С чистого листа (СИ) - "лейтенант Кеттч." - Страница 2

Я, кое-как, довлёк его до квартиры, успев мысленно порадоваться, что это всего лишь третий этаж, и опечалиться, что это третий этаж в старом фонде. Полубесчувственная тушка, казавшаяся возле машины такой тощей и даже лёгкой и изящной, при преодолении последнего пролёта лестницы начала казаться неподъёмного веса статуей, очень жёсткой притом.

Именно поэтому я сгрузил парня на диванчик, стоявший в гостиной у окна, а не, скажем, в кровать в бывшей комнате прислуги, где иногда ночевали приезжавшие ко мне дальние родственники и иные гости. Нет-нет, я не разорившийся тайный миллионер, просто, судя по расположению окон в квартире, было достаточно просто определить, где когда-то находились «парадные комнаты», а где проживала, судя по всему, служанка, гувернантка, а, может, повариха. Короче, при входе в эту вечно тёмную комнатку возле кухни нужно было открыть дверь, а мне в тот момент хотелось побыстрее перегрузить неадекватное тело на любую горизонтальную поверхность.

Сказано — сделано.

Это я теперь понимаю, что отведи я его в ту полутёмную комнатёнку или уложи на узенький диванчик правым плечом к спинке, всё бы пошло по-другому, и, скорее всего, ничего бы и не было, но…

Уложив Макса, я залёг спать. Где-то под утро меня разбудили стоны. Поскольку жил я в квартире один, то привычки закрывать двери кухни и тех комнат, которыми я пользовался постоянно, то есть, спальни, гостиной и кабинета я так и не заимел. Стоны доносились с диванчика.

Припомнив, что нас, студентов-медиков, учили делать промывание желудка через зонд, я мысленно произвёл ревизию того, что дома можно было бы использовать для данной процедуры и пришёл к выводу, что всё, имеющееся у меня, нестерильно, и едва ли может быть стерилизовано в домашних условиях и использовано для облегчения участи наглотавшегося какой-то дряни в клубе.

Обойдя обращённый сиденьем к окну диванчик, я в рассветном полумраке пригляделся к тому, что на нём происходит. Из-за того, что сиденье дивана было несколько наклонено в сторону спинки, большая часть веса лежащего приходилась на прижатое к спинке левое плечо. Макс, не просыпаясь, раз за разом безуспешно пытался перевернуться на другой бок, нажимал плечом на спинку дивана, всхлипывал и постанывал.

Я посчитал, что если его перевернуть носом к спинке, он успокоится и продолжит спать дальше. Однако парень фактически заорал и тут же проснулся.

— Плечо… — издал стон он и тут же снова улёгся на спину.

— Упал на него вчера? — предположил я.

— Нет. Травмировал. Давно. Был уверен, что всё сто лет, как прошло. А тут месяц пришлось ежевечерне тягать одну корову… Через две недели стало побаливать, а ещё через две пришлось уйти: я уже пошевелить им не мог. Думал, всё уже прошло, а оно снова… — сморщился Макс и постарался максимально отдалиться от спинки дивана. Учитывая небольшую ширину сиденья дивана, удалось это ему плохо.

— Слушай, — вдруг предложил я, — перебирайся ко мне в кровать.

— Чего?! — явное изумление в голосе и на лице Макса указывали на то, что своё недавнее предложение трахнуться парень совершенно не помнит, да и, возможно, мысль о двух особях мужского пола в одной постели для него дика.

— Ничего. Там места больше, — ответил я. — Пошли.

Макс отлепился от дивана и последовал за мной.

Я вытащил из шкафа запасное одеяло, а подушек у меня в кровати всегда было две, забрался в кровать с одной стороны и жестом предложил Максу занять другую. Постояв с полминуты, он разоблачился до трусов, разобрал свёрнутое одеяло, лёг, немного повозился и затих.

Уснул я почти мгновенно.

Проснулся я оттого, что Макс удобно устроился на боку, уложив на меня больную конечность и закинув на меня ногу. Когда я попытался по-тихому уползти на край кровати, меня, не просыпаясь, ловко перехватили и вернули в исходное положение.

Пролежав ещё сколько-то, я снова принялся выбираться из постели. В этот раз Макс проснулся и тут же, словно спрут, втянул щупальца, то есть, отпустил меня и откочевал обратно к краю.

— Подъём! — беззлобно гаркнул я, предполагая, что парень сейчас встанет, оденется и уедет к себе домой.

Но он лишь приоткрыл один глаз и, простонав: «Мне нехорошо», — перевернулся на живот и уткнулся носом в подушку.

Комментарий к Часть 2. Неожиданный гость

Кто не верит, смотрим тут: http://ratkino.ru/upload/video/thumbs/medium/a/3/1/a31ec787773db91278e3aff2f2cd9d85.jpg

====== Часть 3. Весьма познавательное чтиво ======

Кое-как выбравшись из-под постанывающей тушки, я на всякий случай поставил на плиту воду и ушёл в душ.

Когда я вышел оттуда, вода уже вскипела, а Макс продолжал лежать в прежней позе.

Я позавтракал, а он всё лежал. Не идти на работу я не мог, а потому принялся одеваться, задаваясь вопросом, не совершаю ли я большой ошибки, оставляя его у себя. Причём, беспокоил меня не тот факт, что весь день в квартире будет находиться не совсем адекватно реагирующий на окружающее незнакомый мне парень, а то, что, уходя, я собирался его закрыть в квартире одного.

Принеся из ванной тазик, я поставил его возле кровати. Там же я оставил большую чашку с водой.

После чего я растолкал Макса, придал ему сидячее положение и, как сержант на плацу рявкнул:

— Сидеть и слушать! И не перебивать!

Взъерошенный Макс изумлённо воззрился на меня.

Я прочитал ему краткую лекцию о тех последствиях, которые неминуемо ждали бы его, не попадись ему в клубе я, об опасности беспорядочных половых связей и секса без резинки.

Глаза Макса становились всё круглее.

Мой взгляд упал на книжный шкаф.

— Чтоб к моему возвращению всё прочёл и выучил. Вернусь — проверю.

Я схватил с полки толстенный том учебника венерических болезней и швырнул ему на колени.

— Таз — рядом, кастрюли с кипячёной водой — на плите. Захочешь есть — еда в холодильнике.

Макс так же молча таращился на меня.

— Вернусь — проверю, — как можно более грозно повторил я, ткнул пальцем в лежащий на кровати том и вышел из комнаты.

На работе, как обычно, всё закружилось, завертелось. Пациентки, запись, направления, анализы, загадочным образом исчезающие карточки, появляющиеся потом в самых неожиданных кабинетах. Короче, рутина. О Максе я вспомнил только вечером.

Открыв дверь квартиры, я на мгновение задался вопросом, туда ли я попал, так как из кухни плыли дивные ароматы. Хотя, возможно, это я настолько сильно проголодался.

На кухне никого не оказалось. На сковородке под крышкой обнаружилась картошка с луком, на столе — салат из помидоров со сметаной.

В бывшей комнатке прислуги Макса не было.

А вот увидеть то, что предстало моим глазам в гостиной я оказался не готов. У окна, используя подоконник вместо станка, Макс, одетый лишь в мои спортивные штаны, делал какие-то па. Но поразило меня даже не это. Одной рукой он придерживался за подоконник, в другой — у него был толстенный фолиант, тот самый, оставленный мною утром учебник венерических болезней. Продолжая приседать и поднимать ноги, не наклоняясь ни в одну сторону, Макс перелистнул страницу.

Я, видимо, чем-то выдал своё присутствие, так как он повернул голову в мою сторону, снова присел, приподняв ногу, и, чуть взмахнув раскрытым учебником, произнёс:

— Весьма познавательное чтиво.

Потом он переложил учебник в другую руку и развернулся другим боком к окну.

— Надеюсь, выучить наизусть акушерский справочник меня не заставят? Кстати, а зачем он тебе? — спросил Макс, махнув томом в сторону того шкафа, из которого я утром извлёк учебник венерических болезней.

— А я работаю...

Я замолчал, пытаясь подобрать слова, чтобы получше объяснить.

— Гинекологом, — добавил я.

====== Часть 4. Какой-то слишком голубой ======

Услышав, кем я работаю, Макс воззрился на меня как на ненормального.

— Тебе так надоедает смотреть на определённую часть женской анатомии на работе, что по вечерам для разнообразия ты водишь к себе немного перебравших парней? — выдал он.