Владыки Безмирья (СИ) - Громова Полина - Страница 113

В подтверждение слов Кифа Селейна снова кивнула.

 - Так что, Сэм, будь осторожнее с этим навыком, ладно?  Не пользуйся без крайней необходимости.

Киф был серьезен, а это чего-то да стоило.

 - Я тебя понял. Спасибо.

 - Ну, вот и хорошо! - магик довольно улыбнулся. А теперь... Селейна, а ты же и со стихийной магией управляться умеешь, верно? Покажи мастер-класс!

 - Хорошо.

Она протянула ладонь, прочла заклинание, и в воздухе вспыхнуло маленькое яркое пламя. Селейна пошевелила пальцами, и пламя приняло форму бабочки: отчетливо прорисовались крылья, тельце и даже усики - тончайшие ниточки огня с искорками на кончиках. Бабочка парила в воздухе, сводя и расправляя крылышки из чистого огня. Зрелище было удивительное. Но меня поражала не только его красота. Я помнил, что горение - это химическая реакция, для которой нужно несколько составляющих: топливо - то, что будет гореть, - кислород и тепловой импульс. Но что служило топливом огню, пылающему в ладони Селейны?.. Сила. Чистая магическая сила сгорала в ее руке, сжигаемая ее волей. Именно поэтому Селейна могла придать пламени любую форму и направить его, уменьшив или увеличив по своему усмотрению. Она удерживала пламя в своей ладони легко, будто бы это не требовало от нее почти никаких усилий. И если это и в самом деле было так, страшно было подумать о том, какими колоссальными запасами магической энергии она располагает - и какая пропасть в этом отношении разделяет ее и всех нас.

 - Ух ты, как красиво! - воскликнул Тим.

 - Очень красиво, - согласился я. - И эффективно. Ты сегодня, кстати, отлично сражалась. Даже Боггет не стал возмущаться, так ведь?

Селейна опустила голову.

 - Да он уже давно не возмущается, - сказала она, поигрывая бабочкой. - После того раза, как нам пришлось защищать деревню, - Тим, Сэм, помните? Ты, Киф, тоже тогда уже был с нами, - Боггет отчитал меня. Но как-то несерьезно, не по-настоящему. Было понятно, что на самом деле он не сердится, что я нарушила его запрет. А потом, в Линне, когда вас с Ридой похитили, он сам попросил меня пойти с остальными. После того как все закончилось, мы с Боггетом довольно долго говорили обо всем и условились, что я все-таки буду использовать магию. К тому времени я уже заметила, что здесь мне это дается гораздо легче, чем в нашем мире, да и эффект получается куда сильнее. Но это не все. Боггет дал мне несколько свитков с описанием местных техник и даже с готовыми для изучения заклинаниями. Так просто: прочитал - и заклинание усвоено. Одно такое я сегодня использовала - защитное, с алыми печатями. А еще, пока мы путешествовали, я потихоньку тренировалась, чтобы получить больший контроль над собственной силой. В этом мире у меня это почему-то стало получаться, - Пальцы Селейны держащие бабочку в горсти, вдруг замерли. - Сегодня вы видели, чего мне удалось достичь. Это немного, но я продолжу. Я хочу продолжить, потому что... - Она медленно подняла голову. - Сэм, Тим, помните, я как-то сказала, что, если бы мне представилась возможность, я бы предпочла избавиться от своего дара? Для окружающих так было бы лучше... Ну, вот. Я солгала вам. На самом деле я всегда хотела другого.

Ладонь Селейны распрямилась, и бабочка, вспорхнув с нее, полетела к очагу и исчезла в нем, слившись с другим пламенем.

 - Тебе всегда нравилось ощущать свою силу, - сказал я. И ты всегда хотела уметь контролировать это свое состояние. Помнишь, мы говорили об этом, после того как спасли тебя от эльфов? Точнее, эльфов от тебя...

Глаза Селейны округлились от удивления.

 - Вы что, еще тогда это поняли?

Тим пожал плечами.

 - Я понял, - он оглянулся на меня. - Сэм тоже. А Боггет, похоже, давно сообразил, в чем дело. Я думаю, когда он сказал, что ты не будешь пользоваться здесь магией, он просто хотел тебя проверить. Когда он убедился в том, что для тебя это важно, он стал тебе помогать.

Глаза Селейны заблестели. Она была растрогана до слез. По мне, ничего необычного в этом не было, мы ведь были соратниками, друзьями, а для друзей нормально понимать друг друга. Но для Селейны это было все еще непривычно. «А ведь ей, наверное, никто до этого не говорил, что понимает ее, - подумал вдруг я. - Или что хочет дружить с ней или хотя бы общаться. Хоть Селейна в училище и была отличницей, хоть она и держалась с чувством собственного достоинства, она все равно была изгоем. И на улочке, где она жила, было то же самое. И наверняка ей еще ни один парень не говорил, что она ему нравится, и не дарил ей цветов или сладостей... «Ничего страшного», - ответила бы Селейна, если бы я сказал об этом вслух, и это совсем не было бы лукавством. Таким уж она была человеком. Но это не означало, что все должно было оставаться по-прежнему...» Я вдруг с болезненно-приятной остротой ощутил, что хочу, чтобы эта девушка была по-настоящему счастлива. И не только она - и Тим, и Киф, и Рейд тоже. Все они стали моими друзьями, и, что бы ни случилось, я желал им счастья. И я сам вдруг отчего-то почувствовал себя очень счастливым и захмелел от этого накатившего на меня чувства.

 - Ну, Киф, теперь ты лучше представляешь себе, с кем связался. Все еще хочешь и дальше идти с нами?

 - Разумеется!

Все рассмеялись. Вдруг послышался шелест легких шагов, я обернулся и увидел Риду. Завернувшись в плащ, она стояла на границе света и сумрака и смотрела на нас.

 - О, Рида! Иди к нам! - позвал Киф.

Она сделала всего пару шагов, но вдруг остановилась. Я насторожился. Разглядеть выражение ее лица было сложно. Поэтому я поднялся и пошел ей навстречу.

 - Рида, спасибо, что посидела со мной! Ты задремала, я не стал тебя будить, и...

Не дослушав, она повернулась и быстрым шагом направилась прочь со двора. Я догнал ее в темном проулке.

 - Эй, Рида, постой! Ты куда?

Она резко обернулась.

 - Не хотела вам мешать.

 - Ты никому не помешала! Пойдем, посидим у костра.

 - Не хочу.

Я взглянул в ее лицо. Теперь, с близкого расстояния, даже в сумерках было видно, что Рида сердится, но я это и так уже понял по интонациям, с которыми она говорила.

 - Что случилось?

 - Ничего. Просто я не хотела мешать тебе проводить время с твоими друзьями, вам же так весело вместе. Извини.

 - С моими друзьями? Рида, вообще-то они и твои друзья.

 - Ты так считаешь?

Я пожал плечами. Чувство эйфории, буквально пару минут назад поднимавшее меня над бренной землей, постепенно рассеивалось, пока не исчезло совсем.

 - Они наши соратники, - сказал я. - Если ты считаешь...

 - Я ничего не считаю! - вспылила Рида. - Просто ты все время бросаешь меня одну! Стоит мне только уснуть, как ты сбегаешь!

 - Это нет так!

Она уперлась кулаками в бока, подалась вперед.

 - Да ладно! Ты все время так делаешь! Вспомни!

В моей голове промелькнуло несколько воспоминаний - да, действительно, я оставлял Риду спящей, чтобы не беспокоить ее, а сам уходил, но...

 - Ты совсем не хочешь проводить со мной время! Тебе со мной не интересно, правда ведь? Мог бы так и сказать! - горячилась Рида. В этот момент она напоминала мне старуху Нэллу, и это была неприятная ассоциация.

 - Послушай, Рида. Я не хотел тебя обидеть. Но если я тебя обидел, прости меня, пожалуйста. Я больше не буду так поступать.

Рида фыркнула, выпрямилась, отвернулась.

 - Не будет он...

Ей всегда было трудно продолжать сердиться, если я признавал свою вину. Но это не означало, что все закончилось.

 - Ты в последнее время вообще обо мне забыл. Между прочим, у нас уже давно ничего не было!

Я мысленно согласился с ней: да, все так. Но кто бы стал ставить мне это в вину? У нас просто не было возможности остаться наедине друг с другом. Во время похода или путешествия это нормально... Да, но, с другой стороны, когда мы наконец встретились в Линне, у нас находились и время, и возможности. Сказывалась долгая разлука и тревога друг за друга, обострившие наше влечение. Неужели после этого бурного всплеска мы поостыли друг к другу? Выходит, так - Рида была права.