Владыки Безмирья (СИ) - Громова Полина - Страница 123

Послышались шаги, захрустели ветви кустарника, и на поляну вышел мастер Говард. Он был в полном облачении, непомерно-длинный меч притаился за спиной. Окинув взглядом поле боя, он остановил его на Айне.

 - Все еще возитесь с этими ничтожествами? - спросил он. - А где Дин?

Лицо Айны побагровело. Но Говард и сам уже заметил лежавший на земле у ее ног измятый шлем.

 - Ты знаешь, что произошло? - спросил я Рейда.

 - Понятия не имею, - легкомысленно ответил он. - Я и Тим только с тем латником столкнулись, как появился Боггет с Селейной и велел нам идти на помощь к вам. А что уж они с ним сотворили...

Какое-то время Говард молча смотрел на шлем, затем искоса взглянул на Айну.

  - Он жив?

 - Черт его знает! - визгливо воскликнула жрица. - Не вижу! В чате не отчечает.

 - Ясно. Что ж, тогда...

Он потянулся и взялся за рукоять своего меча. Я приготовился увидеть чудо - ничем иным не могло быть вытаскивание такого длинного меча из ножен, прилаженных за спиной воина. Но тут Боггет крикнул:

 - Ложись!

Тех, кто вздумал бы переспросить его или замешкаться, не оказалось. Я рухнул, как подкошенный, прижимая к земле Риду.

 - Воющий вихрь! - прокричал Говард.

 Тут же над нашими головами пронесся ошеломительный удар - что-то вроде того, каким владел Рейд, только на несколько порядков сильнее. Он снес дерево рядом с нами целиком - то рухнуло с оглушительным треском - и зацепил другое, стоявшее шагах в тридцати. Мы все находились в радиусе удара, так что, не дай инструктор сигнал, от нас мало бы что осталось. В моих мыслях промелькнуло беспокойство о Кифе - он ведь занимал позицию как раз на ветке уничтоженного дерева - но мешком на землю он не рухнул, а значит, используя навык, наверняка сумел вовремя убраться. Что касается Говарда, то, помня тренировки с Рейдом, я знал, что нанести второй удар такой же силы сразу этот безумный мечник не сможет. Поэтому осмелился приподнять голову... и увидел, как Айна с каменным выражением лица читает заклятье вызова.

 - Явись, сефирот Хесед, и порази врагов веры!..

Воздух в небе над ней заискрился, и там появилось странное существо - что-то вроде семикрылого ангела в многослойных, струящихся одеяниях. Руки существа были протянуты в разные стороны, словно он предлагал обняться. Выражение на фарфорово-белом лице было страдальческое, а радужек и зрачков в глазах не было - только влажный блеск белков. Затем это существо открыло рот. Но вместо пения раздалось какое-то низкое, механическое гудение, отчего воздух словно слипся вокруг нас, застопорив движения. Однако на этом Айна не остановилась. Она принялась за следующее заклятье, и под ее ногами, а заодно и под ногами Говарда и Рэккена заалели печати защитных барьеров. А за их пределами из земли заструился багрово-фиолетовый туман.

 - Вставайте! - крикнул Боггет. Сам он был уже на ногах.

Я попытался приподняться. Но не тут-то было: на плечи и спину будто бы навалилась многопудовая тяжесть. Руки скользили по земле, но я не мог подняться, а вскоре понял, что теряю и саму способность шевелиться.

 - Рида...

 - Подожди, я сейчас... Я постараюсь... Черт!..

У нее ничего не получалось. Тяжесть увеличилась - Боггет, сумев сделать лишь пару шагов, рухнул тоже. Чудовищная сила вдавливала всех нас в землю, лишая малейшей возможности двигаться. Держа сияющий багровым светом посох в далеко отставленной руке, Айна вышла на середину поляны. Печать под ее ногами двигалась вместе с ней.

 - Вот так, вот так вот! - восклицала жрица. - Ничтожные черви! Зря вы возомнили себя людьми! Ваш удел - ползать по земле! Ползать и пресмыкаться! - она взметнула посох над собой. - Усиление!

Сефирот засиял золотистым светом. Гул усилился, давление возросло. Тяжесть стала горячей. Если так пойдет дальше, нас действительно раздавит - попросту вомнет в землю! Но прежде, чем это случится, мы умрем, потому что больше не сможем дышать и нам переломает все кости.

 - Не надейтесь на легкую смерть! - жрица словно снова прочла мои мысли. - Вы ее недостойны. Умирать вы будете медленно. Но прежде испытаете ужас - видя, как смерть приближается к вам!

Ей не нужно было разъяснять, что она имеет в виду. По поляне, неумолимо приближаясь, с изысканной неторопливостью растекался багрово-фиолетовый туман. Там, где он проходил, трава вяла, жухла, чернела и осыпалась пеплом. Это был чистый яд.

 - Вставайте! - закричал Боггет и закашлялся. - Поднимайтесь же!

Я попытался хотя бы вскинуть голову, чтобы увидеть, как там остальные. Рида и Рейд были рядом. Им приходилось нелегко, но они держались. Макушку Тима, распластавшегося на земле, я видел среди зеленой травы - ядовитый туман был еще далеко от него. Кифа нигде не было видно. Селейна же - не думал, что в таком состоянии у меня хватит сил чему-то удивляться, но все же - по-прежнему стояла в стороне, под сенью леса, прямая и неподвижная, как еще одно дерево. Я понял, что заклятье, которое использовала жрица, не достало до нее - не хватило радиуса. Но почему она не вмешивается? Приказ Боггета?..

 - Ненавижу таких, как вы, - говорила жрица. Голос ее сипел от переполнявшей ее злобы. - Думаете, вы герои? Вы жалкие твари, мусор, прах. Слабым тварям не место в этом мире! От таких следует избавляться!.. Что, страшно? Это очень, очень хорошо. Напоследок вы должны познать, что такое настоящий страх!

Рида справиться с магией Айны не могла. Я и Рейд - тоже. А ядовитый туман был все ближе...

Вдруг мелькнула серая тень, и по пространству перед нами полоснуло холодом - это на мгновение создало ледяное препятствие для стремительно растекающегося тумана. Но почти сразу же ледяной барьер треснул, рассыпался, и туман устремился дальше. Киф сиганул в сторону. Что бы это ни было за колдовство, оно не действовало на него... и еще на одного человека тоже! Поднявшись, с мечом наголо и злобной улыбкой на лице, сипло дыша, на Айну шел Боггет. Мечник Говард замахнулся снова. Боггет отбил длинный удар. Может быть, тот был нанесен и не в полную силу, но лес слева от инструктора вздрогнул, когда удар докатился до него.

Я не знал, на что Боггет рассчитывает вдвоем с Кифом против троих (Селейна по-прежнему бездействовала). Но мне стало до тошноты омерзительно от того, что я валяюсь на земле. Я снова попытался встать. Тело слушалось плохо, оно словно было выточено из дерева, из цельного куска тяжеленного мореного дуба, но я ворочался, задыхаясь, ломал этот магический паралич. «Вставай, вставай! - заставлял я себя - ВСТАВАЙ ЖЕ!..» И вдруг воздух рванул в мою грудь, словно его в нее кто-то вбил кулаком. Перед глазами заплясали разноцветные пятна. Кусок реальности исчез из моего сознания, а когда я снова отдавал отчет происходящему, я уже стоял на ногах. Рядом, хватаясь за мою руку, вставала Рида. С другой стороны, опираясь на свой меч, поднимался Рейд, а Боггет и Говард уже скрестили оружие... И сквозь лязг их мечей, сквозь рык Рейда и скулеж до смерти перепуганного маленького огра, сквозь звон в собственных ушах я услышал пение.

Это был очень красивый мужской голос, выводящий слова заклинания. Гул прекратился, вся тяжесть магии Айны исчезла, ядовитый туман рассеялся без следа. Голос, а вместе с ним и магическая сила, буквально пропитывали мое тело. Ушибы и ранки заживали, мне с каждой секундой становилось легче дышать. Я взглянул на своих друзей - с ними происходило то же самое, и они оглядывались друг на друга с тревожной радостью и легким недоумением. Пошатываясь, подошел Флипп. Он ткнулся головой мне в бок, и я сам зашатался. Говард и Боггет, словно ничего не замечая, снова сшиблись. Но вдруг инструктор отпрыгнул далеко назад от своего противника, а затем, опуская меч, отошел еще на несколько шагов. Раздвинув ветки кустарника, на поляну с той стороны, спиной к которой стоял Говард, вышли двое.

Впереди шел плечистый коренастый воин в чеканной золотистой броне. С его плеч ниспадал белый плащ на алой подкладке с золотым орнаментом по низу, полотно украшало его фигуру поверх брони, у пояса висела изысканной работы секира из голубоватого металла. На груди воина на золотой цепи с крупными кольцами красным светом светился круглый медальон из красного камня. Шлем не скрывал лица, и по нему воину можно было дать около пятидесяти лет - а может, он был и старше. Вторым шел высокий стройный человек, с головы до пят задрапированный в светло-зеленое одеяние, совершенно не подходящее для передвижения по лесу. Однако двигался он легко, словно плыл по воздуху, разве что его силуэт имел несколько неправильную форму. В руке у этого человека был длинный белый посох. Его лицо скрывал капюшон, но я мог бы предположить, что ему лет восемнадцать или двадцать - по крайней мере, на столько он выглядел, когда я увидел его впервые...