Великие женщины Древней Руси - Кайдаш-Лакшина Светлана Николаевна - Страница 10

Исландская сага подробно передает все колебания конунга Норвегии: попытаться вернуть себе власть или оставаться на Руси? «Когда Олав конунг решил вернуться домой, он сообщил об этом Ярицлейву конунгу и его жене Ингигерд. Они стали его отговаривать и говорили, что у них в стране он может получить владения, подобающие ему. Они просили его не ехать навстречу врагам с таким небольшим войском». Но Олав рассказал им свой сон, который указывал на то, что ему нужно вернуться в Норвегию: «Увидев, что конунг твердо решил ехать, они предложили ему воспользоваться их помощью и взять в дорогу все, что ему нужно. Конунг поблагодарил их дружескими словами за участие и сказал, что он охотно возьмет у них все, что ему будет необходимо в пути… У него было тогда около двух сотен людей. Ярицлейв конунг снабдил их всех лошадьми и всем необходимым снаряжением. Когда конунг собрался, он отправился в путь. Ярицлейв конунг и его жена Ингигерд проводили его с большими почестями. Своего сына Магнуса он оставил у Ярицлейва конунга».

В Норвегии Олава встретили его жена и пятнадцатилетний брат Харальд, сын Сигурда. Он был высок ростом и выглядел как взрослый.

Однако норвежская знать, предательски поладившая с Кнутом Могучим, завоевателем страны, не собиралась уступать захваченных позиций. Узнав, что Олав вернулся из Гардарики, норвежцы собрали огромное войско и дали ему бой. Битва при Стикластадире 29 июля 1030 года окончилась гибелью законного короля Норвегии, конунга Олава, и смертью многих его воинов. В Норвегии установилось датское господство.

Кнут Могучий посадил в Норвегии своего сына, который презирал норвежцев, и поэтому свидетельство одного датчанина перевешивало перед властями свидетельства десяти норвежцев. Если норвежец уезжал из страны без разрешения сына Кнута, то все его богатства и владения доставались конунгу-датчанину. Тогда норвежцы вспомнили погибшего Олава и провозгласили его святым. Вскоре они снарядили корабли и летом отплыли на восток, в Гардарики, послали своих людей в Хольмгард «к Ярицлейву конунгу и просили передать ему, что они хотят взять с собой Магнуса, сына конунга Олава Святого, и отвезти его в Норвегию, а там помочь ему получить отцовское наследство и стать конунгом в стране.

Когда об этом узнал Ярицлейв конунг, он стал советоваться со своей женой и другими знатными людьми. Они решили послать гонцов к норвежцам и пригласить их к Ярицлейву конунгу и Магнусу. Им обещали свободный проезд по стране. Когда они добрались до Хольмгарда, то было решено, что норвежцы, которые приехали, станут людьми Магнуса и будут ему служить».

О том, как Магнус отправился из Древней Руси — Гардарики в Норвегию и стал ее конунгом, рассказывает уже другая сага — «Сага о Магнусе Добром». Он правил Норвегией с 1035 по 1047 год. Значит, по меньшей мере несколько лет Магнус провел у Ярослава Мудрого и его жены в Древней Руси. Если бы не эти саги, разве можно было бы представить, какую огромную роль в европейской жизни играл Ярослав Мудрый!..

Умер Кнут Могучий, который почти четверть века был конунгом Англии и Дании и семь лет правил в Норвегии, и Магнус стал править и Данией, и Норвегией.

А тем временем в Гардарики к Ярицлейву конунгу — Ярославу Мудрому и его жене Ингигерд-Ирине сразу после гибели Олава Святого в битве при Стикластадире прибыл его юный брат Харальд, впоследствии получивший прозвище Суровый или Отважный. Харальд был скальдом, слагал песни, и его сердце покорила старшая дочь Ингигерд и Ярицлейва — Елизавета.

«Конунг Ярицлейв хорошо принял Харальда с его людьми, — повествует „Сага о Харальде Суровом“. — Харальд сделался предводителем над людьми конунга, которые охраняли страну… Харальд провел в Гардарики несколько зим и ходил походами по Восточному Пути».

Свои песни скальд Харальд обращал к гордой и неприступной Елизавете. Одна из этих песен, дошедшая до нас, имеет постоянный припев: «Только русская девушка в золотой гривне пренебрегает мною!» (Гривна — шейный обруч, украшение.) Проведя несколько зим в Древней Руси, Харальд отправился со своей дружиной в Страну греков — Византию и поступил на службу к императрице Зое. Скандинавы, служившие в войсках Византии, назывались верингами (вероятно, отсюда и происходит слово «варяги»). Из Византии Харальд отправился в Страну сарацин — Африку и захватил там огромные богатства, золото, драгоценности и 80 городов. Как гласит сага, «все имущество, какое он добыл и в каком не нуждался для того, чтобы содержать себя, он посылал с верными людьми на север в Хольмгард на хранение к Ярицлейву конунгу, и там скопились безмерные сокровища. Так и следовало ожидать, потому что он ходил походами в ту часть мира, которая всего богаче золотом и драгоценностями, и совершил множество подвигов».

Любопытно, что, описывая поход на Сицилию (в саге — Сикилей), сага рассказывает о примененной там Харальдом военной хитрости. Чтобы взять неприступный город, он велел выловить поблизости птиц, которые вили гнезда в городе, а потом вылетали в лес за добычей, привязать к их спинкам «сосновые стружки, смазанные воском и серой, и поджечь их». Птицы полетели в город и сожгли его, так что все горожане вышли просить пощады. Этот прием слишком напоминает месть княгини Ольги древлянам, чтобы быть повторенным случайно, так что скорее всего Харальд узнал этот рассказ о княгине Ольге на Руси.

После всех походов и побед Харальд вернулся в Восточную державу. «Во время этой поездки Харальд сочинил Висы Радости (висами назывались песни скальдов. — С. К.-Л.), и было их всего шестнадцать, с одинаковым припевом в каждой», — так говорит сага. Из этих шестнадцати песен, обращенных Харальдом Суровым к русской княжне Елизавете, сохранилось шесть. Судьба их сложилась удачно. Позднее они завоевали популярность во Франции, а потом вернулись обратно на Русь.

Наши поэты, начиная с XVIII века, переводили эти висы Харальда; поэт Н. А. Львов в 1793 году назвал свой перевод так: «Песнь норвежского витязя Гаральда Храброго, из древней исландской летописи Книтлинга сага, г. Маллетом выписанная и в датской истории помещенная, переложена на российский язык образом древнего стихосложения, к примеру: „не звезда блестит далече во чистом поле“». Впоследствии их перевели поэты К. Н. Батюшков (1816), Н. М. Карамзин в своей «Истории государства Российского» (1818), исторический драматург и поэт А. К. Толстой (1869).

Все эти висы кончались припевом: «Но девушка в русском городе знать меня не хочет». «Так Харальд обращался к Эллисив, дочери Ярицлейва конунга в Хольмгарде», — говорит исландская сага о русской княжне.

Когда Харальд прибыл к Ярославу, тот отдал ему все богатства, присланные ранее. «Там было столько добра, сколько никто в Северных Странах не видал в собственности одного человека… В ту зиму Ярицлейв конунг выдал свою дочь за Харальда. Имя ее было Элисабет, а норвежцы звали ее Эллисив», — говорит сага. В саге рассказано, что Харальд увез Елизавету из Новгорода в Старую Ладогу (Альдейгьюборг), а уже затем повернул в Швецию. Харальд привозил все богатства не в Киев, а в Новгород. И свадьба состоялась там же.

Прибыв в Швецию, Харальд благодаря своему браку с внучкой шведского короля — Елизаветой заключил с ее конунгом союз и решил идти войной на своего племянника Магнуса. Сага говорит о Харальде: «Харальд — человек роста и силы не чета прочим и так умен, что нет для него ничего невозможного, всякий раз достается ему победа, когда он сражается, а золотом так богат, что ни один человек не видывал подобного».

Магнуса не зря прозвали Добрым: он добровольно, не желая воевать с братом отца, разделил Норвегию на две половины и одну отдал Харальду. Харальд, чтобы не остаться у него в долгу, разделил с ним пополам все свои несметные богатства, сундуки с золотом.

Однако Магнус Добрый правил недолго: вскоре он заболел и умер. Харальд стал конунгом Норвегии, а его жена Эллисив-Елизавета — женой конунга. Вскоре у нее родились две дочери, Мария и Ингигерд — в честь матери Елизаветы.