Синоним слова "Я" (СИ) - "Velle smoke" - Страница 50

Здание клиники за многие годы сильно изменилось. С новым ремонтом оно больше походило на деловой центр, обрамленный огромными панорамными стеклянными окнами. Все было по последнему слову техники. Только лучшие лекарства и аппараты, новейшие методики и квалифицированные специалисты.

На ресепшене меня уже знали в лицо. Поздоровавшись с персоналом, я прошел прямиком к кабинету беты.

— Можно войти? — спросил я, постучавшись и заглянув в кабинет.

Пространство внутри тоже стало другим. Натяжные белые потолки, гладкие, светло-сиреневые стены и пол, выложенный серой плиткой. Даже дверь Вайтлина изменилась, теперь она была сделана под красное дерево.

— Да, конечно.

Как должен выглядеть кабинет психолога? Так, чтобы посетителям было в нем комфортно. У Вайтлина, например, был абсолютный минимализм. Стол со стеклянной крышкой на черных тонких ножках, узкий книжный шкаф, кушетка для посетителей и несколько картин, обрамленных темным багетом, на стенах.

— Что тебя привело, Бернард? Я же просил приехать с Элионом, — незаинтересованно проговорил бета, не отрывая глаз от каких-то бумаг.

— Но у меня есть очень важный вопрос.

Он тяжело вздохнул и отложил все, подняв тяжелый взгляд прямо на меня.

— Садись и рассказывай, — мужчина жестом указал на кушетку.

Меня он слушал не отрываясь, не перебивая и не переспрашивая. Только изредка он покачивал головой, показывая, что находится всё ещё рядом и не витает в своих мыслях.

— Не думаю, что это из-за его расстройства, — заключил он, когда я закончил рассказ.

Бета снял очки и устало потер переносицу.

— И к мании преследования я бы это тоже не отнес. На моей практике с такими как он подобного не случалось, — продолжил Вайтлин, — я бы посоветовал тебе поговорить с ним. Если не выйдет, проследите. Вполне возможно, что у твоего возлюбленного появился преследователь. Сталкер, если хочешь. О таких ситуациях люди часто даже членам семьи не рассказывают. Боятся и за них, и за себя.

Я опешил. Моего Эла могут преследовать?

— А подобное преследование очень опасно? — не своим голосом спросил я.

— Ну, от случая к случаю. Все зависит от человека, конечно, но лучше не запускать. В целом, подобное ничем хорошим никогда не кончалось, так что будь повнимательнее, Бернард, пока ничего плохого не случилось.

Из клиники я выходил на негнущихся ногах. Что делать ума не приложу. По-хорошему, док прав, нам с Элионом нужно серьезно поговорить и обсудить все это, но вот только сам парень очень самостоятельный и упертый. Он считает, что все может решить сам, что не нуждается в чей-либо помощи. Или же просто боится быть отвергнутым. Поэтому помочь Куперу, думаю, мне будет достаточно трудно.

Мысленно ругая Эла, я не заметил и влетел ногой в лужу. Еще одно «прекрасное» событие за этот «чудесный» день. Проматерившись, я запрыгнул в салон машины, завел мотор, и Мерседес резво тронулся с места.

Обед уже почти заканчивался, а я не успел и крошки перехватить. Желудок предательски заурчал, и мне пришлось заезжать в один из ресторанчиков быстрого питания. К счастью, молодой альфа в окне автораздачи оказался на редкость расторопным. Быстро перекусив бургером, парочкой нагетсов и газировкой, я продолжил свой путь.

Буквально вбежав в офисное здание, я сразу направился к своему кабинету. Мозг снова был загружен работой и Элом. Сначала его празднование, а потом и сталкер. Черт, мне сейчас хотя бы с одним разобраться.

Я уже было скользнул мимо приемной, как вдруг заметил своего секретаря.

«Точно!», — словно лампочка зажглась в моем сознании. — «Он же тоже омега!».

— Юджин, — остановившись у самой двери, я обратился к нему.

— Что-то случилось, мистер Брайс?

— У одного моего хорошего друга, омеги, в скором времени будет День Рождения. Я хочу попросить тебя помочь мне с этим, — было понятно, что Новак был сильно удивлен. — Это не по работе, так что оплаты не будет. Ты в полном праве отказаться…

Договорить мне не дали.

— Хорошо, мистер Брайс. Буду рад помочь вам.

Что-то по-лисьему хитрое, немного дьявольское блеснуло в его глазах, но тогда я не придал этому значения. Много позже стало понятно — зря.

========== Глава 18. “В преддверии бури”. ==========

Pov Автор.

В крохотной квартирке недалеко от окраины было темно. Свет в комнатах погашен, а шторы плотно задвинуты. Царила тишина. Безмолвие нарушали только едва ощутимое дыхание и почти неслышные шажки кошачьих лап.

Хозяин жилища словно играл с кем-то в прятки. Притаившись за своим диваном, Элион обнял колени руками и прижался к ним головой. Его глаза были плотно зажмурены, запястья периодически подрагивали, а пальцы впивались ногтями в тонкую кожу.

— Невыносимо… — едва произнес он срывающимся голосом, подняв глаза и осмотрев пространство вокруг.

Возле него лежали различные бумажки, изображения и надписи на которых невозможно было различить в полумраке. Уже который день он страдал от чьих-то угроз, и с каждым разом все становится гораздо хуже. Поначалу это были только письма исчирканные всевозможными оскорблениями и детально описанными способами физической расправы. Но потом все стало куда более устрашающим.

Посыпались фотографии, сделанные в тот же день, в который письмо оказывалось в ящике. К ним шли приписки, похожие на: « Лучше смотри по сторонам» и «Ого, а сегодня ты кажешься смелее». После к посланиям были прикреплены личные вещи Купера, достать которые без контакта с самим владельцем было совершенно нереально.

Так начались его дни, сдобренные паранойей, и ночи, лишенные сна. «Доброжелатель» ни раз упоминал, что знает адрес Эла и не прочь заглянуть к нему в гости, а также разглагольствовал на тему того, что на второй этаж не так уж и трудно взобраться.

Во мраке, когда из-за окна слышались лишь редкий гул машин и разговоры нетрезвых соседей, Элион не мог сомкнуть глаз. Он лежал на своем диване, вглядываясь в пустую темноту за тонким стеклом. Ему казалось, что стоит задремать — больше не проснешься, а найдут его только через несколько месяцев (в лучшем случае — недель), когда его разлагающееся тело будет уже наполовину съедено голодным котом.

Так после двух дней без отдыха и потери сознания в собственной кухне, Купер начал пить снотворное. Поначалу это была только одна таблетка, чтобы заснуть, а потом же начинало казаться, что все без толку. Каждую ночь парня обуревали кошмары, сны становились все страшнее и беспокойнее. Он выпивал все больше таблеток, но разум еще сносно работал. Эл прекрасно понимал, выпьет слишком много — смерть. Умирать он сейчас хотел меньше всего.

Его дела с Бернардом наконец-то пошли на лад. Элион полюбил его по-настоящему. Никогда не испытывавший подобное, он был готов отдаться этому чувству целиком, не щадя самого себя. Поэтому не стеснялся цепляться за них когтями и зубами, делать все, чтобы оставаться рядом с возлюбленным.

Омегу совершенно не волновало собственное самочувствие. Он был согласен видеться с Брайсом даже больным, даже полумертвым, поэтому угрозы, записки и звонки, что начались недавно, не стали помехой.

«Костьми лягу, но не расстанусь с ним из-за такого!» — решил для себя Эл.

Но как бы то ни было, страх за собственную жизнь не покидал Элиона ни на одной встрече с альфой. Стоило только мелькнуть какой-то подозрительной тени, как парень вздрагивал и замирал, вглядываясь в толпу, разыскивая незнакомую фигуру. Омега ощущал, как чей-то острый взор прожигает ему спину. Ощущение слежки не пропадало все время, и только в своем доме — или в доме любовника — ему становилось чуть легче. Но потом кошмар повторялся вновь. Казалось, что он заперт в огромном лабиринте из страхов и жалких попыток.

Он боялся многого, даже очень многого. В первую очередь, за свою жизнь. Потом, что Бернард пошлет его и его тараканов куда подальше. На задний план же уходили страхи, с которыми он живет большую часть своей жизни. Что бы не происходило, Элион есть Элион. Все переживания, касаемые его внешности и общества, оставались при нем.