Ночь вне закона - Фитцек Себастьян - Страница 13

Он закричал. Так громко, как еще никогда не кричал в своей жизни. Но он кричал не «На помощь!» и не «Пожар!», как учила его мама, которая где-то слышала, что посторонние на это скорее отреагируют.

Бен орал свое собственное имя.

Раз, другой. Пока сумасшедший с восьмеркой на затылке не вышел из кровожадного состояния и раздраженно не оглянулся на него.

– Я Беньямин Рюман, – еще раз повторил Бен. В горле у него уже пересохло от крика. – Я объявлен вне закона. За мой труп предлагают десять миллионов евро.

Парень в костюме склонил голову набок. С его ботинок на тротуар капала кровь. Волосы прилипли к вспотевшему лбу.

– Старина, это правда, – сказал один из его ребят, которые теперь отступили от безжизненного контролера. – Он реально выглядит как…

Бен не стал дожидаться, когда тот закончит предложение.

И помчался прочь.

Толпа, которая нашла новую жертву, с криками бросилась вслед за ним вниз по лестнице, назад к платформам метро.

Глава 13

Он его достанет. Вообще не вопрос.

У этого придурка никакой выносливости, он уже сейчас пыхтел, как дешевая проститутка, имитирующая оргазм.

Николаю пришлось сдерживать себя и своих парней, чтобы те не схватили его еще на лестнице.

Какой лузер.

Через свои тонкие кожаные подошвы Николай ощущал каждый толчок, каждый шаг убегавшего по жесткому бетонному полу метро. Он обожал это чувство охоты. Но ненавидел легкую добычу.

Хотя в одном Николай отдавал ему должное. У парня были яйца. Большинство воспользовались бы удачной ситуацией и смылись, пока он и его ребята пинали сотрудника службы безопасности.

Но этот тип решил разыграть из себя героя. Хорошо, это его выбор.

Николай спускался по лестнице, перепрыгивая через несколько ступеней за раз.

В самом низу он нагнал объявленного вне закона и на бегу ударил его в спину.

Тот споткнулся, упал, но тут же вскочил на ноги.

Проще простого было пнуть его пару раз и не дать подняться с пола.

Но Николай повернулся и выставил руку вперед навстречу своим парням, которые, расталкивая пассажиров, мчались за ним вниз по лестнице.

– Стойте, – приказал он.

Энджин, его лучший друг еще с начальной школы, удивленно остановился. Немец турецкого происхождения с вводящим в заблуждение сонным взглядом занимался вместе с ним четыре раза в неделю смешанными боевыми искусствами и крав-магой.[8] Они были родственные души, только Энджину не хватало вкуса в одежде.

– В чем дело? – спросил он и указал на Бена, убегавшего за спиной у Николая. Внезаконник, как одержимый, мчался по платформе к южному выходу.

Остальные парни тоже были сбиты с толку, но подчинились приказу Николая и выжидающе смотрели на него. Никто не запыхался, за исключением, наверное, Сэмми, самого молодого. Николай еще подумает, оставить ли его у себя или заменить кем-то посильнее.

– Черт, он же уйдет от нас, – возмутился Энджин.

– Так и надо, – ответил Николай и подозвал своего друга к себе.

Тот сплюнул на ступени лестницы, которой уже никто больше не пользовался. Так часто бывало, когда они развлекались. На дискотеке ли, на парковке супермаркета или в метро. Очень быстро они оказывались одни.

– Я не понимаю. – Энджин покачал головой.

Николай улыбнулся:

– Посмотри сюда.

Он помахал перед носом Энджина черным бумажником, который только что поднял с пола.

Ничего больше не объясняя, Николай, сопровождаемый своими парнями, рванул наверх к выходу. Энджин тоже последовал за ним. Оказавшись наверху, напротив «Алямбры», и снова вдохнув выхлопных газов Зеештрассе, они услышали сирены «скорой помощи» и полицейского автомобиля.

Николай с бандой побежал через дорогу. К остановке как раз подходил трамвай. Номер М13, в направлении Борнхольмерштрассе, но Николаю было все равно, даже если он сейчас хотел в другую сторону. Главное, прочь отсюда.

– Здорово, бумажник, – с издевкой сказал Энджин, садясь на лавку рядом с Николаем. Они были почти одни в вагоне и могли занять оба ряда, никого не прогоняя.

– Его только что выронил наш друг.

Вагон тронулся, и Николай сквозь поцарапанные стекла наблюдал, как на углу остановилась еще одна машина скорой помощи. Полиция, пожарные, врач скорой помощи. Все больше машин разных оперативных и специальных служб включали свои красно-синие мигалки. К счастью, он со своими ребятами уже сидит в трамвае – за ними как раз оцепили угол Мюллер и Зеештрассе.

– Зачем нам его портмоне, старина? Это был внезаконник! Здесь вряд ли лежат десять миллионов.

Николай закатил глаза и еле удержался, чтобы не ударить Энджина ладонью по лбу.

О господи!

Энджин был его лучшим другом. Но не самым умным. Придурок действительно верил, что эта страница AchtNacht реальная. Николай прикинул, стоит ли ему объяснять, что сегодня ночью они, конечно, могли бы повеселиться с этим идиотом, но размер их счета от этого не увеличится. Никто не переведет им деньги за копию свидетельства о смерти Беньямина Рюмана. Это просто интернет-утка. В пользу чего говорил и тот факт, что оба внезаконника были из Берлина, то есть наверняка их вытянули не случайно.

Единственное, что было хорошего в этом слухе, который вот уже несколько месяцев распространялся в Сети, как эпидемия гриппа, – так это то, что по окончании Ночи вне закона у полиции появится сто тысяч потенциальных подозреваемых, если им нужно будет расследовать убийство этого лузера. Еще никогда преступление не могло так легко сойти с рук, как сегодня. И судьба даже подкинула им этого урода. Нужно только смотреть в оба, чтобы не лохануться.

А они оказались бы настоящими лохами, если бы побежали за тем идиотом по платформе, на которой полно камер видеонаблюдения, в то время как полицейские еще не соскоблили контролера с тротуара.

Все это Николай хотел объяснить своему лучшему другу, но лишь пожал плечами и подумал: «Да какая разница?»

Все школьные годы он помогал ему переходить из класса в класс. В конце концов Николай получил аттестат о полном среднем образовании, а Энджину пришлось уйти после девятого класса. Дополнительные занятия и репетиторство были в его случае напрасными стараниями. Поэтому Николай ограничился тем, что показал приятелю пустые отделения портмоне Беньямина.

– Нет, миллионов здесь, конечно, нет.

– А что тогда?

Николай вытащил сложенный до размера кредитной карточки листок бумаги.

– Зачем нам парковочное удостоверение? – спросил Энджин, когда Николай развернул компьютерную распечатку с логотипом клиники «Шарите». Листок уже так часто предъявлялся его владельцем, что края стали ветхими и истрепались.

– С ним можно бесплатно попасть в крытый паркинг на Зеештрассе.

– Ну и что?

– Такое удостоверение выдается только родственникам тяжело больных или пациентов, которые находятся на длительном лечении в больнице. У матери Дэша было такое, когда на Штутти[9] хулиганы переломали ему все кости, помнишь? Она навещала его каждый день на протяжении двух месяцев.

– Я все еще не пойму, почему это тебя так радует.

– Господи, Ночь вне закона. Ты же читал на форуме про охоту. Сведения, которые они нашли о жертвах. Что мы знаем о дочери Беньямина Рюмана?

Энджин по-прежнему выглядел растерянным.

– Какое нам дело до инвалида?

Правомерный вопрос для того, кто особо не думает.

– Она лежит в «Вирхове», – сказал Николай, которого интересовала уже не только драка ради развлечения. Он задумал нечто большее.

Нечто гораздо большее!

Николай повертел парковочным удостоверением.

– Теперь мы знаем, где его дочь. Нам не нужно рисковать и опасаться фараонов, гоняясь за тем типом. Мы просто сделаем так, что он сам прибежит к нам и попадет в ловушку!