История одного вампира: Покаяние (СИ) - Лотос Кристофер - Страница 53

— Беги! Пожалуйста беги!

Но голос так и не вырвался из глотки.

Захотелось закрыть глаза или отвернуться. Как в детстве когда смотришь ужастик. Прекрасно знаешь, что в следующую секунду монстр выпрыгнет из кустов и начнёт кого-то расчленять. Это продлится совсем не долго, меньше минуты, а потом снова можно смотреть… а пока надо забраться под одеяло и переждать. Только я не ребёнок и это не кино! Подбор монстра — идеальный. Режиссура — вне всяких похвал. Оператор явно схалтурил. Картинка не чёткая, всё плывёт, дрожит, мигает…

Внатуре ужастик.

Открыл дверь. Снова чертовски захотелось крикнуть. Потерпел фиаско. Зато сумел зажмурится и отвернуться…

Стоп! Это не у меня получилось.

Когда пришёл в себя, мои ноги и руки были крепко связаны. Пол, зал, во рту металл. Если бы не путы, я подумал бы что растерзал Сандру, но здесь творилось, что-то непонятное. Челюсть болит, шея тоже, в глазах пляшут кровавые мальчики. Хорошо танцуют, должен отметить, резвенько так, с огоньком.

— Ты как? — послышался откуда-то сверху голос Сандры.

В ответ я промычал что-то не членораздельное. Челюсть болела так, словно мне её оторвали и приставили назад, а с зубов рашпилем соскоблили эмаль и заставили съесть ведро мороженного.

Оказалось, даже с моим болевым порогом удар чувствовался настолько ярко, словно меня переехал товарняк. Примерно месяц назад я пропорол руку гвоздём, и ничего. Со всеми случается. Раньше я б орал пару минут, а так, десять секунд отборного мата и боль перестала меня донимать.

С трудом поднял голову. Каждое движение шеей было адом. Увидел разгуливающую по квартире Сандру. Она явно старалась сохранять хладнокровие, но это не особо удавалось.

— Эй… встать можешь? — после продолжительного молчания спросила она.

— Ты что дура?!

Хоть произнесено это было сбивчиво, но суть моего возмущения была Саше понятна. Выломать челюсть, связать скотчем по рукам и ногам, а потом примотать верёвкой к батарее. Как же тут не сплясать ламбаду?

— Попробуй! — настояла Сандра, без толики иронии. — Мне нужно знать, насколько ты крепко связан.

Разумеется, я послал её куда подальше. Поняв моё возмущение, Саша смягчилась.

— Милый, ну поёрзай немножко. Мне просто надо знать крепко ли я тебя связала. Не хотелось бы тебя снова бить.

В том, что она не шутила, сомневаться не приходилось. Я поёрзал для виду. Связала действительно крепко, со знанием дела.

— Поверь, лучше тебе оставаться связанным, — пояснила Сандра. — Не хотелось бы тебя калечить.

Она подошла к креслу и достала бейсбольную биту. Несколько раз взмахнув ей, Сандра подошла ко мне. Владела битой она очень не плохо. Ловкость и лёгкость движений говорили о том, что пользоваться оружием она умеет. Уж не знаю, кто её обучал, но если у неё в руках окажется настоящий клинок, хрупкая нимфетка не растеряется. То как она играючи меня рубанула, говорило само за себя. Поэтому ещё раз решил проверить свои путы.

— Правильно, — заметив моё копошение одобрила Сандра. — Я правда не хочу делать тебе больно, но если ты снова бросишься на меня, я разнесу твою башку. Это понятно?

Чё, все вампиры такие кровожадные? Конечно, сам не ангел, но…

Самое страшное, что она бы не просто разнесла мне башку, а сделала, это не раздумывая. У нас так заведено. Точнее у людей тоже, просто им это надо развивать. Когда я занимался боевыми искусствами в группу пришла девушка которая при слове «кровь» вздрагивала, а при её виде вообще однажды на тренировке рухнула в обморок. Ударить человека боялась. Так, наносила какие-то бессмысленные хлопки, а когда удар получался, потом могла полдня извиняться. Благо тренер был великолепный, один из лучших в моём городе. Коллеги по цеху дали ему говорящее прозвище «Люцифер», потому что он, по бытовавшему в народе мнению, превращал людей в монстров. Два месяца занятий и девица с лёгкостью могла вбить врагу палец в глаз. Но это цветочки в сравнении с тем, что делает перемена. Не скажу за себя, но Давид наверняка может попивать персиковый сок, при этом препарируя ещё живого младенца.

Я сказал (хотя как сказал? промычал) Сандре, что всё понял. Она подошла ко мне и напоила кровью из чашки. Где она её нашла? Так быстро?

Не имею ни малейшего представления.

Кстати, она протянула мне чашку, как будто я мог её взять.

— Извини, — бросила она, кладя на пол биту.

Поила, пытаясь придержать мою голову. Я открывал рот, а челюсть тряслась как у контуженого маразматика. Так глупо и так мило. Меня часто кормили девушки. Разными вкусностями, фруктами, мороженным, поили вином и шампанским, но пить кровь из рук прекрасной дамы как-то не приходилось.

Теперь немного об особенностях крови. Ели пить не хочется — она на вкус достаточно неприятная. Чем ближе голод, тем она вкусней, но когда делаешь слишком большую паузу между кормежками, она становится отвратительной. Пить её горячую, пульсирующую из раны — это одно, холодную из кружки совсем другое. Попробуйте на досуге выпить нерафинированного масла, смешенного с рыбьим жиром и патокой. Вот такие ощущения.

— Ты как? — подняв биту, спросила Сандра.

— Нормально, — успел ответить я, перед тем, как в глазах всё потемнело.

«Блядство какое-то творится», — успел подумать я и понять, что дела мои реально дрянь. Ярость накатывала. Тело забилось в конвульсиях. Судороги сводили мышцы. Я извивался на полу так, что казалось руки вырвутся из суставов. Связанный, избитый, отплясывающий нижний брейк с элементами электрик-буги. Вот это зрелище. К моему несчастью суставы остались на месте, руки тоже, а скотч лопнул. Вырвавшись из пут я, остервеневший, бросился на Сандру.

Всё! Туши свет, бросай гранату!

Так, под грузовик я уже попадал, под локомотив тоже… ага, самолёт. Реально сверхзвуковая громадина.

Везучий как утопленник. Вообще я какой-то многострадальный.

Попробовал пошевелиться. Зря. Плохая идея. Хоть кровь уже растеклась по организму, легче не становилось. Больно — пиздецки! Реально не ICE.

— Ты жив? — спросила откуда-то Сандра.

Сил не было даже открыть глаз, а так много хотелось сказать.

— Я только два раза ударила, — поспешила оправдаться Саша.

— Спина болит жутко.

— Ну, три раза, — обиделась она. — Не будь таким букой.

Видать девушек тоже заводит драйв боя. Радости от нового открытия никакой, одни убытки. Ради прекрасных дам, на что я только не шел? Цветы, походы в кафе и рестораны, кино и театр, серенады под окном и, будь он не ладен, шопинг.

Кто вообще придумал продажу бейсбольных бит? Бейсболки и биты. Обалдеть! Одни спортсмены! Может кто-то видел в России бейсбольное поле? Мячи? Перчатки-ловушки? Кто вообще знает правила этой игра? Если в бейсболке — значит рэпер, если с битой — и тут миллион вариантов…

Чудная игра. Америка вообще страна контрастов.

После моего возвращения в мир живых Сандра рассказала об обстоятельствах избиения. Оказывается, голод может конкретно повредить мозги. Человек лишается рассудка от чего угодно: от любви, ненависти, радости, гнева, но вот от голода? Я никогда в жизни не голодал (в привычном для человека понимании). Извините опять за подробности, просто хочу доступнее объяснить, что такое ярость.

Вам когда-нибудь хотелось кого-нибудь убить? Сто процентов. Вот Вы идёте на кухню, берете нож и направляетесь убивать. Каждый представлял себе подобное. Какие-то пьяные халуи затянули песню в подъезде, собака соседа гавкает по ночам, в магазине продавщица нахамила. Почему ни разу Вы никого не прирезали? Потому что мысль скользит, а потом растворяется. Ярость есть, но не та… не такая сильная, лютая. Ярость вампира совсем другое. Она не отпускает.

Вот ссора. Картинка знакома каждому. Слово за слово и бамс. Прямо в яблочко. А человек с которым ты ругался может и не быдло какое, а даже твой знакомый. Он упал, распластался. «О, блин, что ж я сделал то?» Это — ярость. Вы видите, как кулак летит собеседнику в лицо, как с его губ слетает последняя колкость и блямс. Минус один.