Огненный ученик (СИ) - Свистунов Николай - Страница 32

- Тю! Ты чоо? Ясно не мне, а дядье.

- Вот и я думаю, что у тебя вроде все сосиски на месте, - арбалетчик заржал, как молодой жеребчик.

- Дык и у дядьи на месте, - развел руками Мост.

- Как так? - изумился Свен.

- Дык магик до селища нашего окурат на тот день явился, - раскрыл тайну волшебного исцеления воин.

- Повезло твоему дядьке, - подытожил я, и разговор на несколько минут смолк.

- Покажи а? - нарушил тишину Свен.

Я сразу понял, о чем он и не стал заставлять себя упрашивать:

- Лунный пепел, - после этих слов, служивших активатором, лезвие посоха практически мгновенно раскалилось докрасна, а еще через мгновение побелело, словно после кузнечного горна.

Свен потянул было руку, но Мост его одернул за рукав.

- Хватит крови и огня, - спешно деактивировал я оружие. - Ты чего? Рука лишняя?

- Нет, - смутился арбалетчик, пряча руку чуть не лишившуюся пальцев за спину, - Попробовать хотел, идет жар или нет.

- Мне жар и огонь не страшны, так что не убирал...

Наш разговор оборвала стрела пробившая треух-шлем вместе с лобной костью и мозгом Свена. Арбалетчик лишился жизни моментально и на землю падал уже бездыханный кусок мяса, а не только что говоривший со мной человек. Мосту стрела досталась ровно между глаз, и он повалился рядом со своим сослуживцем, не успев даже рот изумленно открыть.

Я бросил взгляд на остальной обоз. Солдаты гибли один за другим и настороженные из-за близости границы арбалеты им ничем не помогали. Мало кто из них успевал выстрелить, но и эти выстрелы были наудачу. Нападавшие умудрялись оставаться невидимыми на местности ровной до самого горизонта как обеденный стол.

- Эльфы! - успел крикнуть один.

- Пустынники!!! - завопил второй.

Смысла от этих криков было ноль. Криком от стрел не защитишься. Меня ударило в грудь. Казалось я услышал, как рвется пробиваемые стрелой нагрудник. Боль пронзила грудь в области сердца. Опрокинулся назад и обо что-то ударился головой. В глаза ударил сноп искр, познакомившийся меня с уносящей от мирской суеты темнотой.

***

Пробуждение, мягко говоря, было неприятным. Мешок на голове. Руки вывернуты за спину и задраны вверх до упора. Тело обнажено и подставлено палящему солнцу. Солнышко жарит во всю и ветер не приносит облегчения своими порывами. Сейчас он больше похож на раскаленный наждак, которым, кто-то пытается счистить кожу с мышц. Сама кожа явно обгорела, значит, вишу я так не пятнадцать минут и даже не половину часа. Во рту пересохло до такой степени, что слюны нет совсем. Облизнуть бы пересохшие и потрескавшиеся губы, вот только и на языке влаги нет. Мысли путаются, но собрать их в кучу все, же удается.

Достаточно большой отряд эльфийских стрелков прошел через границу и устроил на нас засаду. Меня каким-то чудом не убили, а взяли в плен и вот теперь имеем то, что имеем. Что будет дальше? Пытки? Пустынники никогда не видели добра от Империи и "любили" имперцев столь же рьяно сколь была сильна обратная "любовь". Дожидаться их "милости" нет никакого смысла. Нужно бежать или сдохнуть при попытке к бегству. Вспыхнуть так, что бы сгорел мешок на голове и веревки. А дальше? Под ногами у меня, похоже, раскалившиеся на солнце металлические прутья решетки. Сомневаюсь что прутья только под ногами. Судя по всему, я в клетке, а ее быстро разрушить, не получится.

Пока прикидывал, что к чему совсем рядом послышался шорох. Часовой переступил с ноги на ногу или что-то поправил. В такой компании клетку расплавить, точно не успею. Зарядит стрелой в глаз, но это тоже вариант. Умертвит меня мгновенно, что явно предпочтительнее пыток со смертельным исходом.

- Пить, - проскрипел несмазанной дверной петлей, но ответа не было.

Этот или эта, у пустынников все воины, не снизойдет до разговора, в чем я и хотел удостовериться своим скрипом. Осталось только ждать и надеяться на удачу. Попытайтесь меня, куда нибудь отвести или просто откройте клетку. Одна ошибка и я обращу всех в пепел под ногами.

Из иссушенной глотки невольно вырвался похожий на карканье смех. Испепелитель доморощенный. Маг недоученный. Сижу в плену, наслаждаюсь гостеприимством пустыни. Хотя, на магию грешить не надо. Тут сказывается недостаток скорости реакции. Я уже сейчас сильнее и крепче любого сатира, человека или эльфа, но вот реакция у меня улучшилась только от тренировок. Нужно улучшать собственную плоть и в этом направлении, чтобы как эльф, стрелу, пущенную в грудь, на лету руками ловить.

Не знаю, сколько я пробыл в сознание, но судя по ощущениям солнце, клонилось к закату, когда изменилось хоть что-то. Нет. Меня никуда не повели и не повезли, и никто ко мне не пришел. Просто моего охранника пришел менять другой эльф, и они не смогли не перекинуться парой слов. Говорили на местном диалекте эльфийского, но он был достаточно схож с общепринятым староэльфийским, который я изучал. Так что большую часть диалога я разобрал.

- Сегодня прохладно, - сказал тот, кто пришел сменить часового.

- Слава Матери Пустыни, - это сам часовой.

- Как пленник?

- Не сдох. Пить клянчил.

- Козлоногое отродье имперской шлюхи. Никакого достоинства.

- Откуда оно у имперской твари?

- Это правда, что его не убила стрела? Магия какая-то? Он же маг вроде.

- Похоже, маг, но стрела его не убила не из-за магии. Видишь рану у него на груди.

- Да. Вижу. Точно над сердцем рана.

- Стрела пробила доспех и почти пробила книгу их проклятого бога. Кончик стрелы вылез из книги и нанес рану.

- Не иначе Мать Пустыня послала его нам.

- Это точно.

Часовые поменялись, и освободившийся ушел, а оставшийся сделался не слышим. Эльфы без малейшего неудобства для себя могут замирать на продолжительное время. Читал про это и замечал за Салятом. Тот мог просидеть все занятие, только моргая и водя глазами из стороны в сторону.

Спасибо вам болтуны за разрешение загадки и спасибо тебе жрец Нафас за книгу. Несколько раз доставал ее из нагрудного кармана, когда чистил жилетку и порывался бросить в ящик тумбочки. Уж больно тяжел медный переплет, прямо так и оттопыривал все время карман. Да и все что в ней было написано, я знал наизусть. Вроде, зачем таскать, но нет, что-то каждый раз после чистки заставляло меня вернуть книгу на место.

Вот как тут не уверуешь? Как не увидишь промысел Сущего и не вознесешь молитву. Мысленно, потому что горло сухо как песок пустыни и сомнительно, что я смогу что-то сказать. Нет. Чего это я? Совсем мозг засох? И мысленно молиться рано. Они радовались тому, что я выжил, так что можно утвердиться в уверенности в том, что я об этом пожалею, как только их главные закончат с делами. А может они меня решили на солнышке зажарить? Поговаривают, что есть у пустынников и такая забава.

***

Вечерняя прохлада поначалу принесла облегчение моей полупрожаренной тушке. Правда, после почти мгновенно выстуженное тело начало трясти, зубы собрались плясать энергичный танец во славу пронизывающего ветра. Пришлось собраться с силами отогнать стужу приятным внутренним огнем. Подстегнул собственное тело, заставив его снять симптомы обезвоживания. Заниматься полной регенерацией не стал, что бы ни привлекать внимание часового и не тратить лишней маны.

Голова заработала лучше и тут же скорректировала никудышный план побега, сделав его чуть более реальным. Зачем плавить или пережигать решетку и веревки, если я смогу телепортироваться? Ведь для этого мне нужно только видеть или хорошо знать место назначения. Далеко не скакну, но думаю, что спокойно смогу портануться метров на 100 и при этом не растратить всю ману.