Экс. Дилогия (СИ) - Ганжа Павел Александрович - Страница 86

- Не спорю.

- И замечательно. Только глупцы думают, что в спорах рождается истина. Что там рождается - лишь брань и взаимная неприязнь, - выдал филофское умозаключение полковник. - Теперь о твоих действиях...

- Я на подстраховке, понятно. А кто непосредственно комманданте вязать будет?

Единственным человеком из команды Смита, которого знал Ветров, был Радулеску - полковник их свел месяц назад, но к капитану слова о доверии с оглядкой однозначно относиться не могли.

- Тоже твоя знакомая. Анна Лурье.

Полковник вытащил из пакета еще одно фото и передал эксу.

Со снимка на Антона смотрела красивая блондинка. Та самая спортивная секс-бомба, что сначала едва полковника не пристрелила, а когда Ветров ей помешал, чуть капралу мозги не вышибла. От нахлынувших воспоминаний в груди заломило. Антон машинально погладил солнечное сплетение - место, куда пришелся удар резвой красавицы.

- Эта кого хочешь повяжет, - подтвердил экс. - Но тут вопрос возникает... она же, насколько я понял, киллер. Причем вас с Радулеску пыталась ликвидировать. Стоит ли тогда вообще ее привлекать?

- На сто процентов ее... примерное поведение гарантировать не могу, потому и сказал о доверии с оглядкой. Однако в целом лояльность Лурье я обеспечил.

'Подписками-расписками обложил, конторская душа', - подумал Ветров, и знание-понимание не возражало.

- И участие Анны в акции крайне желательно, - продолжил Смит, - Именно моя несостоявшаяся убийца должна назначить встречу с Лопесом. И, соответственно, явиться на нее. Комманданте - чрезвычайно осторожный и предусмотрительный тип, без Лурье и ее сестры его из леса не выманишь. Точнее, не выманишь таким макаром, чтобы мы знали подробности: место и время. Сестра Лурье, кстати, по моим прикидкам, будет участвовать в организации встречи. Они с Анной близнецы, но отличить их можно.

Полковник вытащил очередной снимок.

И Ветров догадывался, чье лицо он увидит. Портрет девушки, которую Антон отпустил после памятной эпической потасовки во время жуткой ЭМ-бури.

Повертев фото, Ветров вернул снимок и усмехнулся:

- Мир тесен, а планета маленькая.

После неудавшегося, к счастью, покушения полковник не сидел сложа руки. Нет, нельзя сказать, что он развил кипучую деятельность, но и не отлеживался на диване. Кое-что удалось сделать. Незадачливых киллеров Галлиса и Лурье поместили в изолятор, договорившись с капитаном Корволаном. Попарившись на нарах пару суток, мордоворот поплыл окончательно и надавал Смиту столько расписок и соглашений о сотрудничестве, что узнай хотя бы о четверти из них сепаратисты - прирезали коллаборанта бы в миг. За предательство в особо изощренной форме. О том, что Галлис безбожно сливал информацию о своих соратниках, можно и не упоминать.

С Лурье же пришлось повозиться. Изначально она сотрудничать не желала, но, Смит был настойчив, обрабатывал ее каждый день, и Анна, потомившись в застенках, тоже стала посговорчивей. Почувствовав, что девушка созрела, Смит поставил ее перед альтернативой: незамедлительная высылка с планеты, трибунал и пожизненная каторга на рудниках или свобода и беззаветное служение лично господину полковнику. Отправляться на пожизненную каторгу 'уже подготовленная и подрумянившаяся' Лурье не захотела и подписала соглашение о сотрудничестве.

Последним камешком, пробившим стену упорства девушки, стала демонстрация удостоверения Бюро Радулеску и озвучивание Тадеушем страшной должности Смита, дабы Анна... поняла безнадежность положения. Для пущего эффекта капитан 'присвоил' бывшему начальнику звание генерала и 'поместил в кресло' первого инквизитора Бюро. Уразумев, какую должность занимает несостоявшаяся жертва покушения, Лурье, что называется, прониклась и осознала. Покушение на сотрудника Бюро - не шутки, а на генерала и начальника страшного отдела - конкретная и категорическая карамба. За подобное не то, что пожизненную каторгу организуют, но и шлепнут запросто. И Анна сдалась. А то, что Смит и Радулеску нагло блефовали, осталось их маленьким секретом, так же, как и добавление в пищу Лурье препаратов, подавляющих волю.

В связи с удачной вербовкой, в голове полковника родилась одна незатейливая комбинация с участием свежеиспеченных 'агентов'. Свое первоначальное намерение сделать Деметрия обычным стукачом Смит пересмотрел - чего интересного мордастый в отряде откопает? И связь в условиях аномальной планеты сделать быстрой и регулярной. Пока Галлис что-то нароет и весточку отправит - новость на пять рядов успеет устареть. Вдобавок столь неэффективное использование завербованного было слишком примитивным для изощренного ума бывшего второго инквизитора. А где-то и оскорбительным. Потому полковник решил изменить роль мордастого мятежника и составил новый план.

Смит задумал простенькую схему: выманить из леса Лопеса, захватить его, выжать досуха, вытащив информацию, и пустить Веселого в расход. А на место команданте попробовать продвинуть Галлиса, даром, что тот не последний боец у 'Волков'. Таким макаром полковник убивал бы сразу двух зайцев: разживался сведениями о том, кто стоит за покушением - контрабандисты или 'демоны', и получал практически подконтрольный отряд мятежников. И то, и другое было бы очень полезно. Не факт, естественно, что Лопес имя заказчика знает, и удастся ли протолкнуть Деметрия в командиры отряда - тоже вилами на воде писано, но если срастется, будет очень хорошо. Выгодно и полезно.

Галлиса 'из темницы' выпустили незамедлительно, для правдоподобия распустив слух, что обвинение в покушении снято за недостатком улик, хотя ни Деметрию, ни Анне официально ничего, естественно, не предъявлялось. Однако 'для ушей' Лопеса подобный слух был нужен. По согласованной легенде, незадачливый пособник киллера удачно прикинулся ловеласом, подкатившим к девушке ради знакомства. И якобы в это копы поверили и долго мытарить Деметрия не стали - версия должна была выглядеть убедительно для команданте с точки зрения, почему мордастого отпустили из изолятора столь быстро.

Лурье же заставили 'позагорать в застенках' подольше и позже освободили, что называется, под пригляд. Благо, с кадрами стало чуть полегче - Буш с Ньюланда прислал двух заштатников - Вандербурга и Абрамяна, а однофамилец Курт с разрешения полковника приспособил для мелких поручений - передать, принести - своего приятеля.

Основная же вербовочная работа велась в космопорте. Там старались, не покладая рук и жалея языков, Радулеску и его старый товарищ Мишель Анри. Порой пуская в ход и суровые аргументы: деньги и компромат. На сегодняшний момент удалось найти подходы к трем персонам, занимающим ключевые посты в космопорте. Помимо самого Анри и полудюжины менее значимых фигур. Главный диспетчер, заведующий складским сектором и - настоящая удача - помощник начальника службы безопасности уже были готовы оказывать некоторую неформальную помощь полковнику. Нет, на что-то экстремальное они едва ли согласятся, но с удовольствием выполнят небольшую просьбу. Но то, как водится, начало, дальше - больше, коготок увяз - птичке пропасть. А безопасник Хорват уже сейчас был готов хоть терминал захватывать - мужик оказался настоящим скрытым сепаратистом.

Полгода назад у него погибли жена и сын, попавшие по дороге в курортную Эльпару под 'дружественный огонь' федератов. С тех пор Хорват затаил злобу на белый свет в целом и на правительство в частности. О чем, конечно, знало непосредственное руководство безопасника и администрация порта - психологи свой хлеб даром не ели. Однако пока Хорвата не увольняли - ждали удобного повода, к тому же через пять месяцев заканчивался контракт. Данное обстоятельство с подачи Анри и использовал Радулеску.

Не забывал полковник и про своего спасителя. Через капрала Ветрова у Смита наладился контакт с начальником штаба Седьмой Этанской бригады. Плотный контакт - материалы, собранные полковником по чужакам, показались начштаба убедительными, и против тесного взаимодействия и координации действий он не возражал. Причем изначальная инициатива исходила от колониальных пехотинцев, а не от бывшего второго инквизитора. Что полковника безусловно и откровенно радовало. Потому, когда возник вопрос о группе поддержки для захвата Веселого Лопеса, Смит подумал именно о капрале.