Я стану Бабой Ягой (СИ) - Шестакова Галина Геннадьевна - Страница 22

- А чего ему очень хочется? – Спросила Ярина Мирославовна. – Подумайте девочки, вы его знаете.

- Денег. – Не раздумывая, сказала Ягги. – На все эти понты деньги нужны и не маленькие. А вы сказали, что они продают книги, значит, не хватает, денег то?

- На что? – Хором спросили бабушки.

- Понты. Ну, то есть на поддержание имиджа богатого и успешного мужчины – машины, женщины, драгоценности, рестораны и дорогая одежда. Это дорого.

- Да, - согласилась Ольга Константиновна, - Кирюша очень любит все лучшее, точнее не лучшее, а все самое дорогое. Даже картины у него в квартире, и книги – только потому, что они сейчас дорогие. И еще, - задумчиво произнесла бабушка, - ему нужна сила. Он слабый мальчик. Нет у него характера Костеньки и моего Каллистрата. А управлять и повелевать хочется.

- Думаю, - Ярина Мирославовна подвела итог, - книга дает именно это – власть и силу. Поэтому, Кирилл так в ней нуждается. Осталось выяснить, что они задумали. Только, не сегодня!

- Да, Ярина, - согласилась Ольга Константиновна, - я просто валюсь с ног. Сегодня очень длинный день!

- И очень насыщенный! – Подтвердила Ягги и невоспитанно зевнула. – Спать?

Ольга Константиновна помогла всем устроиться на ночь, пожелала спокойной ночи.

- Отдыхай, Ярина! Ты еще и с дороги, да сразу на такой скандал попала! Я никогда не могла подумать, что в моей семье такое возможно! Ты прости нас.

- Мелочи. – Небрежно сказала Ярина Мирославовна. – Я вот все о чем думаю, со дня смерти Кости, мне этот вопрос не дает покоя. Три смерти, одна за другой практически. Не нравится мне это. И именно все, кто владел книгой. Если б умер Кирилл, - бабушка пожала плечами, извиняясь за такое предположение, - я бы может и не стала так переживать, ты уж прости Оленька. Но именно Кощеи, а Кир остался. И книга, получается должна ему перейти, а не перешла.

- Да, согласна я с тобой. – Ольга Константиновна присела в кресло, рядом с кроватью Ярины. – Про сына, Корнея, думала, сам виноват,уговорила его купчиха, променять знания на деньги, и не вынес.

- Не плачь, Оленька. Он же знал, на что пошел. Предательство и выжгло его изнутри. Сгорел просто.

- Да, любил он эту, купчиху, - со слезами в голосе вздохнула Ольга Константиновна, - не смог отказать. Мало ей денег, половину библиотеки его распродала, почти все старинные книги! – Расстроено продолжила она, - Хорошо, что самые главные, я еще при жизни у него забрала, ну когда он, - она всхлипнула, - когда он в бизнес подался. Поняла, что нельзя их там оставлять. И Костя, после этого, почти все время у меня жил. Не смог там. И кто теперь Кощеем будет? И передать знания некому! - Ольга Константиновна совсем расстроилась и заплакала.

- Ну, будет, будет, Оленька! – Успокаивала ее Ярина Мирославовна. - Давай вопросы по очереди решать. Сейчас у нас главное спасти Ядвигу, книгу и узнать, что задумал Кирилл.

В окно послышался нетерпеливый стук:

- Кар! Кар!

- Ярина! – Всполошилась Олька Константиновна. – Ворон! Ворон твой прилетел!

- Ой, сейчас, Оленька! Старая я, ни как из постели не выберусь! – Ругая себя, Ярина Мирославовна с трудом встала, немного растрепанная и открыла окно.

- Кар!

- Не вредничай! Иди на руку! Не спим, тебя ждем. – Все еще немного ворчливо продолжила она. Бабушка пересадила Ворона на спинку стула, он отряхнулся и внимательно посмотрел на Ольгу Константиновну.

- Очухался, Кирилл то? – Недовольно спросила бабушка.

- Кар! – Слегка брезгливо Ворон дернул лапой.

- Все хорошо, Оленька, не волнуйся. – Перевела Ярина Мирославовна. – Первый раз ведь у Ядвиги это получилось, не стойкое проклятье.

- Кар! Кар!

- Да? – Задумчиво переспросила Ярина Мирославовна. – Точно?

- Что? Что? – Взволновано спросила Ольга Константиновна.

- Оля, принеси ему поесть, мяса, ну или колбасы, хоть что-нибудь. Я пока расспрошу его толком.

- Сейчас, Ярина. - Заторопилась Ольга Константиновна на кухню.

- Кар! Кар! – Возбужденно рассказывал Ворон. – Кар!

- Тише, ты! – Шикнула на него бабушка. – Весь дом перебудишь!

- Кар! – Ворон нетерпеливо клюнул Ярину в руку.

- Молодец! – Похвалила она, потирая клюнутое место.- Умный мальчик! Сейчас поешь и отдыхать. – Она погладила его по голове по немного взъерошенным перьям. Ворон недовольно нахохлился. – Вот, вредная птица! Ведь нравиться, что глажу, но все как подросток - я большой! – Хмыкнула бабушка. – Большой, а лет то сколько? Всего то – сто!

-Иду! – Громко крикнула Ольга Константиновна с кухни, забыв, что уже ночь. Потом вспомнив о спящей Ягги, свистящим шепотом добавила. – Иду, Ярина!

Вслед за ней, щурясь от света, в пижаме вышла Ягги:

- Меня, значит, спать отправили, а сами – секретничать! – Обиженно протянула она.

- Разбудила! – Рассердилась на себя Ольга Константиновна. – Вот глупая.

- Мы его ждали. – Бабушка нежно погладила торопливо глотавшего мясо Ворона. – А тебе отдыхать надо.

- А вам не надо? – В тон спросила Ягги. – Что узнал? – Она сонно улыбнулась Ворону.

- Кар. - Невнятно, глотая мясо, каркнул Ворон.

- Ты – ешь! – Строго сказала Ярина Мирославовна. - Сама расскажу. – Бабушка начала доклад . – Ворон проводил, слегка оглушенного и онемевшего Кирилла, - она улыбнулась Ягги, - с беспрестанно болтавшей Алессандрой. Она была возмущена злыми и коварными старыми женщинами, в особенности бабушкой Кира, приютившей эту мерзавку Марину, или как ее там. Немного повспоминала, пользуясь немотой Кирилла, как он ее предал, такую заботливую, преданную и любящую, как повел эту мерзавку в ИХ ресторан и подарил ЕЕ розы.

На вторую «мерзавку» Ядвига весьма раздраженно и выразительно хмыкнула, выразив в этом все свое отношение к Кириллу и Алессандре, что не заслуживали, по ее мнению даже упоминания.

- Кирилл, - продолжила Ярина Мирославовна, - только мычал и мотал отрицательно головой. Потом, Алессандра смилостивилась и простила Кира, снова переключившись, - бабушка с удовольствием произнесла это слово, слегка поддразнивая Ядвигу, - «на эту мерзавку» Марину – Ядвигу.

- Бабушка! – Все же возмутилась Ягги. – Сколько можно обзывать меня таким ругательным словом?

- Алессандра, - продолжила бабушка, словно не заметив возмущение Ядвиги, - призывала всякие кары небесные на голову «этой мерзавки», в основном по-итальянски, так как на русском языке она таких слов не знает. Кир опять только мычал, на этот раз согласно, усердно кивал головой, за что и заслужил поцелуй. После этого, - Ярина Мирославовна рассказывала спокойным, лишенным всяких эмоций голосом, словно зачитывала протокол, - они решили отомстить коварной и злой бабушке и мерзавке Марине. Точнее, это решила Алессандра, а Кирилл согласился. Правда, они не решили еще как. - Неожиданно усмехнулась бабушка. – На завтра оставили, - продолжила она уже нормальным тоном. – Купчиха осталась недовольна, что Кирюша в таком состоянии, и решила устроить тебе, - она выразительно посмотрела на Ольгу Константиновну, - грандиозный скандал, завтра с утра. Крепись, Оленька, - бабушка похлопала по руке Ольгу Константиновну, - купчиха за своего Кирюшу глотку перегрызет любому.

- Я с ней церемониться не буду. – Жестко сказала Ольга Константиновна. – Корнея больше нет, Кости – тоже. Значит, соблюдать худой мир – нет необходимости.

- Развоевались, вы бабушки! – Усмехнулась Ягги. – Ворона то отпустите, ему поспать надо, вон засыпает совсем, да и нам тоже. А то с утра война, а мы плохо будем выглядеть – не выспавшись!

- Слова истинной Бабы Яги! – Воскликнула Ольга Константиновна. – Все спать!

Ярина Мирославовна без возражений выпустила Ворона, но поворчав для приличия, что, мол, без году неделя Баба Яга, а туда же – командовать старушками, но ворчание странным образом больше походило на похвалу.

Глава 28.

Ягги устала за день. Слишком много разных эмоций: и радость и возмущение, и ненависть и любовь, все перепуталось и переплелось в сознании. Глаза просто слипались. Ядвига вздохнула, забралась в холодную уже постель, и посмотрела снова на книгу, которая лежала рядом на тумбочке.