Вторая Попытка (СИ) - Кыштымов Александр - Страница 77

   - Если ты настаиваешь - могу устроить и крылья, и рога, и даже, если пожелаешь, присобачу куда-нибудь пропеллер, а потом слегка порычу. Конечно, дождь из окалины не гарантирую, но Млечный путь поредеет изрядно...

   - Я всё понял, - пошёл на попятную Вилли. - Обойдёмся без дикого рыка, когтей, не чищеных клыков. Тогда ещё один вопрос - ты бывал раньше не Земле?

   - И не единожды, - признался мужчина, дохнув застаревшим перегаром. - Такая дыра, да и пойло разбавляют, заразы! - Он раздражённо вытащил окурок из-за уха и принялся усердно раскуривать от огонька, выскочившего из пальца.

   - И чем ты занимался у нас? - поинтересовался Лабер.

   - А - а... - махнул рукой кургала. - В основном всякой ерундой. Большей частью я прилетал сюда отдохнуть, развеяться после важных дел. Что ещё можно было делать в вашем примитивном и убогом мире?

   И вдруг до Гриза дошло. Его будто кипятком окатило. Он только сейчас понял с кем его свела судьба. Что для кургала миры и планеты? Он способен в считанные недели разрушить любое общество, перевоплотиться в президента, запустить ракеты, свести с ума холодных аналитиков, спутать любые планы, вывернуть наизнанку аксиомы и представления, расшатать устои, извратить понятия и духовные ценности, опорочить и дискредитировать религии. И поднимет руку брат на брата, мать на дитя, сосед вцепится в горло соседу. Никто и ничто не в состоянии ему помешать. Даже убить эту гадину не получится. Кургала растает туманом, просочится в другие измерения и примется оттуда корчить рожи и показывать незадачливым преследователям язык. Интересно, чем руководствуется в своих действиях его визави? Каким моральным критериям следует? С его спо-собностями можно запросто превратиться в садиста, убийцу, ни в грош не ставящего чужие жизни, если ему изначально гарантирована полная безнаказанность. Никому и ничему не подвластное чудовище. А чудовище спокойно сидело рядом и сосредоточено сосало никак не разжигающуюся сигару. Она отчаянно воняла, чадила, крошилась, но раскуриваться не желала.

   - У тебя нет настоящей? - спросил в пространство кургала.- А то как-то неудобно курить самого себя.

   - Никотин вреден для здоровья. Будешь всю оставшуюся жизнь работать на лекарства.

   - Здоровье, как и всё в мире относительно. Лекарства не исключение. То, что спасает от недуга одних, убивает других и наоборот. Я существую вне этой системы. Мои составляющие не могут страдать никаким недугом. Такое даже теоретически невозможно...

   Мужчина грустно вздохнул и засунул окурок за ухо.

   Гриза всё больше и больше разбирало любопытство, вытесняя собой тревогу и беспокойство. Он словно ребёнок тянулся к огню, хоть и пони-мал, что тот может обжечь. Вилли не знал каким образом вести себя с кургала. Каков он в гневе. Какие подвиги заставит совершить Лабера. Куда поведёт. Через что принудит переступить. Какими моральными принципами прикажет поступиться. Космический пакостник. Эх! Заглянуть бы ему в голову. Понять чего он хочет, к чему стремиться, ради чего живёт, какой идее служит, каким богам молится.

   - Легенды гласят, будто ты не связан временем?

   - Время не наручники и не верёвка.

   - Не цепляйся к словам...

   - В пространстве всякое случается.

   - Значит ты бывал в будущем?

   - В чьём конкретно? - спросил кургала.

   - Как тебя понять?

   - Для кого-то далёкое будущее уже прошло. Для кого-то наступило сегодня, для кого-то не настанет никогда. Естественно, мои слова действительны для ситуации, в которой присутствует стационарная точка отсчёта. А вообще-то грядущее напоминает линию горизонта. Сколько к нему не стремись - оно так и остаётся не достижимым. Так вот! Я побывал везде. Тебя какое, конкретно, интересует?

   - То, в котором цивилизация достигает небывалых высот!

   - Крепко сказано - небывалых высот, - всплеснул руками кургала.- Бывалые высоты никому не интересны. Кому они нужны: посредственные, серые, неубедительные. Нам подавай нечто эдакое, с перчиком. Чтоб захватывало дух!

   - А если серьёзно...

   - Я уже говорил...

   - Ну и как там?

   - Ничего интересного. Все бродят бледныя, худосочныя, аппатичныя. Сами росточка малого, ножонки кривенькие, ангромадныя головёнки отягощённыя распухшими от всеразличнейших знаний мозгами, тилипаются на тонюсеньких шейках, и всё время норовят парить в облаках: свободно, плавно, величаво, самозабвенно. Нанотехнологии там достигли совершенства - нанобифштекс кушают нановилкой и наноножом под наномикроскопом, но зато вкусно необыкновенно! Там даже конфликтовать некому и не с кем, ибо шаблю вострую уже поднять сил нет. Скукотища!..

   - Опять твои шуточки?..

   - Поверь, там всё правильно до тошноты. Каждый норовит поучать, даже тараканы. Везде, куда ни кинь взгляд, развешены плакатики, транспарантики с указаниями, наставлениями, поучениями, изречениями гигантов мысли.

   - Не может такого быть!

   - Шутка. Простая и незатейливая. Конечно, там все повально, избегая резких движений, плавно играют на арфах, причём исключительно ногами, ибо руками любой дурак сможет. Выглядит весьма впечатляюще. Только представь себе - сводный оркестр арфистов Галактики! От его даже черные дыры тошнить начинает...

   Вилли понял. Над ним снова издеваются. В самой разнузданной форме. Он упрямо тряхнул головой и попробовал зайти с другой стороны.

   - Я слышал - ты всесилен...

   - Кто же в наше просвещённое время верит легендам и сказкам! Всё гнусная ложь! Мои возможности сильно ограничены жесткими рамками обыденности, этическими нормами, моральными принципами строителя Вселенной и глубокомысленными заявлениями типа - этого не может быть потому, что не может быть. Но кое-что могём...

   - Тогда почему бы тебе не помочь флоту двух планет выбить райберов с Земли? С твоими возможностями это пара пустяков. Только пошевели пальчиком, и дело в шляпе!

   - Какие мы хитрые и сообразительные, пронырливые и расторопные! Ничего не скажешь - тонкая тактика. Ой - ой - ой! Так, понимаешь, незаметно, хитроумно, подвёл меня, наивного, к желаемому! Увы. Я тебя раскусил. Категорически против! И не подумаю! Пусть выкручиваются сами! Спасай тут всяких!

   - Неужели тебе не жалко людей? Их усилий, жертв, страданий? - возмутился Вилли. - Ты словно прилипала, будто паразит жил среди нас, подглядывал, хихикал, показывал про себя язык, баламутил умы, провоцировал на безумные шаги, внушал надежды, короче - вёл себя крайне подло по отношению к обречённым людям!

   - Жалость здесь совершенно ни при чём. Она, как говорил классик, унижает, развращает и прочая... Идею необходимо выстрадать, пройти для её достижения через муки, потери, боль. Если всё в жизни даётся легко, то и легко теряется. Вы вообще сложите лапки, а я буду аки бобик бегать на побегушках, и приносить в зубах апорт, усердно виляя хвостом. Очень быстро вы разжиреете, обленитесь в доску, сделаетесь мнительными, подозрительными, недоверчивыми. Особо наглые примутся вопить на каждом шагу, будто ими преступно пренебрегают и пытаются бросить на произвол судьбы. Под конец меня, несчастненького, посадят в лампу, чтобы я, уподобясь джину, таскал каштаны из огня. Не дождётесь...

   - Ты бросаешься в крайности...

   - Нет! Это вы недостаточно разумны, чтобы принять, а главное, пра-вильно распорядиться помощью. Все будут надеяться на меня, а не на свои силы. В мои планы не входит плодить иждивенцев!

   - Не могу и не хочу с тобой согласиться. Разумная помощь никогда не помешает. Мне кажется, тебе просто лень спуститься с высот своего величия до нас - ничтожных.

   - Давай не будем хамить, а для начала определимся, что ты имеешь в виду под словами - разумная помощь?

   - Ненавязчивая, незаметная, являющаяся как бы логическим продолжением отчаянной эпопеи по освобождению Светлого Мира. Так почему нельзя, просто из любопытства, ради разнообразия, поддержать моих соратников, но сделать всё тихо, чтобы о твоём существовании просто не догадались! А сидеть, язвить по поводу и без такового, способен любой идиот.