яйца титановые? Пуль не боишься? А я вот, б.., боюсь! Я так боюсь, что…

Насколько сильно боялся Домкрат, никто так и не узнал, потому что в эту минуту в комнату вошёл Никель.

— Эй, вы чо тут устроили? — поинтересовался он.

Гризли и Домкрат обрисовали ему ситуацию. Пару секунд подумав, он спросил:

— А ты как думаешь, Малой, что нам делать?

— Да чо тут думать? Взять да и кончить их, и всё! Чо с ними цацкаться?

Никель взглянул на Славу.

— А ты?

— Я не знаю…

— Быстрее! — уже почти крикнул Никель. Таким грозным его видели редко.

— Ладно… Я думаю…

— Ну!

— Надо отпустить их… ведь они нам не враги.

— Чо? Они б без раздумий тебя ё…..! — вставил Домкрат.

— Это другое. Они защищали свой дом. Мы пришли сюда не для убийства. Мы пришли сюда для того, чтобы захватить дом. Он захвачен. Всё, их больше незачем убивать! А настоящий враг, он там, за Стеной. Не здесь.

Домкрат разразился таким матом, какой и в словарях мата было довольно трудно найти.

— Ещё и Стену приплёл… — добавил он под конец.

Стена. Узнав о ситуации в стране, соседние государства испугались потока беженцев или ещё чего-то, о чём мало говорят в СМИ. Уже через неделю после начала Этого к границам РФ стали стягиваться иностранные войска. Скоро в зарубежных новостях было объявлено, что в РФ произошло восстание, закончившееся атомной войной, что никто из жителей не выжил, а территория заражена, оцеплена по периметру и её нельзя даже снимать со спутников. Вскоре началось строительство Стены, 6-метрового барьера, разделявшего каменный и железный века. Слава никогда не видел Стену в живую, но однажды она приснилась ему.

Ему приснилось, что он был в лагере с европейской стороны Стены и общался с сослуживцами, когда вдруг началась бомбёжка. Били прицельно, в технику, узлы связи, склады с боеприпасами. Он бежал, куда глаза глядят, оглохнув от взрывов, видя только вспышки света перед глазами. Непонятно как (что во сне не редкость) он добрался до Стены. Он взбежал на неё, чтобы понять, откуда работает артиллерия у тех, кого они с сослуживцами считали обезьянами. И тут он увидел то, чего никак не ожидал от обезьян. Танки. Сотни танков. Наверное, целый корпус. Одинокая оглохшая фигурка на Стене из металлоконструкций, безоружная и от страха застывшая на месте, чувствовала себя невероятно крохотной и беспомощной перед всей этой армадой. Занимало её теперь только одно: почему танки не стреляют? Прошла ещё пара мгновений, и неуклонно приближающиеся танки открыли огонь по стене. Всё вокруг него медленно залилось режущим глаза белым светом, и он почувствовал, что пол выходит из-под ног. Слава проснулся.

Несколько месяцев спустя они с мамой узнали от отца и о Стене, и о Первом Прорыве. Правда, что случилось с бывшими армейскими частями, вышедшими за Стену, никто не знал. Стена восстановилась, а их никто больше не видел…

— Приплёл? Не зря приплёл. Он прав. Наши враги там, а не тут, — сказал Никель.

— Наши враги — все, кроме нас! А будешь геройствовать, мы все здесь помрём, б...! — в очередной раз разразился Домкрат.

— Тихо. Давайте проголосуем. Кто за то, чтобы отпустить их?

Гризли и Слава подняли руки.

— Нас большинство, Домкрат. Иди лучше тела обыщи…

Домкрат, матюгнувшись напоследок и сплюнув на пол, ушёл из комнаты. За ним отправился и Малой, с неодобрением взглянув на Никеля.

— Хорошо. Теперь вы, — произнёс Никель, обращаясь к людям, судьба которых только что решилась, — У вас пятнадцать минут, чтобы собрать самое необходимое в дорогу, и ещё пять, чтобы свалить отсюда. Итого 20 минут. Ясно? Вперёд! Кстати, где вы еду храните?

Глава 7

Все слухи насчёт дома оказались правдой. Еды тут было завались, видимо, где-то рядом нычку откопали. Бывшие хозяева действительно оказались крайне неумелыми бойцами. В общем, настроение отряда было приподнятым. Так продолжалось два дня.

На третий день Гризли, будучи в карауле, впервые увидел чужих, пристально наблюдающих за домом. Вечером того же дня был отбит первый штурм.

Группа, которая теперь претендовала на этот дом, была многочисленной, хоть и плохо вооружённой. Два дня длились их попытки штурма дома, всегда заканчивающиеся смертью 2-4 человек. Впрочем, кое-чего нападающие добились — у защитников было очень мало патронов, и они понимали, что следующий штурм будет последним.

Домкрат всё это время регулярно напоминал Никелю о том, что если б они казнили тех троих, никакой осады бы не случилось. Никель сносил эти упрёки, не пытаясь возражать. Он был абсолютно подавлен и уничтожен, и теперь у него было лишь одно желание — спасти тех, кому, как он считал, было рано умирать.

Стемнело. Штурм должен был начаться с минуты на минуту. Никель привёл Славу и Малого на крышу, зачем-то попросив их взять с собой рюкзаки.

— Здесь будет наша позиция? — поинтересовался Слава, — но зачем так высоко?

— Это не позиция. Это ваш выход.

— Чо? — спросил Малой.

— Выход. У нас почти нет патронов. Третьего штурма мы не выдержим. Поэтому нужно валить. Вам двоим нужно валить. Мы прикроем, — сказал Никель, видя ожидаемое удивление на лицах ребят. Ни один из них не перебил его, ни один не сказал, что останется умирать здесь. Они просто внимательно слушали.

— Смотрите, — продолжал он, — видите ту крышу? Сначала прыгаете на неё, затем на ту, а дальше спускайтесь и бегите со всех ног, ясно?

Ребята кивнули. Расстояние между крышами соседних домов с этой стороны (дом, в котором Слава «прикрывал» 5 дней назад, был в другой стороне, справа) было очень маленьким. План был вполне осуществим, но Слава всё же засомневался.