Якудза - Силлов Дмитрий Олегович "sillov" - Страница 154

Через себя.

Не оборачиваясь.

Туда, откуда они прилетели…

Три взрыва слились в один.

А потом была тишина… Глухая, давящая.

Мертвая…

Виктор осторожно выглянул из-за камня.

Никого. Лишь окровавленные клочья черной униформы и темно-красного подрагивающего мяса. Прочь от Виктора по щебню ползла оторванная нога в сапоге, рефлекторно сокращаясь в колене, словно ее хозяин все еще пытался убежать от неминуемой смерти. А иссеченный осколками хозяин валялся рядом с гусеницей заглохшего БТМа и к своей ноге уже не имел ни малейшего отношения. Как и ко всему остальному на свете.

Ощущение нереальности происходящего пропало напрочь. Если до сего момента Виктора не оставляло знакомое по Японии чувство, что все, происходящее с ним, есть некий вариант осязаемого и озвученного сна, то сейчас пришло четкое осознание.

Не сон.

И не бред.

И далеко не «Алиса в стране чудес».

Это война!

Его война с системой, после полного уничтожения в прошлом веке сумевшей возродиться на шестом континенте…

Две прямоугольные тени, павшие на останки охранников концлагеря, отвлекли его от созерцания поля боя. Он поднял голову.

Черт!!! Как он мог забыть, что «автозаки» фельдполиции летают абсолютно бесшумно?

Последней мыслью, которая промелькнула в его голове, была фраза, когда-то очень давно сказанная Александрой: «Он слишком много думал там, где надо было действовать. Нет ошибки страшнее, нежели недооценивать противника».

Потом была молния, швырнувшая его на камни.

И еще одна.

И еще…

Часть вторая

Арена бессмертных

Двенадцатый год правления императора Цинь Ши-хуан-ди[112], страна Ямато[113]

Воздух был влажным и спертым. Солнце пекло немилосердно, а острые камни то и дело пытались пробить сандалии и вонзиться в стопу. Казалось, будто сами боги не хотели, чтобы человек шел дальше. Но он шел, опираясь на деревянный посох, разлохмаченный у основания ударами о бесчисленные дороги и оттого похожий на перевернутую метелку.

Жара не особенно беспокоила человека – остроконечная шляпа с широкими полями вкупе с густой шапкой спутанных волос, отросших за время путешествия, защищали его от солнечного удара. Легкие уже привыкли к влажному островному воздуху, камням пока не удавалось справиться с выношенными, но все еще крепкими подошвами сандалий. А от усталости и скуки спасали стихи, которые человек слагал прямо на ходу:

Вершина горы, к которой он стремился последние два дня, неумолимо приближалась, что также добавляло сил страннику. Он успел повидать множество гор, но ни одна из них так и не оказалась той, которую он искал…

Много лет назад императору Цинь Ши-хуан-ди приснился сон о прекрасном острове, на котором у подножия горы Пэнлай живет святой даос, владеющий секретом бессмертия. Император очень хотел жить и поэтому счел сон пророческим.

– Ты единственный, кто сможет найти то, что мне нужно, – сказал тогда Ши хуан-ди. – Я дам тебе армию.

– Мне не нужна армия, – усмехнулся человек и погладил свой посох. – Ты же знаешь, что этот посох называют «Восемь тысяч воинов». И он вполне соответствует своему имени. В любой момент я могу поднять из земли армию своих терракотовых телохранителей – главное, чтобы под ногами была земля.

– Ты прав, – согласился император. – Тогда я дам тебе флот.

– Зачем мне флот? – удивился человек. – Для того чтобы путешествовать по морю, вполне достаточно одного корабля. А от пиратов и бурь меня защитят морские драконы.

– Тогда я дам тебе много золота и драгоценных камней! – воскликнул Ши хуан-ди.

Человек поморщился.

– Ты же знаешь, что, если мне понадобится и то и другое, для меня не составит большого труда сделать сколько угодно золота из свинца и алмазов из камней, валяющихся под ногами.

Император приуныл.

– Ты снова прав, Сюй Фу, – сказал он с грустью. – Я плохой император, и мне нечего тебе дать с собой в дорогу.

– Отчего же, – возразил Сюй Фу. – Ты дал мне Путь, достойный одновременно и ученого человека, и истинного воина. Это и есть наивысшая из наград…

Много раз солнце сменило луну, а лето сменило зиму с тех пор, как человек по имени Сюй Фу покинул Срединное царство[114]. Но тысячи пройденных ли не приблизили его к цели. В мире было слишком много гор, и пока ни у одной из них ему не встретился бессмертный из сна императора Ши хуан-ди… И пока что мудрец и воин шел, бросая на землю рисовую шелуху, которую подбирал ветер, и стихи, которые, возможно, со временем подберут люди и расскажут по-своему…

У подножия горы, к которой шел Сюй Фу, раскинулось прекрасное озеро, на берегу которого сидел человек в странном костюме, словно отлитом из серебра. Рядом с ним валялся на земле серебряный сосуд. Человек обхватил голову руками в великом горе и потому не видел, как сзади к нему подкрадываются двое бродяг, доставая из лохмотьев ржавые ножи.

Вызывать из земли терракотовых телохранителей времени не было. Да это в большинстве случаев и необязательно для того, кто исповедует Путь Мудреца и Воина.

Сорвав с головы свою широкополую шляпу, Сюй Фу метнул ее, словно бумажный диск, которым у него на родине ребятишки ловят богомолов. Следом за шляпой полетел деревянный посох…

Человек на берегу обернулся на шум – и вздрогнул.

Сзади него на земле лежали два оборванца, судорожно сжимая в ладонях рукояти ржавых ножей…

Правда, вряд ли те ножи могли им пригодиться в дальнейшем.

Голова одного из разбойников была насквозь проткнута длинной деревянной палкой, на конце которой болталась маленькая метелочка. А голова второго плавала в озере отдельно от тела, из перерубленной шеи которого толчками вытекала темная кровь.

Сюй Фу не спеша подошел и, наступив ногой на голову разбойника, выдернул посох из его проломленных висков. Остатки мозга на конце посоха он соскреб о ближайший камень, после чего поднял с земли шляпу для того, чтобы проверить, не затупился ли от удара круглый стальной клинок, вшитый в нее по окружности.