Владыки Безмирья (СИ) - Громова Полина - Страница 170

  - Я могу это объяснить. То есть, не то чтобы я знаю, почему так происходит. Но есть предположение.

Принц посмотрел на меня с подозрением.

 - И?

 - Обратная зависимость. Можно уйти из одной деревни и основать новое поселение, но рядом с ней все равно через какое-то время появятся опасные звери, даже если в тех краях никогда ничего подобного не было. Это нужно для того, чтобы бродяги, как ты их называешь, могли прийти туда и подзаработать. А заодно опробовать свои силы или развлечься.

Первое ошеломление прошло, я чувствовал себя свободнее и увереннее и уже не так беспокоился из-за того, что за человек сидит напротив меня. В конце концов, он сам пригласил меня на эту встречу и задал тон нашего общения, а я всего лишь следую установленным правилам.

Принц кивнул.

 - Я слышал об этом. Но если так, то выходит, что Безмирье - очень несправедливый мир.

Я невольно усмехнулся.

 - А что, бывают справедливые миры?

Принц повторил мою усмешку, словно зеркальное отражение.

 - Может и бывают, кто знает. Но Безмирье получается очень уж несправедливым. Сам посуди: мир, в котором есть бессмертные существа, оказывается еще и созданным для этих существ. Если вся механика мира настроена в их пользу, то что делать остальным? Просто существовать и терпеливо сносить это?

Я пожал плечами.

 - Может быть, в нашем мире все устроено так же, просто мы не замечаем этого.

Черный Принц рассмеялся.

 - Может, все-таки выпьешь со мной? - предложил он.

Я кивнул и налил себе вина. Не то чтобы Принц начинал мне нравиться, вовсе нет. И никаким особым обаянием от него не веяло. Он даже не расположил меня к себе. И все же, если бы меня спросили, хочу я уйти или продолжить наш разговор, я ответил бы, что предпочел бы остаться.

 - Немного смысла в жизни принцессы, которая нужна только для того, чтобы спасать ее от дракона. Точнее, чтобы какие-нибудь проходимцы ее время от времени спасали. И в жизни крестьян, которым предназначено страдать от нападений гоблинов, а потом благодарить бродяг за кратковременное избавление от них, смысла не много.

С Принцем было интересно. Хотя я мог поговорить о Безмирье с любым из своих спутников, пожалуй, именно такого собеседника мне не хватало во время нашего путешествия. Даже его манера говорить, перескакивая с одного на другое, не раздражала меня. Просто требовалось прилагать усилия, чтобы не потерять нить разговора и удержать в памяти самое важное. В какой-то степени эта манера была удобной, поскольку развязывала мне руки.

 - Значит, ты вырос в Безмирье? - спросил я.

 - Ага. Папаша отправил туда мою матушку, как только она от него забеременела. Мог бы и просто за границу выслать, делов-то. Но он тогда очень уж опасался скандала - он же буквально только что женился, а брак был дипломатический. Ну, кто-то ему и посоветовал решение этой проблемы. Вообще, все сложилось не так уж и плохо. У нас с матерью там, фактически, собственный двор был, меня обучали и воспитывали, как настоящего принца. Видимо, папаша страховался на случай, если законнорожденных наследников у него не будет. Так оно и вышло, - Принц развел руками и выдержал паузу. - Вот только государственный переворот вряд ли входил в его планы. Но, с другой стороны, что тут такого? Корона на голове кровного наследника, власть в стране крепка, народ счастлив, канцлер на своем месте, вдовствующая королева утешает печаль в собственном роскошном дворце, все довольны.

Он приложился к кружке с вином. А я вдруг запоздало сообразил, что за слова я услышал только что. Принц же, фактически, прямо признался мне в свержении короля! И даже не заметил этого! Да он же мне смертный приговор подписал! Как же я так... «Стоп, - сказал я себе. - Возможно, это какая-то магия. Да, это наверняка магия - скорее всего, что-то было добавлено в вино или... Да какая теперь разница? Ситуацию это не исправит». Наш разговор скрадывался шумом, доносившимся из нижнего зала, но в соседних кабинках наверняка были люди Принца, и они, разумеется, слышали каждое слово, которое здесь было произнесено. Зачем?..

Мысли мои метались внутри головы. Несколько минут назад я сказал, что хотел бы продолжить беседу с Принцем? Следовало получше подумать над таким решением. Но самым странным было то, что мне не было страшно. Должно было быть - но почему-то не было. Вместо страха я испытывал... недоумение. Я знал, что король умер после непродолжительной болезни, а перед смертью успел призвать своего незаконнорожденного сына и передать ему престол. Знал, что стояло за всем этим - многие знали, я думаю. Но я и подозревать не мог, что об этом кто-то станет говорить с такой откровенностью. Тем более - сам Черный Принц.

 - Знаешь, я бы во все это вообще не полез, - продолжал тем временем мой странный собеседник. - Но тут такая ситуация... - Он запрокинул голову. - Всю жизнь окружающие указывали мне, что делать. И чем лучше я слушался, тем больше от меня требовали. Меня это раздражало. В конце концов, я сообразил, что для того, чтобы стать свободным, нужно просто стать самым главным. Теперь я сам могу указывать другим, что им делать, - он вскинул голову и прямо посмотрел на меня. - Ну, что, выполнишь мою просьбу? А за друзей своих не бойся. Я никогда не причиню им вреда.

Договорив, Принц уставился на меня в ожидании. «Скорее всего, я общаюсь не с тем, с кем думаю», - пришло вдруг мне в голову. Не может же этот фигляр быть настоящим правителем. Скорее всего, это двойник. Вот только зачем разыгрывать такую сложную комбинацию - это представление одного актера для одного зрителя? Я же ничего, ничего собой не представляю. Но тогда человек, которому мы с Арси спасли жизнь, и нынешний правитель - это одно лицо или нет?..

Я снова вспомнил ту роковую ночь и все, что произошло после. Я вспомнил слова Селейны, спросившей канцлера, каким человеком является незаконнорожденный наследник. Она тогда еще сказала, что он произвел на нее странное впечатление - словно он запретил себе умирать, словно у него было нечто более важное, чем его жизнь. Если верить всему, что я только что услышал, этим большим была его свобода. Что ж, тогда может статься, что передо мной сейчас никакой не двойник, а Амир Ди’Асанн собственной персоной.

«Что тебе от меня нужно?» - хотел спросить его я. Но вместо этого, следуя причудливой логике нашего разговора, я спросил:

 - Как вышло, что Арси ушел с тобой в Безмирье?

 - Я попросил его о помощи, - с готовностью ответил Принц. - Не думаю, что он о чем-то жалеет.

 - Ты надел на него ошейник раба.

 - Не надел, а дал, и не только этот ошейник, а много чего еще. Он часто выполнял мои поручения, ему в любую минуту могли понадобиться магические артефакты. И вообще, что тебя в этом смущает? Ты же сам такой до сих пор таскаешь, хотя он давно уже не действует.

Я невольно посмотрел на свое запястье, на котором болтался браслет-заклинание. Символы на нем заметно стерлись.

 - Но ведь когда-то он действовал.

Принц шумно выдохнул.

 - Понятно. Все еще сердишься на меня из-за этого. Но сам посуди: когда валяешься с исколотой грудиной, моральная сторона вопроса не очень-то волнует. Я ведь тебя даже попросить тогда не мог, если ты помнишь.

Мне стало неловко. Принц был прав: он просто спасал свою жизнь, и... и все. Больше никаких объяснений не было нужно. А что я и мои друзья оказались в итоге впутанными в какие-то политические интриги, всего лишь стечение обстоятельств, не более.

 - Я выполню твою просьбу, - сказал я так, словно действительно был должен принцу... нет, королю за спасение его жизни. А ведь и в самом деле, если разобраться, спасение королевской жизни - это же не заслуга, это привилегия. - Вот только я не знаю, когда окажусь в Безмирье.

 - Это не имеет значения, - он вытащил из-за пазухи небольшой деревянный футляр в форме трубки и протянул мне. - Спасибо, что взялся за это.

Футляр был светло-желтый, легкий, а на стыке его половинок красовалась сургучовая печать. Решив, что разговор окончен, я поднялся.